– Пока еще не пробовал. Я собираюсь включить рацию.

– Но сигнал могут заметить. Или он будет настолько далеко, что мы не сумеем его запеленговать. Тогда уж лучше спасательный маяк.

– Маяк услышат все.

– Сначала рация. Если повезет, маяк включать не будем. В любом случае стоит поторопиться, пока из брони не вытащили нервную систему.

– Или не разобрали на запчасти.

– Это маловероятно, хотя и возможно. Дай мне полчаса все подготовить. И позови тех, что за дверью.

– Заходите, - сказал я мужикам, шепчущимся с Вольфом. – На меня хмуро покосились, но говорить ничего не стали.

– Оно того хоть стоило? – спросил немец.

– Узнаем. Возможно удача наконец повернется к нам лицом.

– Эй, ты совсем охренел? – спросил меня тощий азиат с параллельными черными полосами грибов на висках. Ростом он доходил мне примерно до бровей, да и легче был килограмм на пятнадцать-двадцать, но на искаженном яростью лице читалось намеренье как минимум убить.

– Не понял.

– Это его ты сбил, - объяснил Вольф.

– Извини, мужик, дело было срочным.

– Кеске не кипятись, - попросили его друзья. Видно те ребята, которых я благополучно миновал. Ему это не понравилось, азиат только сильнее сжал кулаки, поскрипел зубами и резко обернувшись сделал шаг прочь.

– Грозный какой! – шепнул я Вольфу.

Не знаю, как он услышал, но среагировать на удар не успел. Первый же расквасил мне нос и толкнул на Вольфа. С десяток других прошлись по голове, солнечном сплетении и животу. Скорость удара равнялась автоматной очереди, но вот силы не хватало.

– Успокойся! –рявкнул Вольф.

Ярость, успевшая уже поостыть, вспыхнула с новой силой. Я тоже сделал ставку на скорость. Этому хлюпику будет достаточно одного попадания, вот только мазал я безбожно. Такое впечатление, что дрался с водой. Азиат не только успевал уклонятся, порой изгибаясь под неестественным углом, так еще и бомбардировал мой живот ударами. Я конечно пресс не качаю, вот только не может быть он слабым у человека, приседающего со штангой и тянущего становую почти в полтора своих веса. Удары проскакивали порой болезненные, но большого урона не наносили.

– Я сказал хватит! – повторил Вольф.

Куда там, мы не желали останавливаться. Я так вообще потерял всякое самообладание, а такое последний раз случалось со мной в школьной драке больше десяти лет назад. Выдав все известные мне маты одним нечленораздельным рыком, я перешел к излюбленной тактике против Мари – попытался сграбастать ублюдка и придушить. Открылся сбоку и пару раз получил по печени, но тут же и достал дрыща, обратным движением руки отбросив его на стену. Азиат срикошетил как мячик для пинг-понга и был пойман за шею правой рукой. Оставалось только сжать… Неведомая сила мягко подхватила нас с противником за грудки и, растащив в разные стороны, со всей дури впечатала в стены.

– Что здесь происходит? – строго спросил Шона. Я не видел, как он вышел, да и не сразу увидел. Багровая пелена ярости уходила с глаз вместе с тьмой от удара. Неслабо меня Вольф приложил.

– Кеске, ты опять! – я узнал голос командира воздушных скаутов.

– Этот парень его сбил, - попытались заступиться за азиата друзья.

– И это причина для избиения? – кипятился командир.

– Ну, строго говоря, это Ник едва не грохнул вашего бойца, - вступился за мою боеспособность немец, хотя лучше бы молчал.

– Что не делает ему чести, - строго произнес капитан. Ох, чую устроит он мне тренировки. – Есть что сказать?

Я посмотрел на азиата, тихонько подымающегося с пола по стенке и параллельно фокусирующего взгляд разбежавшихся в разные стороны глаз. Тряхнуло нас одинаково, но я пинок перенес легче.

– Хороший спарринг получился. – Я не врал. Злость – не мое, вспыхнув как сверхновая, она едва не сожгла меня, но похоже удача действительно повернула свой лик в мою сторону и все обошлось. – Правда, дружище?

– Все супер, командир, - подтвердил мелкий.

– Марш броню тестить! – рявкнул командир летунов. – Еще раз устроишь спарринг в коридоре – вылетишь из отряда.

– Есть сэр! – вытянулся парень и почти не шатаясь быстрым шагом направился в сторону боевого отсека.

– Вы тоже, - командир расширил внушение на всех подчиненных и те поспешили догнать товарища.

– Полчаса, - сказал Шона. – Избавься от эмоций и соберись. – О драке он и не обмолвился, но это не значит, что он забудет, так что неприятный разговор или избиение в образовательных целях меня не минует. Капитан первым вернулся в кабинет, но гости последовали за ним, так что в коридоре остались только мы с немцем.