Они смотрели друг на друга еще минуту, а потом он повернулся к газете. Ее планы побега нужно было строить, учитывая его силу, она не хотела бы столкнуться с ним в бою. Он казался ей опасным.

Пайпер посмотрела на кухню, кусая губу. Длинная полоска стойки и множество шкафчиков и полок с тарелками и приборами.

— Эй.

Она обернулась. Девушка стояла рядом с ней, опустив плечи, в руках были две тарелки.

— Хм… хочешь еды?

Пайпер старалась не выглядеть слишком удивленной.

— Д-да, конечно.

Она приняла тарелку и пошла за девушкой к стойке. Они обслужили себя в тишине, выудили лапшу, томатный соус и салат, а потом сели за столом. Девушка робко посмотрела на Пайпер, нервно теребя светлую прядь волос, плохо расчесанных в начале дня. Она была в обычных штанах и футболке. Она осторожно передала Пайпер вилку.

— Я видела, что у тебя был тур, — сказала она так тихо, что Пайпер склонилась, чтобы ее услышать. — Поняла, что ты новенькая и не…

— Ты угадала, — сказала Пайпер, бодро улыбаясь. — Спасибо. Я не знала, где тут еда.

Девушка улыбнулась, круглое лицо расслабилось.

— Я Кайли.

— Я Пайпер, — она накрутила лапшу на вилку, подняла голову и поймала взгляд Кайли.

— Ты — дочь мисс Санто? — спросила девушка.

Пайпер постаралась не кривиться.

— Да, это я.

— Круто. Мисс Санто упоминала тебя пару раз. Она точно рада, что ты здесь. Когда ты прибыла?

— Рано утром.

— О, так ты только попала сюда. Я тут месяц. Я тоже новенькая.

— Почему ты здесь?

— Мама и отчим выгнали меня, когда меня отчислили из школы за взорванную парту.

Пайпер фыркнула со смешком и сунула пасту в рот.

— Зачем ты взорвала парту?

— Я не хотела. Родители запрещали мне использовать магию, но я не могла ею управлять. А учитель… обзывал меня, и я расстроилась, и… это случилось.

Пайпер знала, как ощущаешь себя, когда тебя унижают при учениках.

— Тут ты счастливее?

Лицо Кайли просияло.

— О, да! Все здесь меня любят. Я начну магические уроки с группой через неделю. Не могу дождаться.

— Это будет весело. Значит, твой биологический отец…?

Кайли хмуро посмотрела на миску.

— Должно быть, деймон, хотя мама не знала, когда его встретила. Она не любила говорить о нем.

— Прости. Ты, наверное, не любишь деймонов?

— Не люблю. Я никогда не встречала отца. Никто тут не знает своего родителя-деймона. Они делают детей и бросают. Это неправильно, как по мне. А они так делают. Это бессердечно.

Пайпер не могла с этим спорить. Она сосредоточилась на еде, ее мысли были полны идей и того, кто она еще не обдумывала раньше. Они с Кайли ели, комната начала заполняться. Люди с любопытством глядели на нее, новенькую, пока брали тарелки с едой и устраивались в гостиной с друзьями. Урок в другом конце комнаты закончился, и уставшие, но довольные ученики пошли за напитками, взволнованно говоря о прогрессе.

— Смотри, — вдруг сказала Кайли, ее глаза загорелись. — Разведчики вернулись.

Пайпер оглянулась на вход на этаж. Четверо в черном шагали по комнате к кухне.

— Разведчики?

— Да! Обычно они просто ищут брошенных и прочее, но в последнее время они заняты важным проектом. Надеюсь, моей магии хватит, чтобы стать разведчиком. Я бы хотела помогать спасать других чеймонов.

Большой проект, да? Знали ли местные жители о нападениях на Консульства? Эти разведчики, наверное, выбирали Консульства для уничтожения. Пайпер хотела повернуться к тарелке и доесть, но тут один из них поймал ее взгляд. Ярость закипела в ней, обжигая вены. Тревис.

— Пайпер, — он остановился рядом с ней, песочные волосы смялись от лыжной маски, что была на нем ночью, пока он разрушал ее дом, убивал ее подругу и похищал ее. Другие трое встали за ним. — Как тебе новый дом?

Кайли отпрянула от холодной враждебности в его голосе. Пайпер повернулась к нему, уперев спокойно локоть в стол, подавляя гнев. Брызги крови и падающая Киндра проигрывались в ее голове.

— Эй, Тревис. Закончил уже убивать на сегодня?

Глаза Кайли расширились.

Тревис ухмыльнулся.

— Деймоны — это не убийство, Пайпер. Я уже тебе говорил.

— Ага, помню, а потом ты быстро выстрелил в товарища. Это тоже не было убийством?

Он чуть побледнел, но смог холодно фыркнуть. Веселый болтун, каким он был три месяца назад, пропал. Она изменила его? Она с трудом могла поверить, что ее нападение так сильно переменило его, сделав из наивного и доверчивого парнишки хладнокровного убийцу.

— Я кое-что тебе принес, — сказал он и вытащил сложенную газету из-за пазухи. — Подобрал утром и решил, что тебе понравится.