Аккуратно развязываю бант, приподнимаю крышку от коробочки и замираю. Это книга. Та, которую я очень давно хотела прочитать, но все никак не могла найти время, чтобы купить. Олдос Хаксли «Контрапункт». Издание довольно редкое, в кожаном переплете, с вышитым золотыми нитками курсивом.

– Спасибо огромное, Трэв! – я подскакиваю со стула и несусь за барную стойку, обнимая старика. – Ты запомнил, что я именно ее хотела прочитать. Даже не верится. Так приятно!

– Я рад, что тебе понравилось. Я долго ломал голову. А теперь давай, хоп-хоп, собирайся. Том приехал, – мистер Беккет кивает в сторону окна, откуда можно было увидеть припарковавшуюся ауди.

– Я отдам тебе подарок завтра. Хорошо? – целуя его на прощание в щечку, накидываю кожанку, сгребаю в руки подарок для Тома и контейнеры с едой и направляюсь в сторону выхода.

– Хорошо вам повеселиться! – кидает мне напоследок старик, и я закрываю за собой дверь.

POV Том

Я стою возле паба и смотрю на то, как медленно опускаются снежинки на темный асфальт и тают. Белого Рождества в этом году не будет. На улице около четырех градусов тепла, и белая пыль, припорошившая дороги, превращается в слякоть. Небо над Лондоном серое, как и мое настроение. Впервые в жизни я не чувствую праздника, т.к. сконцентрироваться на нем я не могу. Все мысли мои вращаются вокруг вчерашней ночи. Я долго думал. Все думал-думал. Не спал. Не знал, как я должен поступить. Стоит ли мне рассказать ей о случившимся и поставить под угрозу все, что мы уже успели построить? Соврать и рискнуть еще больше, зная, что в любой момент правда может всплыть? В данной ситуации не было единственного верного решения. Каждый выход вел к определенным негативным последствиям. А ведь всего этого можно было избежать, если бы я разобрался в себе раньше.

По радио крутят рождественские песни, и я делаю погромче, дабы заглушить голос совести. Я принял решение, и не должен его менять. Дверь паба открывается, и на улице показывается Мэри. Она идет в сторону машины, чуть ли не вприпрыжку. Губы расплываются в улыбке. Эта не девушка, а мой маленький личный космос. Сегодня она выглядит такой домашней и уютной. Она умела быть разной. Нежной и романтичной, как на нашем первом свидании. Спортивной и энергичной, как большую часть нашего путешествия в Италии. Страстной и роковой, как на концерте дрэгонов. Невинной и хрупкой, как в нашу первую ночь вместе. И вот сегодня, она домашняя и уютная. На ней огромный, раза в три больше нее, бордовый рождественский свитер со снежинками и оленями, обтягивающие и подчеркивающие ее фигуру темные джинсы. Волосы волнами спадают на плечи, макияж делает ее красивые, невероятные серо-голубые глаза еще более красивыми. Острые скулы. На губах слегка розоватая губная помада. Она выглядит такой счастливой, когда подходит к моей машине. Я вижу эту улыбку, и чувствую укол совести. Как же я не понял раньше, насколько я влюблен в эту девушку?

– Веселого Рождества! – ее громкий радостный голос раздается над моим ухом, когда она садится на переднее сидение и целует меня в щеку. Там, где ее губы касаются моей кожи, появляется румянец. Да, парни тоже умеют краснеть.

– И тебе! Классный свитер. А это что такое? – спрашиваю я, показывая на многочисленные пакеты.

– Это так... Еда. Трэвор заставил меня взять с собой. Видите ли я много приготовила. Но ее необязательно есть. Русская кухня...кхм...немного специфична, – пожимает плечами она и подключает свой телефон к магнитоле. – Ну что, ты готов петь рождественские песни? Я смастерила особый плейлист в дорогу для поднятия Рождественского духа. Но сначала инструктаж по поведению в семействе Холландов. Что можно, что нужно, а что нельзя делать у вас дома? – сначала мне показалось, что она шутит, но Мэри спрашивала абсолютно серьезно. Я отрываюсь ненадолго от дороги, чтобы посмотреть на нее.

– Ты не на собеседование идешь, Мэри. Расслабься и наслаждайся праздником. Моя семья тебя не съест. А если что и случится, то все шишки достанутся мне, – я протягиваю руку и сжимаю приободряюще ее ладонь.

– Но я хочу им понравиться, Том! Для меня это важно. Я не особо еще знаток британской культуры. Не хочу показаться русской дикаркой для них, – как маленький ребенок протягивает она, и я вижу насколько для нее важна эта встреча. Для меня в принципе тоже, но сейчас я все больше думал о том, как не спалиться со своей историей с Зендаей.

– Просто будь собой. Ты им понравишься. Не переживай. В любом случае, я буду всегда рядом и если что спасу тебя от каких-либо неловкостей, договорились? – она благодарно кивает и включает первую песню в своем рождественском плейлисте – “Hoping for Snow” by the Vamps. Я делаю музыку громче и прибавляю газу, так как мы выехали на автостраду. Ну что ж, да прибудет со мной сила!

**

POV Мэри

У меня уже если честно начинал садиться голос. Всю дорогу мы с Томом пели рождественские песни. Ну, как мы... в основном я. У этого парня что-то не наблюдалось праздничного настроения вовсе. Весь час нашего автомобильного путешествия он в основном молча следил за дорогой и лишь иногда задавал какой-то вопрос или отвечал на мой. Возможно я себя накручиваю, но мне показалось, что его что-то беспокоит. Надеюсь он не о своем решении познакомить меня с семьей жалеет.

Машина паркуется у огромного серого четырехэтажного дома. Здесь большая подъездная дорожка. Две машины, не считая нашу, уже стоят возле гаража и еще две внутри. Сколько же у него родственников? Ладони резко стали липкими. По спине побежали мурашки. Я смотрю на массивную дубовую дверь, на которой висит красивый рождественский венок, и пытаюсь унять колотящееся сердце. Одна из занавесок на окне отодвигается, и я вижу маленькую пожилую женщину с короткими кудрявыми волосами.

– Это моя бабушка Тесс, – кивает в сторону старушки Том.

– Ты назвал собаку в честь бабушки?! – удивленно вскидываю брови я.

– Нет, что ты. Хотя я ни разу не задумывался, что их зовут почти одинаково. Бабушку зовут Тереза, и сокращенно мы называем ее Тесс, а у собаки полная кличка Тесса, – пытается объяснить Томас, но я все равно не вижу разницы. – Блин, ну ты и вопросы задаешь. Мне и в голову бы не пришло.

– Ладно, проехали. Что я должна знать о твоей бабушке? – все еще не выходя из машины, пытаюсь подготовиться к встрече я.

– Несколько лет назад они с дедушкой перебрались сюда из Ирландии, чтобы чаще видеться с внуками, даже скорее с правнуками. Купили тут дом, живут на пенсию, ходят в местный церковный хор по воскресеньям. Бабушка раньше была учителем музыки. У нее куча братьев и сестер осталось в Ирландии, так что родственников на острове у меня немало. Она прекрасная и милая женщина, но любит почитать нотации на тему семейной жизни и карьеры. Не обращай на это внимания, она просто человек старой закалки. Но лучше лично узнать тебе ее поближе, а для этого надо зайти в дом, – парень подталкивает меня и я, все еще прокручивая строчки приветствия, медленно выхожу из машины.