– Пожалуйста.

– Что скажешь, малыш?

– Не сдавайте оружие, просто запритесь на кухне. Это необходимо сделать.

– Но ты…

– Будут жертвы! – прикрикнул на девушку ребенок. – Это единственный выход. Идите на кухню, он сдержит свое слово.

– Прикажите своим людям не стрелять, мы спускаемся, - сказала Мари.

Мари опустила ствол и медленно пересекла дверной проем. Никто не выстрелил. Я не одобрял этой затеи, кукловод умеет врать и все мое естество разрывалось от напряжения, но как я уже говорил Канату, критикуешь – предлагай альтернативу, а ее у меня не было, поэтому я двинулся следом. На первой палубе нас встретили черные зрачки вражеских винтовок. Они хищно щурились, пока мы проходили мимо с опущенным оружием. Напряжение так и звенело в воздухе натянутой до предела струной, и мы, и они двигались медленно, чтобы не порвать ее к чертовой матери неосторожным резким движением. Даже Альвар с маленьким блестящим пистолетиком у виска задержал дыхание.

– А где же наш бравый капитан? – спросил Айк, как только мы скрылись на кухне.

– Его нет на корабле, - ответила Мари.

– Врете, с того краю стреляло два ствола.

– Это был не Шона, - ответил Канат. Похоже он вышел в коридор.

– Ты же мертв! – поразился Айк. – Как черт подери… Да ладно!
– Кукловод разразился хохотом – Ник, сукин ты сын, я почти восхищен! Нет честно, безупречная игра. Ты мог бы добиться успеха, если бы не навязчивое желание поиграть в героя.

– Это желание спасло мне жизнь. Я знаю о токсине.

– Возможно ты и прав… Отправляйся к остальным, старик, и ты женщина.

– Амалия!

– Забирай ее с собой. Ты и ты проследите за этими умниками, вы двое заберите груз и убираемся с этого корыта.

– Ты обещал время на мародерку, - подал голос наемник.

– Полчаса. Время пошло.

Эти полчаса тянулись как вечность. Мы знали, что за дверью всего лишь двое наемников, судя по звукам, лишь один скаут, но стыд и вина приковали нас к полу лучше любых цепей. Мы не просто потерпели поражение, а сдались, отдали одного из своих. Нужно было придумать что-то, снять этих двоих вообще не проблема, поэтому мы впустую накачивали себя эмоциями и гневно тискали винтовки. Все, кроме Асоль, бросившей оружие еще в коридоре. Вместо автомата медик прижимала к груди нервно всхлипывающую дочку. И все же, как бы долго не тянулось время, оно прошло. Тяжелый перестук шагов сообщил о том, что скаут покинул пост.

– Покеда, сучки, - сказал последний из наемников, сунув в дверной проем лишь голову в черном шлеме.

– Не советую! – сухо прозвучал голос нашего мучителя.

Приставленный к затылку аккурат под шлем пистолет толкнул наемника дальше и стала видна зажатая в руке большая граната. Похоже у него специфическое представление о прощании.

– Вставь чеку, придурок.

– Они убили моего друга!

– А мне насрать, - покойно ответил кукловод. – Убив их, ты создашь мне лишние проблемы, поэтому я бы с удовольствием тебя грохнул. Останавливает меня только граната. Ситуация патовая, поэтому я предлагаю компромисс, я оставляю тебя в живых, а ты получаешь деньги за выполненный заказ.

– Проблемы. – передразнил упрямый наемник и выдал извечную истину, неплохо работавшую еще в моем родном мире. – Нет человека – нет проблемы.

– Идиот, они как ты с этой дурацкой гранатой. Понял?

– Нет, - нахмурился мужик.

– Раздражаешь. Я не могу грохнуть тебя, иначе взорвется граната. А в их случае, произойдет нечто похуже.

– Что именно?

– Не твое собачье дело! – ствол пистолета надавил на затылок наемника, заставив того покачнутся. – Вставь эту чертову чеку и пойдем уже!

С недовольным видом мужчина сунул чеку на место, и кукловод тут же потребовал ее отдать. Как только граната сменила владельца, рявкнул пистолет. Наемник стукнулся шлемом о дверной косяк и ввалился внутрь. Мулат перехватил тело за ноги и вытащила в коридор. Наглая рожа показалась в проеме только раз, чтобы сообщить, что он минирует дверь, перед тем, как захлопнуть. Он соврал, но поняли мы это только проломившись сквозь соседнюю стену. Флаер захватчиков к тому времени был уже далеко, даже трупы забрали с собой, прихватив попутно компьютеры и сейфы Болатов. В личных комнатах царил форменный бардак, поэтому с ходу определить, что пропало было невозможно, оружейную обнесли подчистую, а с боевого отсека исчезли скауты и некоторое оборудование. Стырили плазменный двуручник Вольфа, но тяжи оказались наемникам непосильной ношей. Мы как раз осматривали их на предмет повреждений, когда прибыло подкрепление.

У меня не было желания видеть людей, поэтому я заперся в каюте и усиленно жалел себя под Hurt Джонни Кэша. Трек играл, наверное, уже сроковый раз, а я так и не допил первый стакан виски из только что открытой бутылки. Она приглянулась мне красивой гравировкой оленей головы с нереально ветвистыми рогами. В отличие от бутылки, содержимое красотой не отличалось, ядреная гадость разливалась по пищеводу настоящей соляной кислотой. Желание напиться в хлам не пропало, но и глотать гадость не хотелось, вот так я и застрял на втором глотке.

В дверь вежливо постучали. Я мысленно послал стоящего там человека в тридевятое царство и сделал еще одну попытку отпить. Пойло лучше не стало. Крохотный глоточек разлился во рту жидким огнем и до пищевода дошел только вонючий выхлоп. Стоящий за дверью не сдался и постучал настойчивей. На этот раз я повторил посыл в голос, да только так, чтобы за дверью не услышали и решительно выдохнув, поднес стакан к губам. В последний момент рука дрогнула, и момент был утрачен, но ставить его на стол не хотелось. Стук в дверь прозвучал как ультиматум, или даже предупреждение, а потом дверь распахнулась, и в каюту вошел хмурый немец.