Прочистив горло, Джек сиплым голосом заговорил:

–  посмотри, одна его рука пуста. В ней он воплне мог держать бамбуковую трубку с велпу. Мне кажется, они принесли ее с собой, но теперь пропала и она. Как и Роберт Уохоп. Сам видишь - никаких признаков второго тела. Может, трубка и была пуста, когда они пришли сюда, но покадала она это место с новым грузом внутри. Может, Уохоп сам забрал ее из рук Ховарда, перед тем как бежать. Может, они и вправду нашли небесный камень.

–  Ну а мы нашли то, что искали?
– поинтересовался Костас.

После короткого молчания Джек запустил руку в сумку и вытащил припасенный предмет.

–  Знаю, нам надо идти. Проста дай мне пару минут.

–  Хочешь побыть один?

–  Нет. Не уходи.

Джек вытащил руку и разжал ладонь. На ней лежал слоник из ляпис-лазури - игрушка, с которой забавлялся в детстве Джон Ховард. С ней, до блеска отполированной прикосновениями детских рук, играл когда-то и сам Джек. Вокруг шеи слоника была обмотана блестящая ленточка - дело рук Ребекки. Он крепко сжал фигурку в руке. Возвращайся туда, где появилась на свет. Джек бережно, с благоговением вложил ее в опустевшую руку метрвеца и тут же отстранился.

Над долиной опять с грохотом пронесся вертолет. Джек встал и подтянул сумку на плече. Сделав глубокий вдох, он в последний раз выпустил воздух под своды пещеры, наблюдая, как пары сгущаются и уплывают куда-то во тьму. Положив Костасу руку на плечо, он подумал о Прадеше. Пора в дорогу.

Глава 20

Два дня спустя Джек сидел на корме патрульного катера американских ВМС, рассекавшего спокойные воды Иссык-Куля. Сзади исполинской буквой "V" рпсползался по озерной клади кильватерный след. Вид октрывался великолепный. В Иссык-Куле миру явилось глубочайшее горное озеро на земле; площадью три тысячи квадратных километров, оно в пять раз превосходило по размеру Женевское. На миг кильватер представился Джеку гигантской стрелой, указывающей на восток, - последним выпадом Центральной Азии в сторону китайских пустынь. На юге тонули в дымке фантастические громады гор, заключившие озеро в уютные объятия; казалось, заснеженные вершины парят в воздухе словно далекий мираж. На западе разлегся каменистый берег, где три дня назад состоялась их встреча с Алтаматы и Катей. Сегодня утром они оставили ее заканчивать возню с древнеримским захоронением; когда понадобится, за ней вышлют вертолет. Джек уговорил остальных побывать с ним в еще одном местечке - по ту сторону озера и пустыни Такла-Макан, ближе к концу Великого шелкового пути. На подготовку поездки уйдет несколько дней, а пока что Джеку предстояло первое за неделю подводное погружение, которого он с нетерпением дожидался.

Его мысли вновь вернулись к Прадешу. Теперь индийцу придется провести несколько недель в отделении интенсивной терапии, но прогнозы медиков обнадеживали. Сейчас за раненым ухаживали лучшие врачи, какие нашлись на американской базе в Бишкеке, а вскоре его перевезут в Германию, в Ландштуль. Вернувшись из Афганистана, Джек и его друзья на вертолете добрались до озера, где их встретил патрульный катер, закрепленный теперь за старой советской военно-морской базой на восточном берегу. Джеку хотелось пересечь озеро по тому же маршруту, который с наибольшей вероятностью избрали римляне под предводительством Фабия, когда Лициний расстался с ними и бежал на юг, в горы.

И вот наконец катер подходил к конечной цели их путешествия - даже на максимальной скорости понадобилось десять часов, чтобы его проделать. А какая же тогда потребовалась сила духа от горстки легионеров, уже изнуренных долгим маршем от самого Мерва, чтобы пуститься в плавание на беспалубной лодчонке! И как знать, далеко ли они забрались, удалось ли им достигнуть восточного берега? Одно несомненно: они боролись до конца - со стихиями, с усталостью, с врагом, который мог терпеливо дожидаться их высадки… То были люди, приученные смело встречать любой вызов, биться за родной легион до последней капли крови, зарабатывая право влиться в священные ряды боевых товарищей, покинувших этот мир раньше их. А ведь Фабий мог и не знать, что с прочим награбленным добром увозит на восток и чудесный камень - один из пары. Джек всмотрелся в суровые воды Иссык-Куля, но увидел лишь отржаение неба, усыпанное крапинками облаков. Может, самоцвет сейчас там, на затонувшей лодке - в точности как в его сне. Небесный камень.

Двигатель поубавил обороты, и на корму плеснуло теплой кильватерной водой. Ветер стих, в воздухе потянуло холодом. Джек поглядел назад. Западная берегова линия терялась на горизонте. На таком расстоянии кривизна земной поверхности становилась очевидной. У него появилось ощущение, будто они только что преодолели границу между востоком и западом, добрались до точки, где Великий шелковый путь начинает взбираться на горное плато и на противоположном его склоне выныривает в Китае. Это была не более чем иллюзия, ведь за горами лежала смертоносная Такла-Макан - и все же одним своим видом перевал внушал древним путникам надежду. Джек обернулся и отыскал глазами Костаса. Тот с самого утра торчал в палубной рубке, болтая с командой и посматривая на навигационные экраны. Прямо по курсу наконец-то начинали сходиться берега Иссык-Куля. Серые склоны, иссушенные стихиями, сменились оливково-зелеными долинами и кряжами - спасибо ветру, приносившему с запада влагу. К береговой линии прижимались унылые бетонные постройки, дряхлые останки причалов и волнорезов. Вдруг на глазах Джека поверхность озера словно бы замерцала, расплылась - и так же внезапно успокоилась. Неужели сейсмический толчок? Он еще раз обвел берег взглядом. Где-то там сейчас Ребекка - в компании сотрудников ММУ и американских десантников. Им уже повезло с одним открытием: сейсмоакустическое профилирование дна выявило возможные очертания древних стен. Уже одного этого хватит, чтобы закрепиться здесь и начать раскопки. Сегодня же им было необходимо как следует все разведать. Ну а потом вместе с Кате они отправятся в Китай.

Из рубки показался Костас. Перебравшись через груду снаряжения, он стянул с двадцатимиллиметровой пушки, установленной на корме, пару защитных водолазных костюмов и бросил один из них Джеку под ноги.

–  Уже можно собираться. К берегу подходить не будем, начнем сразу. На месте нас будет поджидать Ребекка и еще пара человек - подойдут на "Зодиаке". На этот раз погружаемся только мы.

–  Ребекку это не обрадует.

–  Для первого в жизни погружения это место не подходит. Абсолютно. Я и так-то с подозрением отношусь к озерам, а Иссык-Куль вообще надо бы пометить красным цветом на карте.

Джек пополоскал руки в воде, стекавшей в шпигаты.48

–  Вода тут солоноватая. Благодаря этому она легче очищается. Кроме того, на середине озера глубина достигает двух тысяч футов, а дно покрывает толстенный слой ила. Скорее всего токсичные отходы благополучно погребены под ним.

Позабыв про костюм, Костас с недоумением уставился на него:

–  Ты что, шутишь? Это на советском-то испытательном полигоне? Когда я служил на флоте, мы вели наблюдение за Иссык-Кулем. Да спутник давал нам такие снимки, что на них хоть руки грей! И дело не всегда было в оружии или реакторах. В начале атомной эры русские были готовы и зубную щетку нашпиговать ураном.