Веззам, казалось, смутился.

— Не думал, что понадоблюсь на встрече с герцогом. По крайней мере, сейчас.

— Я буду чувствовать себя спокойнее в твоем присутствии, — наемница бережно поставила бокал на стол и подтянула ремень. — Что бы ни случилось дальше, я хочу, чтобы ты знал все подробности авантюры, на которую мы подписываемся.

— Как скажешь. Но, если тебя в действительности интересует мнение Второго, то мне все это не нравится.

— Как и мне, — вздохнула Артанна. — Но за мной должок.

Малый зал она помнила хорошо: все закрытые совещания Рольф предпочитал проводить именно здесь. Наемница прикинула, сколько недель она провела, протирая штаны в этом каменном мешке без окон.

Появление наемников заставило советников замолчать. Грегор восседал на массивном стуле с высокой спинкой, остальные расселись по укрытым пыльными коврами лавкам. Справа от герцога расположился Альдор ден Граувер, с которым Сотница была хорошо знакома. Вместо рясы послушника он теперь носил вышитую тунику из тонкой шерсти. На поясе барона красовалась связка замковых ключей, а на плечах — цепь эрцканцлера. Да и выглядел он гораздо увереннее — не чета Альдору десятилетней давности.

Рядом с Граувером сидел знакомый ей с давних времен Кивер ден Ланге, старший сын графа Урста. Этого детину она помнила еще с младенчества и совершенно не ожидала, что за эти годы он вымахает выше Грегора. Кивер превратился в могучего воина с удивительно неподходящим к его устрашающей комплекции добродушным лицом. Присутствие Ланге вселяло уверенность — семья графа Урста всегда принимала ее сторону во всех конфликтах. Однако за восемь лет многое могло измениться. Кроме того, здесь присутствовал Кивер, но не его отец. Наемница встретилась с Ланге глазами и не сдержала улыбки, поддавшись его обаянию.

На том ее возможные союзники закончились.

Вагранийка увидела Райнера и Фридриха, сыновей графа Ламонта Эккехарда. Их Артанна помнила смутно и, если на то пошло, не желала заводить более близкого знакомства. Опыт общения с их отцом наводил Сотницу на мысли, что и его отпрыски в полной мере унаследовали многовековую спесь и зависть — черты, преследующие каждую младшую ветвь великого Дома. Не зависть ли послужила причиной безумного приказа лорда Ламонта вступить в тот роковой бой, не дожидаясь прибытия войск Рольфа и возвращения отряда Артанны из разведки? Не эта ли неуместная бравада в действительности погубила Лотара, бросившегося на помощь родственникам, когда тех наголову разгромили рунды? Не эти ли Эккехарды, столь громко заявлявшие о предательстве Артанны, на деле же и оказались настоящими изменниками? Едва ли они ожидали ее возвращения в Эллисдор и, конечно же, не обрадовались решению Грегора. Как бы то ни было, Сотница понимала, что спиной к ним лучше не поворачиваться даже теперь.

Особенно теперь.

По левую руку от Грегора бесформенной грудой тряпья и золота развалился дряхлый, но все еще полный упрямой тяги к жизни Вилберт ден Хальцель — бессменный казначей Волдхардов, умудрявшийся на протяжении десятилетий лавировать в море счетов Хайлигланда. Увидев вагранийку, Хальцель кивнул и указал на место подле себя. Артанна пожала плечами и села рядом со стариком. Веззам остался у дверей.

— Я хорошо вас помню, леди Артанна, — тихо проговорил казначей.

— Моим именем все еще пугают детей?

— Кто знает? У меня другой кошмар — порой я до сих пор вижу во сне сумму, в которую лорду Рольфу обошлась покупка вашего поместья в Гивое. Зачем вы вернулись, леди Толл? Почему вам не сидится в вольном городе?

Вагранийка чарующе улыбнулась.

— Спросите об этом у его светлости и, прошу, непременно поделитесь со мной услышанным. Ибо я тоже не знаю, зачем он меня вызвал.

Старик что-то пробормотал себе под нос и бросил укоризненный взгляд на герцога.

К удивлению наемницы, на этом совете также присутствовал монах. Он с приветливой улыбкой смотрел на собравшихся, медленно передвигая металлические бусины четок. Артанна тихо хмыкнула, заметив большой серебряный диск, болтавшийся на его шее. Церковников она не любила: слишком много громких слов при скудном количестве полезных деяний. Впрочем, от этого монаха, судя по ходившим в замке слухам, практическая польза все же была. Глядя на него, Артанна наконец-то призналась себе, что невыносимо скучала по Рианосу.

— Наконец-то, — улыбнулся Волдхард, кивнув наемнице в знак приветствия. — Я хочу представить вам Артанну нар Толл, командира наемного отряда из Гивоя.

— Артанна-предательница? — уточнил Райнер. — Как же, помним.

Вагранийка осклабилась.

— О, у меня масса прозвищ, одно другого громче, — сладко проворковала она. — «Артанна-предательница», «Артанна — два клинка», «Артанна — хайлигландская шлюха», а из недавнего и не менее интригующего — «Артанна — стрела в жопе». Выбирайте, какое вам больше по душе, лорд Эккехард.

Поймав недобрый взгляд Грегора, Райнер цокнул языком и отвернулся. Убедившись, что вновь завладел всеобщим вниманием, герцог продолжил:

— Довожу до вашего сведения, что воины гивойской «Сотни» находятся в Эллисдоре по моему личному приглашению, — Грегор задержал взгляд на Эккехардах. — Кроме того, с сегодняшнего дня леди Артанна входит в число моих советников, и потому вам и вашим людям надлежит относиться к ней с почтением, достойным ее статуса. Это ясно?

Все присутствующие нехотя согласились. Артанна удивленно вскинула брови, но воздержалась от комментариев.