— Это Хеймдалль, — воскликнул Локи и, схватив меня за руку, потащил за собой. — У нас непрошеные гости.

Трикстер, проведя меня через весь зал испуганных пировавших, вышел к тронному залу, где уже собирались Один, Фригга, Тор со своими друзьями и стража. Много стражи.

Ворота с гулким шумом открылись, и в зал вбежал Хеймдалль. На руках у него был человек. Его одежды показались мне смутно знакомыми.

— Всеотец, — раздался низкий голос стража. — Этот путник просит защиты. Но…

— Вало… — воскликнула я и, вырвав свою руку из ладони Локи, побежала навстречу стражу. Хеймдалль присел, положив тело странника на пол и поддерживая его за плечи. Я с ужасом глядела на окровавленное лицо. Такое родное… Опустив взгляд ниже, я увидела, что он двумя руками зажимает колотую рану в животе. Кровь вокруг нее поглощающим облаком растекалась по одежде. Присутствующие тоже подбежали к нам. Всеотец опустился на одно колено рядом со мной.

— Ты знаешь его, дитя? — спросил меня царь.

— Да… — мои глаза непроизвольно наполнились слезами. — Это мой брат…

Хеймдалль с досадой вздохнул, и в этот момент Вало обратил свой взгляд из неизвестной предсмертной пустоты на меня.

— Тули, — с теплотой произнес он, — они ищут тебя… Они узнали об обмане.

— Молчи, молчи… — слезы градом катились на руки брату. — Ты потом все расскажешь! Я думала, что тебя больше нет…

— Они узнали, что ты забрала его с собой, — продолжал говорить он. — Я должен был тебя предупредить… — сказав это, он посмотрел сквозь меня, словно возвращаясь в цепкие объятия смерти, которая готовилась вот-вот заполучить новую душу.

Слезы раздирали мое сердце на части, а в груди мерзкими щупальцами распускался гнев. Я сжала руки брата и уткнулась в них носом. Такой знакомый и любимый запах… Рукава на запястьях, которые я держала, стали дымиться, и я резко отпустила Вало. Надо успокоиться. Нельзя потерять над собой контроль.

Рядом со мной присел Локи и сочувственно сжал мое плечо. Он слегка потянул меня к себе, заставляя подняться с колен. Ноги, словно чужие, выпрямились, но предательски дрожали, а каждый вздох душили рыдания. Я пыталась выровнить дыхание, но получалось это с трудом.

— Они убили и его… — только и смогла произнести я.

========== Глава 6. Жалость. Суд. ==========

Гнев. Безысходность. Страх. Эмоции разрывали меня изнутри, заставляя все мое самообладание раствориться в воздухе. Убить. Убить их всех. Каждого, из-за кого погибла моя семья. Мой брат…

Вокруг меня кто-то суетился. Кажется, мне что-то говорили… Но у меня перед глазами лежал мой мертвый брат. Мой Вало. Тот, кто отправился за мной в другой мир, лишь бы защитить меня. Тот, кто погиб, предупреждая меня об опасности…

Ярость пеленой застилала глаза. Сжечь их всех…

POV Локи

Девчонка с трудом делает каждый вздох, пытаясь не разрыдаться. Похоже, что она долгое время училась сдерживать себя, иначе она бы уже давно с криком все здесь подожгла. По крайней мере, в ее глазах полыхал всепоглощающий огонь мести…

Мне было жаль девчонку. И я с некоторым раздражением осознал, что искренне хочу ей помочь. С каких это пор мне становится кого-то жаль?..

— Позволь мне помочь ей, — я быстро подошел к Одину и вытянул закованное запястье вперед. Царь подошел ко мне и недоверчиво заглянул мне в глаза. Тяжелый обод браслета на моей руке открылся и со звоном упал на пол. Один все также выразительно глядел на меня. Нет, я не буду устраивать вам потеху в виде попытки бегства. Не сейчас.

— Тули, — я, немного наклонившись, положил ладонь девчонке на висок, схватив ее за голову, и тихо прошептал ей прямо в ухо. — Месть — холодное блюдо. Ты отомстишь. Но потом. Сейчас ты успокоишься и с почестями похоронишь брата. Ты усмиришь свой гнев и не дашь печали ворваться в твое сердце. Ты сильнее всего этого.

Когда я договорил, девчонка закрыла глаза и разжала кулаки. Я, не убирая ладони с ее головы, посмотрел ей в лицо. По смуглой щеке скатилась слеза. Затем она тяжело вздохнула, приоткрыв рот, и, наконец, задышала спокойно и ровно. Когда девчонка открыла глаза, она повернулась ко мне. Наши лица находились на одном уровне. Пожар в ее глазах притих, а на лице застыло легкое недоумение.

Давно, когда нам возносили молитвы люди из Мидгарда, женщины, потерявшие своих мужей в битве, молили меня о забвении. Об иллюзиях спокойствия, чтобы они могли избавиться от своей боли. От своих слабостей в виде сильнейшей тоски по дорогим им людям. Все, чего они хотели — облегчения. Люди такие слабые и жалкие. Горе сжирало их, предоставляя перед этим выбор: становиться сильнее или жалеть себя до конца своих дней. А поддаться горю, как известно, легче.

Но она другая. В этой девчонке полыхал гнев. То, что нужно, чтобы заглушить боль. Только вот гнев в руках того, кто обладает мощной силой — слишком уж опасно. Да и потом, она назвала себя моим другом. Друзья же должны помогать друг другу. Разве нет?..