Кощеева матушка сегодня в красном сарафане. Сама румяна, хороша — загляденье, а не женщина. Впрочем, оно и понятно. Всё же материнская кровь видна и в Дивиславе, и в Темнозаре. Правда, в Дивиславе сильнее. Он куда краше своего старшего брата. Небось, был любимцем и баловнем в семье.

— Милая, не спи, — ласково шепнул Дивислав и легонько локтем подтолкнул меня в бок. — Тебя спрашивают.

Я моргнула и перевела взор к змеиному царю, который действительно что-то сказал. Рада только хихикнула в кулак. Я оторопела. Вот это да. Уж от кого, а от неё не ожидала такой реакции.

— Да-да, — робко опустила я ресницы. — Вы что-то сказали? Простите, задумалась.

— Замечталась, — улыбнулся Змеиный царь. — Уж не про ночь ли вчерашнюю?

Мне, кажется, полагалось засмущаться. Или робко улыбнуться и спрятаться за спину мужа. Но пальцы рефлекторно сжали ложку. Нет, я не собиралась ей стукнуть Змеиного царя в лоб, но…

Дивислав мягко накрыл мою руку, тут же пресекая всё попытки использовать столовый прибор не по назначению.

— А про что мечтает моя молодая супруга, позволь, о царь, знать только мне, — сказал он с ослепительной улыбкой. — Сам же благословил на жизнью долгую да славную. Вот и выполняем…

Только величественно кивнула. Змеиный царь, если б мог, закатил бы глаза. Однако количество Кощеев за одним столом явно превозмогало. Хм, что же это теперь получается? Я тоже из семьи Кощея?

— Умыл, — наконец-то сказал он. — Ну да ладно, голубки. Свадьба — дело хорошее, брачная ночь — тоже. Но пора бы и к делу приступить. Калинов мост сам себя не восстановит.

— А Лель сам себя не найдёт, — подсказала я.

— И Горыныч тоже, — кивнул Дивислав. — Что предложишь?

— После завтрака отправимся в одно из древних мест. — И, заметив, что Рада нехорошо сощурилась, Змеиный царь добавил: — Не беспокойся, хозяюшка, место в Межанске. Оттуда мне легче будет чарами дотянуться. Да и лучше его тут и перекинуть. Змеиные пределы будут далековато, а загонять в человеческие — глупо и неосмотрительно.

Я молча слушала. Змеиный царь хочет моей крови.

Вообще-то спасать мир в мои планы не входило. Но судьба-шалунья всегда вносит в нашу жизнь что-то новенькое. Змеиный царь явно был в прекрасном расположении духа. Шёл, окаянный, рядом, с шипением насвистывал какой-то мотивчик. При этом весело, будто мы на полянке собрались праздновать наш брак с Дивиславом. Ну или какой местный праздник.

Под ногой хрустнула веточка, где-то над головой застрекотали птицы. Дятел усердно стучал по стволу, не обращая внимания на меня, царя и Дивислава. Свекровь хотела пойти с нами, однако ей запретили. Меня, конечно, удивляло, что Темнозар не увязался следом — ему-то должно быть интересно. И в то, что послушался Змеиного царя, тоже вовек не поверю. Кощей и послушание — вещи несовместимые.

Лес межанский, кстати, даже похож на наш. Только всё же постарше будет. И деревья потемнее.

— Ну как? — вдруг спросил Змеиный царь. — Настроилась?

Я пожала плечами. Тут что настраиваться — делать надо.

Обманчиво прекрасный лес не давал полностью ощутить торжественность момента. Да и Змеиный царь насвистывал незатейливый мотивчик, словно решил просто проводить меня по хорошей тропинке, чтобы там сарафан не примяла да косу не растрепала.

Дивислав шагал рядом. Молча слушал нас обоих и не перебивал. Судя по выражению лица, совершенно не одобрял происходящее, но не решался это озвучивать, так как понимал, что меня не переубедить.

Так, ну вот мы вышли к берегу реки. Очень хорошо. Почему-то она сильно напоминает ту самую, через которую мы прибыли в гости к Змеиному царю. Что-то мне это совсем не нравится.

— Не смотри так, Калина, — вдруг подал голос Дивислав. — Везде, где можно перейти из одного мира в другой, текут реки Межи. Выглядят словно близнецы.

— Мир людей и змей настолько разнится? — уточнила я, запоздало сообразив, что супруг словно ответил на мои мысли.

— Змеи ближе к мёртвому, чем люди, — невозмутимо сказал Змеиный царь, поддев носком сапога мелкий камушек и отправив его в воду. — Поэтому, по сути, не относимся ни к тем, ни к другим. Межанск — это граница, но и мои земли тоже, можно сказать, находятся на границе. Поэтому и реки тут почти одинаковые. Или же… — Он повернул голову, в глазах вспыхнули изумрудные искры. — Тебе нужна именно та река?

— Не говорите глупости. Если пришли, то скажите, что делать…

— А то гора дел: друга спасать, Горыныча вызволять и муж еще некормленый? — поддел Змеиный царь.

— Совершенно верно, — непроницаемо ответила я, сжав запястье хотевшего было возмутиться Дивислава. — Я нынче женщина замужняя, потому всё расписано.

Змеиный царь улыбнулся, тонко так, немного ехидно и в то же время с одобрением. Перевёл взгляд с меня на супруга.

— Это, конечно, не любовь, друг мой. Но жена — прекрасная. И вообще брак по расчету однозначно решает.

И, не дав нам возразить, он резко развернулся к реке и вскинул руки.

Земля под ногами задрожала, вода заволновалась и поднялась огромными волнами. Я невольно шагнула назад. И тут же перед глазами всё вспыхнуло нереально яркими красками. Пронзительная зелень травы и листвы, янтарная желтизна песка, синь воды. Дышать стало сложнее, воздух вдруг показался хмельным, вкусным… невозможно надышаться.

Я пошатнулась; Дивислав подхватил меня, не давая упасть.

Со всех сторон лилось змеиное шипение. Тягучее, леденящее кровь, чуждое. Змеиный царь шептал заклятие на своём языке, тянулся сквозь века и чары к чему-то древнему и нечеловеческому.