Тень, то обгоняла его, то отставала, пугала...

"Из-за чего они тебя преследуют?.." - спросил полковник...

"Я не поставил свою подпись под их письмом с осуждением евреев... и сделал это не по наущению, а по природной склонности не противиться злу, чтобы противление не вызвало еще большее зло... и не только по отношению к евреям, а вообще..."

"И что?.."

"Они обезумели... обвинили меня во всех смертных грехах..." - лицо историка покрылось пятнами, он лишился голоса...

"Не волнуйся ты так..."

"Не могу..."

"Всех их снедала зависть, смертный грех... пятый по счету..."

"Со мной что-то не так..." - пробормотал историк не своим голосом...

Был вечер судного дня...

Историк шел за девочкой 13 лет в платье из серебра и золота... девочка вошла в портик входа коммунального дома, поднялась по черной лестнице, оглянулась, рассмеялась и исчезла...

Историк с опаской следовал за девочкой...

Дом постепенно погружался в темноту безумия... историк тоже, правда его безумие было тихим и кротким...

Полковник нашел историка в коридоре... соседи выглядывали из комнат, подойти не осмеливались, боялись шпионов... за историком велась слежка исподтишка, открыто они не осмеливались преследовать его...

Не мог полковник, сколько ему не отпущено было миролюбия и терпения, мириться с подобным отношением к историку... вышел из себя...

"Идите прочь... вы в слепоте своей не ведаете, что творите..." - сказал он своим обычным голосом...

"Полковник она опять приходила...
– заговорил историк...
– Я не смог ее спасти... она утонула... я писал ей письма..."

Историк думал, что говорит, но он молчал, а если и говорил, то о том, о чем не следовало говорить...

"Отец девочки преследовал меня... люди коварны и вероломны в своих злоумышлениях... их не узнаешь и не разоблачишь... и презрением к ним сопротивляться опасно, можно соблазнить их и на крайние меры...

Одно покушение уже было, правда, не на меня, он обознался..."

"Кто он?.."

"Он полковник, герой войны, грудь в орденах, как в латах, а кто я?.. на него завели дело, следователь нашел Иуду, написавшего донос на меня..."

"И что?.. заранее прощенный он к своим многочисленным грехам добавил еще один грех..."

"Не знаю... в доме, в котором я родился и вырос, стал историком, творилось что-то невообразимое... я заперся, выходил наружу только ночью... и с опаской...

Дом был опутан длинными, напрасно петляющими коридорами, которые населяли тени и призраки, бывшие жильцы...

Так мне казалось... человек я был впечатлительный и с воображением, а у дома была богатая история... построен он был еще до первой мировой войны..."

Уже полдень... солнце стояло высоко...

Историк достал папку с рукописью, развязал завязки...

"Надо продолжать... пусть страх божий умиряет во мне желание мести и поддерживает стремление к служению истине, достигнутом без домогательств, пусть он обуздывает всякое самообольщение относительно моих совершенств перед взором небесного судьи..."

Историк подошел к окну, окинул взглядом небо, толпу, внимающую оратору:

"О чем они говорят?.. они учит, чему сами не учились, говорят от себя, не имея таланта... а если и имеют, то он не призван свыше...

Кто не хочет знать, и сам не будет понят...

Слепец слепца еще видит ощупью, но оба падут в яму... и они все падут, падут... обещаю... что тут удивительного?.. иногда мои предсказания сбываются...

Они слушают оратора, он учит любить бога, уважать власть... лучше было таким учителям проводить жизнь до смерти в ином месте..."

Внимание историка постоянно отвлекалось посторонними предметами... он забывал, о чем думал, терял цель своих размышлений... блуждал по коридорам, возвращался к себе в комнату, снова блуждал...

Дверь угловой комнаты приоткрылась и захлопнулась...

"Почему люди шарахались от меня, осуждая меня прежде, чем я обнаруживаю свою опасность?.. а я ее обнаруживаю?.. думаю, да... впрочем, лишь бог видит то, что впоследствии публично осудит и накажет, превратив грешника в некое бессловесное существо, отделив его от общества людей... и не по произволу, а по праведному суду, и по закону справедливого возмездия...

И что?.. человек перестанет быть человеком?..

Недостойные не должны восхищать толпу... и тем более учить...