– Обожжешься, - буркнул сидящий вполоборота воин, и Альмар торопливо отдернул руку.

Слуга Гиты закончил раскладывать дрова и посмотрел на подопечного.

– Я видел тара Мэлгона в столице, - голос звучал сипло, простужено.
– Ты на него не похож.

– Да, - согласился Альмар, - я в дядю пошел, маминого брата.

Из темноты, куда ушел второй воин, раздалось не то сдавленное проклятие, не то хрип.

– Трош, что там? – вскочил на ноги первый, а потом завалился набок. Из его глазницы торчал знакомый Альмару метательный нож.

– Чего застыл? – Кирумо, возникший в свете костра, вырвал клинок, торопливо обтер об одежду умирающего. Глаза подростка горели злым золотом.

– Уходим!

– Сейчас, - Альмар наклонился, подхватил свой порядком изодранный плащ, после секундного колебания снял с убитого ножны с длинным кинжалом. Хорошее оружие.

А потом они побежали.

Лес казался непрогляден, даже белесая северная ночь не помогала разглядеть дорогу. Но Кирумо видел в темноте не хуже слуг Гиты, а светлая макушка подростка служила Альмару хорошим ориентиром. В лесу царила тишина, мальчик слышал только шелест листвы под ногами, изредка - треск сухой ветки, и каждый раз вздрагивал от резкого звука.

Бежали долго. Несколько раз Альмар просил передохнуть, отчаянно завидуя выносливости Кирумо.

– Когда? – выдохнул на пределе сил.
– Когда остановимся?

Небо на востоке прорезала тонкая розовая полоска, светлело. Короткие здесь, на севере, ночи.

– Немного осталось, - ободрил его подросток.
– Иди след в след и не бойся, это иллюзия.

У Альмара не осталось сил спрашивать, что имел в виду Кирумо. Потом стена непроходимого бурелома оказалась на пути, и он не сдержал стон.

– Говорю же, иллюзия, - сперва правая, потом левая нога Кирумо исчезли внутри поваленных стволов. Еще шаг – и он уже по пояс скрылся в нагромождении веток.

– Не отставай.

Альмар шагнул вперед. Иллюзия обманывала не только зрение, поскольку ветки ощутимо кололись. Для пробы Альмар зажмурился – идти сразу стало легче. Когда неприятные ощущения схлынули, открыл глаза. Небольшая поляна, в центре которой Кирумо разжигал костер, уютная поляна, и никуда больше не нужно идти.

Альмар улыбнулся блаженно, повалился на землю. И заснул.

Проснулся мальчик после полудня.

– Я не стал тебя будить, - Кирумо сидел рядом, разглядывая клинок, прихваченный Альмаром.

– Спасибо, - мальчик потер глаза.

Подросток вздохнул и сменил тему:

– Сестренка, наверное, беспокоится. Или ревет. Вечно у нее глаза на мокром месте.

– А родители? – осторожно спросил Альмар, с запозданием подумав, что за все время путешествия ничего не узнал о семье Кирумо.

– Погибли, - взгляд того устремился вдаль, брови сошлись на переносице.

– Прости, - неловко сказал Альмар.

– За что? – подросток удивленно глянул на него.
– Ты к их смерти отношения не имеешь, а виновных я найду и убью.

Альмар промолчал. Кровная месть – вещь правильная, но не тогда, когда мститель почти его возраста. Хотя… Он попытался представить, как кто-то убил его семью, убил и скрылся. Стал бы он выжидать, прежде чем найти виновника и отомстить?

Представил.

Стал бы, - ответил ему внутренний рассудительный голос, - стал бы ждать, пока не нашел бы верный способ, и только тогда, только если уверен в том, что убийца не уйдет от возмездия…

– Знаешь, кто виноват и как отомстить? – спросил мальчик. Кирумо молча кивнул, вновь уставившись в пространство.

Больше об этом они не говорили.

– Оборотень удачно объявился, - Альмар закончил нанизывать на прутья найденные неподалеку и признанные съедобными грибы.
– Все сразу в погоню кинулись. Видел бы ты, как у них глаза горели! Тар Дьерг сказал: награда за живого выше, чем за мертвого.

– Гита любит оборотней на своем алтаре, - криво усмехнулся подросток.

– Она жестокая богиня, - Альмар поворошил прутом отгорающие угли, прикидывая, куда пристроить грибы, чтобы хорошо пропеклись, но не сгорели.
– Почти как Серая Госпожа.

– Хуже, - убежденно сказал Кирумо.
– Серая Госпожа справедлива, а Гита нет. Гита коварна и любит страдания смертных. Серая Госпожа – просто Смерть. Рано или поздно она приходит ко всем.

– Ты поклоняешься Серой Госпоже? – с опаской спросил Альмар.

– Нет, - отказался Кирумо.
– У Серой Госпожи и без меня достаточно почитателей. Мой бог Многоликий.