Достичь его удалось уже почти в полной темноте, и времени на создание более-менее нормального места для отдыха уже не было. Разводить костёр на сырой земле представлялось делом долгим и хлопотным, и потому Курск и Орёл поддержали предложение Ельца поужинать захваченным из дома хлебом. После еды пришла и усталость, и, распределив обязанности по ночной охране их незатейливого лагеря, все трое заняли свои места. В эту ночь покой охранял Елец, успевший уже много раз проклясть столь неудачный для него жребий. Его же бывшие гости преспокойно заняли наспех постеленные на земле лежанки. Спали прямо в кафтанах, и здесь снова сказывалось изменение погоды — чем ближе к путникам была зима, тем холоднее становились их ночи. Несмотря на то, что путь их лежал к югу, смена времён года брала своё, и от этого Орлу, привыкшему к тёплой и мягкой постельке, становилось только хуже. Он всё ещё никак не мог привыкнуть к суровым походным условиям.

Первый день поездки выдался скучным и весьма молчаливым. Таким он мог и закончиться, если бы не одно событие, случившееся вскоре после того, как заснули Курск и Орёл.

Хватило Ельца ненадолго. Он устал не меньше других, и потому, просидев без дела пару часов и обойдя их стоянку по периметру несколько раз, Валерий всё-таки не смог совладать с утомлённостью после дня пути. Его глаза уже почти закрылись, а мысли уже были готовы унестись куда-то вдаль, как вдруг какой-то далёкий звук привлёк его внимание.

Источник звука был ещё довольно далеко, и потому разобрать его становилось делом весьма нелёгким. Нужно было подпустить его ближе.

Валерий напрягся. Что бы это ни было, оно явно приближалось к нему. Дикое животное? Человек? Вдруг грабитель — тогда придётся срочно будить всех! Или же… Или же он справится сам, ведь не лыком же шит: из стольких боёв живым выходил!

Звук постепенно обретал форму, и вскоре уже можно было понять его природу: к ним кто-то ехал. Найти их место не составляло труда — Елец специально зажёг небольшую тусклую свечу, чтобы хоть как-то осветить пространство вокруг и немного погреться. Раньше ему казалось, что этот свет вряд ли смог бы привлечь кого-то, однако теперь он понял свою ошибку.

Не давая страху овладевать собой и приготовясь к защите, Валерий всматривался в тьму, начинавшуюся от него чуть дальше, чем на расстоянии вытянутой руки. Из-за света, лившегося от свечи Ельца, окружавшее его пространство казалось ещё темнее, чем оно было на самом деле.

Валерий задул огонь и, отбросив восковой стержень в сторону, достал небольшой нож.

Всадник подъезжал. Звук доносился именно с той стороны, откуда ехали и они сами, и это наводило на мысли о том, что этот человек мог следить за ними от самого дома Ельца. Стараясь не рассматривать этот вариант всерьёз, Валерий попытался подумать о чём-то другом.

Прошло пару минут — и вот уже всадник пронёсся совсем рядом и, тут же спешно осадив коня, остановился чуть поодаль.

А следом Елец услышал знакомый голос…

— Не ожидал увидеть тебя бодрствующим, Лерик. На стрёме стоишь?..

Лерик. Так его могло называть только лишь одно олицетворение во всём мире, и вот как раз его-то Елец и хотел видеть как можно реже в своей жизни. Но не всё вокруг зависело только от его желания, и потому этот парень периодически выводил его из себя своим появлением.

— Да какой я тебе, к чёрту, Лерик! — Реакция Ельца на столь сильный, по его мнению, произвол последовала незамедлительно. — Не смей меня так называть!

— А мне кажется, это звучит очень мило. — Валерий знал, что его собеседник улыбнулся.

— И вообще, какого чёрта ты тут забыл? — Продолжал выходить из себя Елец. — Снова следишь за мной? По-моему, я уже объяснял, что не обязан докладывать тебе о каждом моём шаге! Так что кончай меня преследовать, или же я сам сделаю так, чтобы ты прекратил! — Почти зарычал он.

— А ты всё такой же, колкий и холодный. — Неизвестный явно ёрничал. — Так ты куда, Лерик? Да ещё и не один, а в таком сопровождении…

Скользнув глазами по лошадям, заботливо устроенным чуть поодаль, и сразу поняв всю серьёзность дела, незнакомец нахмурился.

— Это же одни из лучших твоих коней! А припасов-то сколько…

— Ты, предатель, чего тебе снова надо от меня? Я уже просил тебя не мешать мне жить так, как хочу я! — Валерий задыхался от гнева и негодования. Подумать только! Этот придурок опять следил за ним! Но ведь он уже давно не маленький! Да, было время, когда Морша[1] помог ему, но ведь он и сам уже вырос и теперь уж точно обойдётся без всякой помощи со стороны!

— Чтобы ты отбросил копыта в какой-нибудь очередной заварушке? — Взгляд добрых жёлто-зелёных глаз Морши, чувствовавшийся даже сквозь тьму, смотрел на Ельца с какой-то особой теплотой. Казалось, что он и вовсе пропускал мимо ушей все оскорбления, позволяя Валерию снова и снова сыпать грубостями в свой адрес. — Вспомни, кто тебя выхаживал, когда ты чуть не умер после боя с Самаркандом. Хорошо ещё, что тогда мои травы хоть сколько-то помогли…

— Зато я не изменял своей судьбе, как последний трус! Если ты был предан моему отцу, ты был обязан находиться на его стороне до самого конца! И погибнуть первым должен был именно ты! Ты! — Елец сорвался на крик. — А ты же, мало того, что жив до сих пор, так ещё и был татарским прихвостнем! Что тебе обещали за предательство, а, подлец?! Да какое ты вообще имеешь право даже заикаться о чём-то, когда мёртв тот, кто совершенно не должен был!