Шрифт:
— Эйд, почему я теперь могу к нему прикоснуться? — обернулась я к духу инструмента.
— Ты взялась вывести его из Серых Земель, и он сделал первый шаг на Путь, что ты начинаешь прокладывать. Теперь он на время не принадлежит этому месту, как ты и я.
Я вновь посмотрела на Короля-Саламандру, отмечая происходящие с ним изменения. С него как будто стёрли слой пыли. Серость этого места сходила с него, как снег с весенних лугов. Волосы как будто стали рыжее, венец заиграл бледным золотом, а ящерка на нагруднике налилась бледным багрянцем. Цвета были блеклыми, будто на выцветшем от времени полотне, но уже выделялись среди царящей кругом серости.
— И что теперь нужно сделать, чтобы попасть обратно в Барлиону? — без особой надежды спросила я у Эйда. Сейчас зловредное струнное заявит, что это моё испытание, и я должна сама догадаться.
— Серые Земли имеют несколько Врат, — вопреки моим опасениям принялся объяснять Эйд. — У каждых Врат имеется свой Привратник, призванный хранить границу между миром живых и миром мёртвых. Тебе нужно разыскать Врата, справиться с Привратником, попасть в Междумирье и проложить дорогу к Барлионе.
Наличие чёткой инструкции радовало, а вот изрядные пробелы в ней огорчали.
— И как же я отыщу эти Врата?
— Ты же Бард, — напомнил мне Эйд. — Придумай подходящий способ.
Значит, снова музыка. Могла бы и сама догадаться. Я выполняю классовое задание и нахожусь в землях, куда открыт путь только Бардам. Хотя… Кажется, Шаманы и Некроманты тоже работают с духами и душами. Интересно, они тоже сюда захаживают?
Так, долой посторонние мысли. Мне нужна путеводная песня. Я огляделась, пытаясь найти подсказку в окружающем меня пейзаже. Унылая серость и давящая тишина. Единственным, что порождал сей вид, был возрастающий внутренний протест. Надо встряхнуть это пыльное безмолвие!
Едва мои пальцы коснулись струн эйда, как в памяти всплыла подходящая песня всё из того же бессмертного альбома «Запрещённая реальность». Пусть и не совсем точное попадание, но это именно то, чего мне сейчас не хватает. Больше жизни!
Тишину Серых Земель взрезали оглушительные гитарные риффы. Король-Саламандра вздрогнул от неожиданности, выхватил меч и закрутился волчком, ища источник грохота, а Эйд вскочил в седло нервно приплясывающего коня и довольно расхохотался. Ему определённо пришлось по вкусу новое звучание.
Одни, столько лет, Мы возводим замки и Храм, Рождённые по воле рока жить. Богам веры нет. Снова каждый выберет сам Свой путь, свой крест, свою судьбу и нить. Не плачь, не жалей, не зови. Слабому — плеть, вольному — воля. Имя своё к Солнцу неси в тёплых ладонях. У ветра дорогу спроси. Сомнения прочь и прочь тревога. Всё, как есть, прими и не вини ни Чёрта, ни Бога!Затхлый, застоявшийся воздух Серых Земель вдруг взвился вихрем, закружил, взметая пыль к серым небесам, и мощным порывом ударил мне в спину. Конь Эйда взвился на дыбы, чёрный плащ духа захлопал крыльями, а я, увлекаемая ветром, невольно сделала шаг, за ним второй, и зашагала туда, куда звала ожившая стихия.
Смотри — новый день. Тот же был сюжет, ну и пусть. Он лишь мгновенье бесконечных сцен. Смотри — свет и тень Прошлых дней, а их не вернуть. Они — частицы вечных перемен. Не плачь, не жалей, не зови. Слабому — плеть, вольному — воля. Имя своё к Солнцу неси в тёплых ладонях. У ветра дорогу спроси. Сомнения прочь и прочь тревога. Всё, как есть, прими и не вини ни Чёрта, ни Бога!Мы шли, ведомые ветром, а вокруг нас собирались души. Некоторые, как недавно Король-Саламандра, лишь с видимым усилием поднимали голову, другие же выглядели вполне живо, если это слово вообще применимо к бесплотным духам. Люди, тролли, минотавры, драконы, титаны, сирены… Десятки, сотни душ существ стекались к источнику звука и следовали за нами. Ветер, рвавший наши плащи, трепавший волосы, настырно толкающий в спины, словно бы проходил сквозь окружающие нас души. Ни одно дуновение не побеспокоило серые призрачные тени.
Мечтать смысла нет — Это путь к волшебным мирам, В страну надежд изломанной души. Проснись, столько лет Мы возводим замки и Храм, Рождённые по воле рока жить. Не плачь, не жалей, не зови. Слабому — плеть, вольному — воля. Имя своё к Солнцу неси в тёплых ладонях. У ветра дорогу спроси. Сомнения прочь и прочь тревога. Всё, как есть, прими и не вини ни Чёрта, ни Бога! [22]22
Песня «Рождённые жить» Сергея Маврина.