Том приблизился ко мне слишком быстро и буквально накинулся с поцелуем. Его руки с неловкостью обхватили меня, как хрупкую вазу, жёсткая щетина царапала кожу, но губы были мягкими, когда-то давно желаемыми…а сейчас я была в смятении. Я лишь застыла в одном положении, позволяя его рукам прижимать меня к себе.

Стенли открыл дверь моей комнаты, не отрываясь от моих губ, и аккуратно протолкнул меня внутрь.

Как только дверь за нами захлопнулась, он резко отстранился:

– Мне нужен был повод, чтобы прийти к тебе.

Блять, Стенли, я так и думала, что в душе ты подонок. Утешения моего прошлого, оказались верны насчёт настоящего. Ты снова играешь мной, бесчувственное создание.

Он играл на камеру влюблённого, бегущего на свидание…это не причиняло мне никакой боли, какую могло бы причинить пару лет назад, но острый укол чувства того, что тебя используют…ничего, сейчас я буду использовать его, как моего личного информатора.

Осушив губы рукой, я напряжённо уставилась на лётчика военной авиации:

– Ну и. Повествуй.

Том уселся на кровать, нервно выстукивая дробь ногой.

– Надеюсь, прослушки здесь нет, - оглянула я комнату.

– Нет. В жилых комнатах нет слежения, - ответил мне Том. – Что ты конкретно хочешь знать? – он посмотрел на меня, видимо, не зная с чего начать.

– Куда уезжают машины?

– За ингредиентами.

Не ручаюсь за то, какую степень удивления носил мой взгляд. Как всегда Томас проронил фразу и замолчал, ненавижу ответ без комментария.

– Ну, продолжай, - я опасалась даже предположить, о каких ингредиентах он ведёт речь.

– Раджана знает, как нас спасти. Она хочет совершить обряд, для которого нужны определённые атрибуты и ингредиенты. И последний из них – есть у вашей группы, поэтому ей пришло видение о вашем приезде. Вы должны нас спасти.

– Ты в курсе, что звучит это бредовее некуда? Какой к ебеням обряд? Ты веришь в это?

– Я видел не только то, что видели вы. Она делает вещи помасштабнее, она может толпу ходячих контролировать. Поэтому я верю, что если кто уж и в силах нас спасти, то только она.

– Раз уж она такая крутая, зачем вам все эти камеры? Экстрасенсы и так расскажут, что к чему и кто замышляет мятеж.

– Эти камеры были здесь и до неё. Порой цыганка говорит

загадками, а Вахельбаху нужна ясность, он контролирует все действия своих людей. Мы не должны как-то спугнуть вас, поэтому обязаны молчать.

– Спугнуть? А есть то, чего мы должны бояться?

Том замолчал.

– Ну же! Чего мы должны бояться? – я повысила голос.

– Я не знаю! Вы - люди, выискивающие тревожные знаки на каждом шагу, что угодно способно заставить вас уехать.

– Скажи своему Вахельбаху, что будь он с нами открыт и честен, мы бы тоже доверяли ему и ничего бы не боялись!

Тяжело вздохнув, я опустилась на кровать рядом с Томом. Генерал под чарами Раджаны. То, как он на неё смотрит можно объяснить только слепой любовью или жёсткой зависимостью. Она контролирует его действия, а он следит за движением каждого из нас…

– Вирусологи…почему они укрывают от меня что-то? Они стопорят работу. Почему?

– Они уже нашли вакцину.

– Что?! – у меня сердце бешено забилось в груди, перед глазами быстрой полосой киноленты пробежали все мои дни в лаборатории, все мои и все их действия. Когда я успела что-то упустить?

– Они нашли какой-то белок, содержащийся в крови кролика, позволяющий ему быстро обнаруживать вирус и блокировать его. Мало того, они окружили его какой-то липидной платформой, которая позволяет избежать отторжения со стороны организма человека.

– Почему они молчат тогда? – я чувствовало, как моё дыхание с бешенными темпами учащается, я поднялась с кровати и стала расхаживать по комнате из стороны в сторону.

– Раджана сказала, что лекарство не поможет. А так как мы не должны пугать вас, мы продолжаем свою работу, как ни в чём небывало.