Ворвавшись в дом, я оказался в пустом темном помещении из бетонных блоков без единого окна. Первый этаж пересекал длинный коридор, выводящий на улицу. Я разглядел в его конце ускользающую тень Игната. Вскинув пистолет, я выстрелил ему под ноги. В закрытом помещении два выстрела грянули громом. Он подпрыгнул, словно бы споткнувшись. Я пальнул еще раз – Игнат замер, вскинув руки.

Я подбежал к нему, остановившись в нескольких шагах. Игната трясло, ноги подкашивались, шея была мокрой и покрыта липкой кровью.

– Руки подними! – приказал я. – Менты повсюду. Никуда тебе уже не деться.

Игнат медленно развернулся ко мне: лоб перепачкан в крови, лицо перекошено от ярости и боли, губы прыгают. Сначала он что-то пытался мне сказать охрипшим голосом, потом ощерился в ухмылке.

И я понял, почему.

Не успел я обернуться, как почувствовал резкий толчок и врезался плечом в бетонную стену. Боль обжигающей волной прошла по телу, и я шлепнулся на пол. Перед глазами промелькнуло мое собственное бледное лицо. Сжав зубы, я отполз назад и выставил пистолет перед собой. Но дубля в поле зрения уже не оказалось.

Копия прошла мимо меня и уже двигалась к Игнату быстрыми шагами.

Что?!

Подойдя к нему вплотную, дубль вскинул автомат и пустил очередь Игнату в грудь. Зычный стрекот эхом пролетел по зданию, ударился о стены и взорвался эхом в моей голове.

Сжимая пистолет окаменевшими руками, я смотрел на дубля широко раскрытыми глазами. Волосы мои встопорщились от страха, горло будто бы заткнули клапаном. Что происходит? Что он делает?!

Игнат закашлялся, выплюнув юшку крови. Синяя жилетка его потемнела и намокла. На лице застыла смесь непонимания и шока: он как будто сам не ожидал, что дубль выстрелит в него. Потом Игнат рухнул лицом вниз и больше не поднялся.

Лежа у дубля за спиной, я только было стал приподниматься, как он развернулся и поймал меня прицелом.

Я зажмурился, и в следующий момент что-то произошло.

Где-то сзади закричала Ника, а коридор взорвался шквалом выстрелов. Дубль задергался от ливня пуль, мелкие искры заплясали по нему со всех сторон и звонко застучали пули об железо. Вскоре раздался треск и звон стекла, глаза дубля погасли, и он замер неподвижным манекеном. Из продырявленного, будто решето, тела Лжеобразцова ударил черный дым.

Поначалу я даже не понял, что произошло.

Я сидел на деревянном полу здания, оцепенев, и не сводил взгляда с дубля.

Он так и стоял неподвижно, будто восковая кукла, напротив меня, с автоматом в руках. На месте глаз его темнели черные провалы с выбитыми стеклами, из них валил густой дымок. Кожаная куртка была сплошь усеяна рваными дырами от пуль, под ногами блестели осколки стекла, валялись мелкие обрывки черной кожи. В помещении завоняло горелой резиной.

Вскоре мою копию со всех сторон окружили шесть крепких бойцов в черном обмундировании. Вскинув автоматы, полицейские застыли вокруг дубля в напряженном ожидании, как будто опасались, что он снова оживет и выстрелит. Потом один из них выбил «калашников» из рук копии, толкнул дубля ногой, и он с грохотом упал на деревянный настил. Не опуская оружия, полицейские замкнули его в тесное кольцо и несколько секунд безмолвно нависали над железным телом, держа дубля на прицеле.

Так продолжалось еще несколько мгновений. Потом полицаи опустили автоматы и разошлись в стороны.

Видимо, они ни разу в жизни ничего подобного не видели, поэтому были готовы ко всему.

Я поднялся на ноги и тут же ощутил, как вокруг шеи обвились теплые женские руки. Обернувшись, я поймал губами Никин поцелуй, прижал ее к себе. Плечи Ники сотрясались от рыданий, по щекам катились слезы. Она обнимала меня, целовала, гладила по голове, как будто мысленно уже похоронила меня в этом здании.

– Все нормально, солнце. Хорошо… Уже все хорошо, - сказал я, прижав ее к себе крепче, и погладил по макушке.

Позже Ника высвободилась из моих объятий. Взгляд ее скользнул по неподвижному телу Игната, и лицо девушки побледнело. Приобняв Нику за плечи, я повел ее прочь из здания. На выходе к нам подоспели двое санитаров в синих куртках, взяли Нику под руки и повели к машине «скорой».

Я вышел на улицу и огляделся. На участок с котлованом уже набежали полицейские. Пустое здание, где лежал дубль, окружили темные фигуры в форме, еще несколько человек прочесывали местность. Тишина на строительном участке наполнилась стуком шагов и зычными мужскими голосами. Похоже, Ромка сильно всполошил полицию, раз их сюда прислали столько, словно на стройке заложили бомбу.