Для того чтобы начать рассуждение данной главы нам необходимо ответить на краеугольный вопрос о добре и зле. Что же есть, по сути, добро и что есть зло? Наше представление о добре и зле, как представление, детерминация любого биологического существа делит проявления окружающего мира, с помощью внутреннего ориентира 'Я есть' на две части: благо и не благо. Любое явление, в конечном итоге приносящее мне, 'Я есть' благо есть добро. Любое явление негативно влияющие на 'Я есть' есть зло. 'Удачным примером нашей неспособности осмыслить красоту (красота \ не красота, приятное \ не приятное, благо не благо Прим. Авт.) служит склонность человека ссылаться на 'закат' как на образец прекрасного, как будто дождь или туман не так же прекрасны '. В закате или тумане не заложено качества красоты, как и в водоросли нории, не заложено качества вкуса. Эти качества приписываются фенотипом, назначающего объектам или состояниям 'цену', неосознанно отталкиваясь от внутренней химической организации фенотипа, разделяя объекты и состояния на критерии благо \ не благо. Тем самым детерминируя позитивную \ негативную ценность, к примеру, еды (вы же не будете есть камни), для сохранения и поддержания своей жизнедеятельности. Именно биология, её не самодостаточность и необходимость в насыщении фенотипа только ограниченным количеством ресурсов является, в своём корне, дуальной призмой сознания, определяющей добро, а значит и зло. Понятие зло и добро не существует объективно, они существуют лишь для субъективной биологии. Вся физика или же вселенная никакая, она не зла и не добра. Всё зло исходит из не самодостаточности, а значит дуальности. Страх не рождается из пустоты. К примеру, животные не могут возвести дуальность, ориентацию на благо \ не благо, в условиях отсутствия глобального осознания, до понятий добро \ зло. Возводя биологическое дуальное восприятие мира в абсолют, в богов и демонов, человек тем самым пытается объяснить биполярный мир на основе интуитивного магического мышления, в котором естественное, биофилийное желание нашего биологического мира, есть стремление к постоянному благу \ добру, жизни и удовлетворению, 'нарушаемое', 'загрязняемое' не благом \ злом, смертью и страданием. Исходя из этого, человек вырабатывает идеи объясняющие данность мира и свою потребность в крайней биофилии. Возможно мир и \ или людей лишили совершенства, и наше стремление к божественности есть естественное желание вернуть всё на место? Или это осознание несовершенства, катализируемое интеллектом, а значит стремление к совершенству, как к апогею лучшей системы для биологического существа? Говоря утрированно: ученье о припоминании Платона - некогда совершенные? Или развитие и познание Аристотеля - несовершенные идущие вперёд? Люди падшие совершенные или рвущиеся ввысь? Религиозные люди, верующие в прошлую человеческую обожествлённость, как и люди 'не верующие' в эту обожествлённость, скажут, что человек - это нечто среднее между двумя крайностями. Человек одновременно и добр и зол, одновременно имеющий возвышенные и животные стремления. Спор двух мировоззрений состоит в точке исхода человека и причине отправления к этому серединному состоянию, в прошлой истории человечества, которая неизбежно детерминируют возможности будущего. Но, даже ведя спор эти два мировоззрения, пронизывающие красной нитью все человеческие воззрения на мир, различны в точках исхода человека, но являются идентичными в стремлении к конечному, совершенному состоянию. Давайте прикоснёмся к пониманию главного стимула биологической и соответственно человеческой жизнедеятельности - гедонии, чтобы ещё раз понять, что религия, 'некогда совершенные', в своём стремлении рая, просветления или нирваны ничем не отличаются от потенциального желания биологии выраженной в свободной биологии человека отнюдь не являющейся возвышенной потребностью находящей над природой.

Начнём рассуждение с глобального осознания, то есть интеллекта. Если мы рассмотрим его эффект в жизнедеятельности человека, то мы увидим, каким не только эффективным инструментом для выживания и гедонии он является, но и каким 'подлым' для организма способом он способен обманывать его механизмы работы для удовлетворения своей главной целив виде получения гедонии. Установка организма на выживание, для размножения, поддерживается стимулом через химические воздействия на систему организма. Эти стимулы должны ставить биологический организм на рельсы более эффективного поведения ради выживания. Биология неосознанно охотиться за такими химическими стимулами приносящими удовлетворение заглушая раздражение, не осознавая, что и зачем она действует и употребляет. Глобально осознанный человек, находясь в мета позиции, стал 'обходить' такие нагромождения, 'долгие пути к гедонии', зачастую обходя те рельсы, которые должны поддерживать здоровую биологическую жизнедеятельность. Под это определение можно квалифицировать секс без зачатия (что не является, по моему мнению, неприемлемым), спорт или компьютерные игры, но темой для анализа, затронув которую, моя логика будет более полно отражать эффект интеллекта и сокращения пути будут наркотики, точнее их эффект на систему выработки гормонов. Грубо говоря, не обозревая и обобщая эффект от вызываемых наркотиками псевдо нейромедиаторов дофамина, эндорфина и ГАМК, эффектом от применения наркотиков является выработка счастья. То есть, употребив наркотик, человек уже получает тот ресурс, ради которого он, как биологический организм, совершает любое действие. (Конечно стоит оговориться, что более возможно, употребляя наркотическое вещество человек стремиться получать гедонию таким способом только потому, что он не получает её в реальной жизни, не говоря о влиянии моды или компании). Почему же наркотики, удовлетворяющие в человеке потребность в счастье, не принимаются на биологическом, а значит и на культурном уровне? Всё потому, что в биологическом организме есть два вектора, детерминирующие его поведение: как можно дольше выжить (сюда входит и размножение) и как можно шире удовлетворять свои потребности. Получение удовлетворения в биологическом плане обусловлено здоровым телом и возможно, поэтому старики прежде желают людям здоровья, а не счастья. Наркотики удовлетворяют потребность в гедонии, но их применение деструктивно действует на вторую потребность - выживание, потому как наркотики 'перечёркивают' стремление к любой деятельности или поиску состояния, в которые заложено условие выживания и здорового проживания организма, не говоря о реальном разрушении биологических механизмов его работы и о анти социальном поведении. После применения наркотического средства главная цель организма достигнута, а значит, деятельность не необходима. Помножьте это эффект на зависимость и вы получите мгновенное или медленное убиение организма. Известный эксперимент, проведённый в 1953 году Джеймсом Олдсом и Питером Милнером, показал как чувство гедонии, беспрепятственно генерируемое крысой, собственноручным нажатием ею на рычаг стимулирующий током, через датчик, определённую область мозга крысы, способно блокировать любую её деятельность, так как главный стимул деятельности уже достигнут. Крыса без конца нажимала на рычаг до тех пор, пока не падала от бессилия, даже если рядом с крысой стоит кормушка наполненная едой так необходимой для её организма. Удовольствие от стимуляции участка мозга было выше, чем удовольствие от еды. Выбор очевиден. Конечно, в 2001 году стэндфордский нейробиолог Брайан Кнутсон доказал, что гормон, который получала крыса путём самостимуляции, через нажатие на рычаг катализирует не гедонию, а чувство предвкушения, схожим образом воздействующий на организм. Этот открытый механизм был переименован из 'центра удовольствия' в 'центр подкрепления' деятельности организма, отвечающий за некое обещание. То есть искать и совершать какое-либо действие на пути к счастью нас стимулирует вырабатываемый организмом эндорфин, авансируя и конвертируя некую часть от будущей гедонии в ожидание, предвкушение. Этот центр используют в рекламе, флирте или обучении. Ярко эффект подкрепления выражен в эксперименте Павлова по выработке условных рефлексов у собак. Люди с нарушением производства дофамина испытывают проблемы с принятием решений. Конечно дофамин это ещё не эндорфин, но эффект бездействия который он произвёл на крысу через самостимуляцию очень схож с эффектом героиновой наркомании. А теперь зайдём к теме наркотиков несколько с другого ракурса. Предположите, пожалуйста, наркотическое вещество, которое не только будет обеспечивать человеку счастье, но так же будет способствовать его здоровой жизнедеятельности. Будет оздоравливать организм, держать в тонусе мышцы, отбеливать зубы, препятствовать заболеваниям, стимулировать конструктивное социальное поведение, в общем, держать все показатели человеческого здоровья на максимуме. Если подобное вещество обеспечивало помимо максимума счастья и максимально долгое и здоровое выживание, считалось бы такое вещество ненавистным наркотиком? Да это же настоящая панацея. Подобие самодостаточности, обожествлённости. Чуть-чуть усложните положительный эффект оздоровления панацеей и вы получите райское состояние - вечное счастье и не уязвимость\бессмертие, то есть вечное здоровье не уязвлённое разрушением болезнями и смертью. Проанализируйте райские состояния в монотеизме или нирвану. Каков конечный продукт совокупной человеческой деятельности на нашей планете получают райские люди? Пребывание в вечном наслаждении и бессмертии без цели и значимого действия после смерти. На этом собственно всё. В подобном стремлении, в подобных желаниях и ценностях нет ничего сверхъестественного, не естественного для биологии. Теперь создав основу для общего потенциального стремления к совершенству всей биологии, а значит стремлений 'некогда совершенных' и 'рвущихся ввысь' перейдём к пониманию того каким же образом была сформирована и почему функционирует механизм виденья совершенства, божественности у биологии. И каким образом на эволюционном пути появилась человечность, духовные ценности тем самым избавляя теологов от монополии интерпретации человека с позиции 'некогда совершенных' о том, что духовные ценности есть проявление божественности, не естественности.

Итак, по сути всё есть наркотик, желаемая гедония, начиная от утоления жажды, общения с друзьями, чувства чести и заканчивая чувством власти или сопричастности. Так работает эволюционный процесс подкрепляющий удовлетворением и \ или инстинктом необходимое поведение. Конкретно в человеке он 'обустроил' всё таким образом, что человек находит подкрепление поведения удовлетворением помимо эгоистичных целей повышающих выживание 'Я есть', как, к примеру, желание власти и в альтруистических и коллективистских поступках. В человеческом бытие вектор жизни, обусловленный ценностями эгоистичного гена , разветвился на ветвь тела и ветвь сердца, растущих в противоположных направлениях. (Я почти не отношу коллективизм к ветви сердца, а считаю его фенотипом или одной из основ приведший наших прямых предков к ветви сердца).'У сердца свои законы, которых разум не знает '. Попросту говоря логика тела, ветвь тела, преисполнена эгоистичной эффективностью, политикой. Ветвь сердца, альтруизмом и эмпатией. Но это не значит, что потребность ветви сердца не имеет родства с потребностью ветви тела. Они имеют общий биологический корень в необходимости удовлетвориться. Они тожественны в основе, но их ветви, законы, принципы удовлетворения, различны. В этом и состоит вторая трагедия человека. В нём присутствуют две ветви потребностей и эти ветви не только предполагают различную друг другу деятельность по их удовлетворению, но даже противоречат, мешают друг другу. Отсюда встаёт вопрос о смысле, 'цели', причине их разделения и умении создать в проживании их 'сожительство'. Где заложены корни потребности ветви тела, думаю, ясно даже голодному, но почему нам никак не обойтись без ветви сердца? Что отличает нас от не осознанных эгоистичных машин выживания, ограниченных 'цепями' инстинкта и ведомых эгоистичным геном, кроме более широкого осознания дарующее знание причинно-следственной связи и повышенной социальности? Человечность, духовность, точнее развитая эмпатия. Что же, идя от противоположного, мы называем бесчеловечным, то есть бесчувственным, бездушным, бездуховным? Почему мы порицаем фашизм, который превратился из войны в традиционном смысле своего слова, которая ведётся для улучшения жизни собственной нации за счёт другой нации в войну ради войны? Война, ограниченная рамками сохранения жизни невоюющих мирных граждан, детей, работников медицины превратившаяся в убийство ради убийства. Отсутствие эмпатии, сопереживания, сострадания, невозможности делать сколько либо неоправданно значимую боль другому существу из-за того, что ты чувствуешь то же самое, чувствуешь его боль. 'Если я возьму нож и начну вдавливать его в руку, то почувствую боль, и тем самым нейроны возбуждаются в моей левой сенсорной области [мозга], в таламусе, и поэтому я начну чувствовать боль. Вы видите, как я это делаю и те же самые нейроны в вашей левой сенсорной области [мозга], точно так же возбуждаются. Всё что вам нужно это увидеть, как я это делаю и возможно выражение боли на моём лице, чтобы вы почувствовали то же самое. Вы буквально чувствуете мою боль '. Эмпатия - это качество, при котором вы ощущаете эмоцию другого человека, стремясь помочь ему, устраняя причину раздражения, не благо для себя, то есть причину страдания в другом или наоборот стремитесь сделать человека счастливее, так как это действие работает по тому же принципу. Эмпатия задействуется левой частью сенсорной области мозга или так называемыми 'зеркальными нейронами', что выявляет потребность контролировать состояние близкого существа. Это свойство человеческого мозга и вытекает в термингуманизм. Эмпатия является связью между живыми существами, а далее, при своём развитии, становится потребностью в духовном поведении. Чем более человек становится духовным, эмпатичным, тем более пропадает его 'Я есть' в связи с другими и тем более он 'растворяет' своё 'Я есть' в всеобщности. А это означает, что в потенции вектора эмпатии пропадает эгоизм, так как, 'Я есть' растворён, защищать приходится других, так как вы чувствуете их боль и совсем не чувствуете совою.

Перед тем как описать процесс эволюции гоминид, который 'привёл' наших ближайших предков к ветви сердца, изобразим логику данного эволюционного пути следующим образом. Социальные животные ->предпосылки большей кооперации гоминид по Оуэну Лавджою, такие как, к примеру, моногамия -> условие для лучшего выживания и размножения гоминид в социальной среде катализирует условие размножения в виде макиавеллевского интеллекта, обучения и повышенной эмпатии -> развитие зеркальных нейронов, интеллекта -> политика, творчество, свобода -> духовные ценности выраженные в стремлении к совершенству, божественности и нравственности. Следствие развития интеллекта и эмпатии стоит искать в основании принципов коллективизма, в гипотезе 'социального интеллекта', которую так же называют гипотезой 'макиавеллиевского интеллекта'. Вдумайтесь, вспоминая первую главу. Качеством, которое стало эволюционно выгодным условием для размножения, выживания и максимизации получаемых ресурсов у наших ближайших предков, вероятнее стал интеллект, то есть способность налаживать продуктивные для себя связи в социуме и использовать их. Говоря управлять, манипулировать, предугадывать, просчитывать, выходить за рамки себя, видеть отдельные системы, сравнивать их, моделировать будущие последствия, будущие изменения в социуме и сравнивать различные модели возможного действия. 'Человек по своей природе есть общественное (другой вариант перевода - политическое) животное '. Животное способное манипулировать системами для собственной выгоды. Чтобы анализировать гипотезу 'социального интеллекта' и её возможный продукт в виде человека на основе фенотипа гоминид для начала необходимо описать эволюционный процесс.

Природа 'ставит' определённые условия выживания, выраженные средой обитания. В размножении биологических существ, в передаче и копировании структуры их гена появляется ошибка, то есть мутация, которая либо повышает успех проживания биологического организма в данной среде, условии, к примеру, более длинные ноги в саванне, либо ухудшает, к примеру, более толстый слой жира для млекопитающего в той же саванне. В первом случае биологический организм будет дольше выживать, лучше добывать ограниченный ресурс, а значит обширней размножаться, что в конечном итоге приведёт к поглощению всего ограниченного ресурса мутантными потомками и вытиснет не мутантных сородичей из жизни, так как мутантный путь от потребности до гедонии менее длинный, более эффективный, чем у вытесненных. То есть биологический организм становиться более адаптированным. Во втором случае случайная мутация не в тех условиях наоборот удлинит путь, ухудшит способность добывать ограниченный ресурс: благосклонность самцов \ самок, выживать в погодной среде, среде хищников, что не даст оставлять свои не благоприятные в данной среде мутации в виде потомства. Данный процесс, повторяющийся снова и снова, называется нарастающий отбор. Мелкие мутации у выживших организмов, в их генах, остаются 'ожидая' новой мутации усложняя или ухудшая полезное свойство старой мутации. Либо попросту разделяя один на вид на несколько. Естественный отбор, так Чарльз Дарвин назвал всё выше описанное. Таким образом, у каждого организма есть эволюционные цепочки случайных мутаций(генов) каждая из которых, являлась 'улучшением' прежней 'наросшей' системы организма, так как все выжившие организмы стали случайными чемпионами, случайно прошли естественный отбор среды. Так получилось, что условия среды 'толкали' наших прямых предков, хотя абсолютно все организмы имеют общего предков, даже человек и флора, в сторону усложнения кооперации в так же произвольно 'поставленной' природой критерием выживания. Одним из основных критериев выживания для наших ближайших предков была социальность, усложненной факторами схемы Оуэна Лавджоя, что и создало условие для естественного отбора на 'макиавеллевский интеллект'. Условие благоприятного проживания в социуме, а значит спектр всевозможных получаемых ресурсов в естественной иерархии любого социума, от более до менее градированного, зависит от положения в нём. Отсюда, по теории 'социального интеллекта' и закладывается условие среды, условие при котором получение ресурсов, а значит и благосклонность противоположного пола, размножение особи в социуме обширней, если у его представителя повышен интеллект. Конечно, не у всех нынешних приматов условием более обширного размножения стоят 'политические' отношения в обществе. В основном условием у приматов является не столько интеллект, сколько сила, но и не все приматы стали людьми, как и не все млекопитающие стали 'добродушными', то есть эмпатичными, сострадающими собаками. Разнообразие критериев влияющих на вектор эволюции особенно виден на примере ближайших родственников, кузенов человека. Бонобо отдают предпочтение и поддерживают ту особь, которая грубее из сородичей и способна отстаивать свою доминантность в случаях воровства и не справедливости. 'Контакты с теми, кто занимает более высокое место в иерархии, могут дать бонобо доступ к пище и сексуальным партнерам, а также защитить в конфликтных ситуациях '. Шипанзе же наоборот нравится, когда провинившийся или плохо кооперирующийся несёт наказание и не нравится когда наказывают невинного.

'Причины положительной связи между размером группы и объемом мозга у приматов вполне очевидны. Приматы, в отличие от большинства стадных животных, знают всех своих соплеменников "в лицо" и с каждым имеют определенные взаимоотношения. А личные отношения - это самый ресурсоемкий вид интеллектуальной деятельности. Просчитать реакции сородича - возможно, сложнейшая из вычислительных задач, стоящих перед мозгом примата. Все остальные объекты, с которыми приходится взаимодействовать примату и на которые он может хоть как-то повлиять, устроены куда проще, чем сородичи... Задача эта не только сложнейшая, но и важнейшая: ни от кого так сильно не зависит репродуктивный успех примата, как от его ближних. Чем выше "авторитет" индивида в группе, чем более высокое положение он занимает в обществе, тем выше при прочих равных его шансы оставить многочисленное и жизнеспособное потомство... А еще эта задача подобна попыткам поймать себя за хвост. Допустим, вы научились просчитывать поступки соплеменников, и это дало вам репродуктивное преимущество. Ваши гены быстро распространятся, и через несколько десятков поколений все особи в популяции будут обладать вашим умением. А значит, станут умнее. А значит, их поведение уже нельзя будет просчитать старыми способами. Все придется начинать сызнова! '. В силу вступает половой отбор, в котором как самцы, так и самки стремятся найти, в данном случае, более умного полового партнёра. Поиск половых партнёров более приспособленных к условию выживания является краеугольным интуитивным паттерном биологических существ одобренным естественным отбор среди паттернов поведения, для того, чтобы совместное потомство получило более жизнеутверждающие гены. Для того чтобы, потомство смогло преуспеть, то есть удовлетворять спектр потребностей и более максимально выжить, поглотить ограниченный ресурс и размножится. Данный поиск лучших качеств в половом партнёре, стремление в каждом поколении спарится с более приспособленным к условию выживания партнёром, называется половой отбор или Фишеровское убегание. Рекурсия. Для такой рекурсии необходима постоянная положительная обратная связь. То есть сохранение мутации в ходе нарастающего отбора должно быть 'одобрено' средой. К примеру, красивый и большой птичий хвост будет развиваться, удлиняться по нарастающему отбору, то есть без границ, так как его увеличение в ходе нарастающего отбора, так скажем на каждом этапе увеличения, приносит свои благие плоды, увеличивает шансы на репродуктивность в половом отборе. То есть даёт положительную обратную связь для дальнейшего его фенотипического удлинения. Но как только биологические существа получают отрицательную обратную связь, то есть 'налетают на границы дозволенного' окружающей средой, то такой новый мутантный представитель с чуть более длинным хвостом, чем 'дозволено' условием выживания умирает от хищника или природных условий, не оставляя потомков (хвост такой длинны мешает выживать). Такая постоянная отрицательная связь в виде погодных условий, конкурентов, хищников, условий полового отбора ставит границы для развития одних фенотипов и оптимальному развитию, то есть не развитию на определённом этапе, других фенотипов. (Учитывая то, что биологическое существо стремиться к минимизации трат энергии, возможность слабого давления гонки вооружений, что может снять давление отбора и то, что нарастая, генетическая цепочка всё менее способна развивать фенотипы не вхожие в нынешнее строение организма). Таким образом, каждое живущее, выжившее ныне биологическое существо потомственно обладает элегантностью, эффективностью, а если быть точным более или менее оптимальным уровнем развития своих фенотипов для выживания и размножения. Но биологическое существо никак не 'стремится' развивать фенотипы ещё и ещё пока к этому не подведёт мутация, на которую будет 'дана' положительная или отрицательная обратная связь. К примеру, так же, как и условия среды, то есть положительная и отрицательная обратная связь условий выживания работает и логика деятельности селекционеров, то есть логика искусственного отбора. Искусственный отбор, так же как и любая из перечисленных выше отрицательных обратных связей, границ бытия формируют своё условие размножения, развития фенотипов. 'Будем давать размножаться только тем особям, чей хвост будет длиннее, чем у остальных, чтобы добиться его большей длины у потомков'. Такие манипуляции с условием размножения, а значит и фенотипом можно проделывать с только имеющимся организмом, имеющимся 'продуктом' эволюционной цепочки, то есть с данной вариабельностью генов. Для продолжения селекции, развития\не развития фенотипов, как и для естественного отбора, очень важны новые мутации, особенно если они будут способствовать поставленному условию, что подтолкнёт, руками человека или условиями среды, данный вид к следующему звену эволюционной цепочки. Таким образом, постоянным условиями выживания у прямых предков человека, по социальным причинам, стояло усложнение интеллекта, как, к примеру, у какой либо птицы условием размножения, полового отбора, стоит более длинный хвост. Исходя из вышеизложенного, отрицательные обратные связи отсутствуют для критерия повышенного интеллекта в социуме, а это означает его постоянное усложнение под давлением среды.

Отличие естественного отбора от искусственного, то есть направленного, целеполагающего отбора заключается в том, что в первом случае действует 'слепой часовщик', а во втором 'целеполагающий часовщик', 'видящий' желаемое состояние фенотипа, видящий причинно следственную связь. В первом случае природа не ставит никаких целей, но ставит единственный критерий - условие среды, а после, с 'помощью' случайных мутаций 'организует' ретроспективно выгодное развитие организмов. Во втором случае глобально осознанное существо может представить себе цель, то есть увидеть с помощью причинно следственных связей, находясь в мета позиции и осознавая свои потребности, наилучшее их удовлетворению через моделирование. Как это работает? Когда люди создают знание, предположим, правило какой либо деятельности, то они изначально ставят условие, по аналогии с природными условиями среды. И далее начинают подбирать варианты осознанных систем, которые будут более эффективно, а значит менее ресурсоемко, более маржинально, сокращать путь от условия до его исполнения. Из множества предложенных систем, моделей, мировоззрений, правил, мы удаляем все те, которые менее эффективно удовлетворяют изначальное условие. То есть по аналогии с природой 'выкидываем' их из жизни системы, тем самым 'убивая' их. Ведь 'выживет', то есть займёт единственное место системы только одна из их множества. В конечном итоге искусственный отбор приводит человека к самому короткому пути, к самой эффективной системе более отвечающей поставленному условию. Медицина, генетика, агрономия, охота, постройки, воспитание, философия и.т.д. Но проблема заключена в том, что человек проецирует свою логику разумной жизни на остальной биологический мир, эволюцию, так как реально разум человека быстрее разбирается с задачами адаптации ради удовлетворения основных биологических потребностей чем 'слепой часовщик, выбрасывающий случайные мутации' закрепляющиеся и развивающиеся в течение поколений. По этому, по крайней мере, интуитивно, интеллект воспринимается человеком как 'цель' эволюции, 'цель' развития \ не развития фенотипов, что сбивает собеседника с толку, не имеющему представлений о её законах. Эволюционный процесс никак не 'стремиться' к апогею системы, но 'стремиться' к квалифицированной адаптации организма именно в данной среде, даже если естественный отбор способствует деградации каких либо качеств. Ароморфоз усложнение организма, катагенез его упрощение, то есть деградация. К примеру, деградация зрительной способности у крота, так как трата ресурсов организма на ненужный выживанию орган попросту обременителен, точнее не будет защищён от 'отрицательной' мутации. Эти два закона эволюции изменяют сложность организации организма, но не всегда сложность организации связанна с термином 'биологическим прогресс'. Биологический прогресс - это не усложнение биологических систем, ведущих к апогею абсолютного блага или интеллекту, а улучшение его механизма жизнедеятельности под определённые условия, которая увеличит их численность в данных условиях и расширяет их ареал. Таким образом, биологический прогресс достигается как усложнением систем, так и их упрощением. Это и отличает глобальное осознание человека, его интеллект, стремящийся к максимальному от эволюционного процесса который не 'стремиться создать' идеальную машину выживания, приспособленную под любую среду, как думается и желается человеком.

Этим и богат человек, он доводит любое действие до совершенства. Человек начинает заниматься и наслаждаться искусством (или культурой, что есть схожие понятия заключающие смысл в передаче отточенного знания), то есть деятельностью без лишних для процесса граней выраженное в совершенном владении, представлении (к примеру, эмоции) или создании чего либо. Системы, оружие или орудие, вот, что людям необходимо выстраивать для контакта с миром, вместо отсутствия совершенного фенотипа. Человек оттачивает любой созданный им механизм до максимальной эффективности в его задаче применения, совершенствуя и 'отрезая' всё, что может принести не благо в его применении, к примеру, как лишняя грань в мече может послужить неким мешающим фактором в его управлении. По этому, возможно, людям и нравится оружие - в нём нет изъянов, в нём нет ничего лишнего, оно совершенно в своей стезе. Хотя это скорее наслаждение от ощущения повышенной доминантности катализированной обладанием такого смертоносного орудия, но сути данной темы это не меняет. Посмотрите на окружающий мир, которым человек так же наслаждается. Естественный отбор 'довёл' живые организмы до элегантности, эффективности, которая выражена в их тонкой настройке на жизнедеятельность под свою нишу проживания. Так же принцип естественного отбора можно применить и к не живым объектам, к примеру, к солнечной системе, где все её объекты так элегантно, эффективно взаимодействуют, что так же порождает в человеке чувство симфонического равновесия, некого искусства, совершенства. Хотя до этой гармонии множество объектов были просто 'выброшены' из будущей системы следуя установленному условию - законам физики. Здесь работает принцип - всё гениальное, просто. Точнее всё гениальное - эффективно, система без лишних граней. Возможно, поэтому нам так нравиться одновременно музыка. И неважно ненавязчивый ли это музыкальный ритм или оркестр многообразия лаконично составленных звуков.