Позади меня Люк разрубил на куски последнего Сумрачного. Воздух был наполнен вонью разлагающейся плоти. Я споткнулась, и меня затошнило, когда Люк пустил через улицу ещё один шипящий энергетический луч, отбрасывая Антона ещё на несколько шагов назад.

Билли, с бледным как смерть лицом, навалился на дверь.

— Зайди во внутрь, — повторила я и попыталась затолкать его в Морган.

Но он вырвался, пристально глядя на Люка и Антона, которые стояли теперь друг против друга.

— Я могу позвать ещё больше Сумрачных, — сказал Антон.

— А я могу позвать ещё больше охранников, — парировал Люк. Вспыхнул свет, воздух затрещал, и он улыбнулся. — Кстати я уже это сделал. У них приказ убить тебя на месте.

Антон презрительно фыркнул.

— Мне бы хотелось посмотреть на то, как они попытаются!

— Это мы можем устроить. Но на самом деле, — Люк понизил голос до заговорщического шепота, — я намереваюсь сделать это сам.

Антон переместил свой вес; его взгляд метнулся к труппе Дуг, которые бежали вдоль улицы.

— В следующий раз, — сказал он, насмешливо поклонившись, прежде чем исчезнуть в Межпространстве.

Люк схватил меня за руки.

— С тобой всё в порядке?

— Нет. Но…, - я указала на дядю, который молча открывал и закрыл рот. — А что с ним?

— Подожди, — сказал Люк, подошёл к охранникам, которые остановились в нескольких метрах и пролаял приказы. Группа выпрямилась, безропотно внимая каждому его слову. Я ещё никогда не видела в нём эту сторону: Люк, в качестве руководителя. Это соответствовало ему. Всё в его жизни соответствовало ему, и я задавалась вопросом, почему он настаивает на том, чтобы кто-то вроде меня стал частью этого.

Широко распахнув от страха глаза, Билли одной рукой опирался на мусорный бак.

— Мо…

— Я могу всё объяснить, — сказала я Билли, теперь, когда всё закончилось, зубы не попадал на зуб.

Я наклонилась и подняла кинжал, который метнула. Кровь на лезвие была такой тёмной, что казалась маслом.

— Прежде чем он заржавеет, тебе следуют его вытереть, — беззвучно сказал Билли.

Я кивнула, вытерла кинжал о мой вымазанный снежной жижей фартук и побоялась спросить, откуда он это знает.

— Эта тварь, — в конце концов сказал он и указал на то место, где лежал скрученный труп Сумрачного. — Что…

— Их называют «Сумрачными». Они наёмные убийцы. Охотники.

Он уставился на существо и перекрестился.

— Не люди.

— Нет.

— Ты их уже видела раньше.

— Да.

Он кивнул, и я наблюдала, как он всё впитывает в себя, соединяет доказательства, словно кроссворд и понимает, как отдельные детали подходят друг к другу. В конце он посмотрел на меня.

— Эти твари… убили Верити?

Я сглотнула.

— Да.

Люк направился к нам. Меч исчез, но выражение его лица всё ещё было наполнено решимостью и убийственным. Оно стало немного мягче, когда он увидел меня.

— Ты совсем мокрая, Мышонок.

— Я упала.

— Я это заметил, — он провёл рукой по моему рукаву и спине; по мне распространилось тепло, и высушило мою одежду.

Нескольких слов было достаточно, которые позаботились о том, чтобы дыра на куртке переплелась и исчезла.

— Переохлаждение никому не рекомендуется.

К Билли постепенно вернулось самообладание. Он больше не опирался о мусорный бак, а поправил свои волосы и нашёл спасение в роли, которую играл лучше всего. Он скрестил руки на груди и уставился на Люка.

— А ты кто такой?

— Люк.

Он сказал это так небрежно, как будто то, что выяснил Билли, не подвергнет нас опасности. Однако я знала, что это не так.

— Я ещё никогда о тебе не слышал.

— Зато я о вас, — ответил Люк. — Дядя, правильно? Вы захотите забыть о том, что только что увидели.

— То, чего я хочу, это объяснение, — угрожающе сказал Билли.

Как раз в этот момент за угол завернул грузовик Колина, и свет фонарей осветил невероятную сцену.

— Чёрт возьми, Мышонок, ты единственный человек, которого я знаю, кто может превратить небольшой переулок в Центральный вокзал Нью-Йорка, — Люк мрачно уставился на грузовик.

— Это не моя вина, — ответила я. — Не то, чтобы я специально просила Антона напасть на меня.

— Мо, за тобой ещё кто-то охотиться? — спросил Билли.