Потом полуэльф сделал еще шаг назад, и они начали падать – словно в бездонный колодец. Исчез пульсирующий свет, исчезла поляна и исчез маг, исчезло небо с луной. Вокруг осталась только темнота.

Первым, что Альмар услышал, проснувшись, оказалось тихое потрескивание горящих веток.

Мальчик открыл глаза. В паре шагов от места, где он лежал, действительно горел огонь. Ночной ветер нес прохладу, и Альмар пододвинулся ближе к костру, натянул повыше теплый плащ. На вопрос, откуда плащ взялся, память молчала. Наверное, Кирумо добыл. Только вот где сам оборотень?

Мальчик улыбнулся, подумав о странном сне, образы из которого все еще стояли перед глазами; почти такие же яркие, как реальные воспоминания. Будто бы они уже пришли в Радогу, и будто бы господин Тонгил решил взять его в ученики, и будто бы у Альмара даже получилось вызвать Тени. Потом сон стал более сумбурным и нереальным. Поход в сумерках за волшебной ящерицей, появление Тонгила, Кирумо, держащий нож у его горла.

Мальчик покачал головой, но рука непроизвольно потянулась к тому месту, где во сне клинок порезал кожу. Когда он посмотрел на пальцы, кр плым того, кто-то накрыл его длинным плащемно горел огонь.ое потрескивание костра и тепло______________________________асной влаги на тех, конечно, не оказалось. Однако на шее обнаружилась незнакомая короткая цепочка с подвеской. Ребенок покрутил теплый гладкий камень, нахмурился, пытаясь вспомнить его происхождение, но отвлекся, задумавшись о том, где он. Отбросил плащ и поднялся, оглядываясь.

Костер был разложен на краю небольшой рощи, острым клином врезавшейся в степь… Откуда в северных лесах могла взяться степь? Альмар помнил только деревья, дорогу и болота. Они шли долго, и дни перемешались в голове. Все же, где Кирумо?

Появление друга мальчик скорее почувствовал, чем услышал. Что-то внутри велело развернуться, и за спиной действительно обнаружился оборотень. Он как раз вышел из-за ближайших деревьев, помахивая в воздухе мертвой куропаткой:

– Проголодался?

Альмар моргнул:

– Да, - ответил, пытаясь понять, откуда появилось ощущение беспокойства. Думать оказалось сложно, мысли словно заволокло туманом, сосредоточиться на чем-то одном не получалось.

– Мне приснился странный сон, - начал мальчик, и Кирумо хмыкнул:

– Да?

Альмар потер начавшие зябнуть пальцы. Отошел на несколько шагов от костра, вернулся, снова отошел, на этот раз дальше, остановился, поводя ладонями по косицам полыни. Что-то внутри требовало действий, но не объясняло - каких:

– Странный сон, - повторил он, оборачиваясь к костру, к Кирумо, к мертвой птице, лежащей на земле. Блеск огня на лезвии, кровь на лезвии. Каменная хватка держащих его рук.

– Или не сон, - прошептал, чувствуя, как туман в голове начинает рассеиваться. Рука сама поднялась к цепочке и дернула за камень. Звенья порвались, осыпались – частью на землю, частью – ему за шиворот, но камень остался в ладони, черная змея чужой магии. Альмар размахнулся, бросил его дальше в степь, и тот утонул в высокой траве.

Не-Кирумо продолжал сидеть в прежней позе, только склонил голову набок, с интересом разглядывая мальчика.

– Дед оказался прав, с магами его трюк не прошел, - проговорил задумчиво.

– Кто ты такой? – Альмар попятился.
– Зачем я тебе?

– Ты ведь уже понял, кто я, - не-Кирумо медленным плавным движением снял с себя цепочку с таким же черным камнем, потом потянул за концы замысловатого узла на рукаве. – А зачем… не бойся, что бы ни говорил Тонгил, я не планирую передавать тебя ни тару Дейкасу, ни кому-либо иному. Некоторое время поживешь в Степи, когда станет безопасно, вернешься в империю. Если захочешь.

Узел поддался, и фигура подростка потекла, меняясь, вытягиваясь в длину, раздаваясь в плечах. Почернели и удлинились волосы, потемнели глаза, изменилось лицо. Полуэльф криво усмехнулся, наблюдая за паникой мальчика.

– Не бойся, - повторил он.
– Я не сделаю тебе ничего плохого. И позабочусь, чтобы тебе не причинили зла другие люди. Но мне интересно: господин Тонгил действительно не объяснил, кем тебе приходится? Или просто запретил упоминать об этом?

– Кем приходится? – переспросил ребенок, борясь с желанием развернуться и кинуться прочь. Глупое желание – полуэльф нагонит его моментально.

– Промолчал, - полукровка кивнул самому себе.
– Струсил, стало быть. Тогда скажу я. Тар Мэлгон, которого ты считаешь отцом – твой отчим. Твой настоящий отец – Арон Тонгил.

Наверное, Альмару следовало как-то отреагировать. Но он просто стоял и смотрел на полукровку. Стоял, смотрел и не мог ничего сказать.

– Я не понимаю, - произнес мальчик, когда молчание затянулось невыносимо и стало ясно: полуэльф не собирается продолжать, ожидая его реакции.

– Что именно не понимаешь? – осведомился полукровка.