Охотник... Нет, Гиллиан, Бетти подумала, что больше не будет называть его Охотником - пошел вперед, к Старой церкви, что была уже совсем близко. Рубашечник подобрал зеркало и поспешил за ним. Мэри-Энн молча взяли Бетти за руки с двух сторон, и они быстрым шагом поднялись по крутой тропинке к тенистым развалинам.

Старая Церковь и вправду напомнила Бетти те ркины в центральном парке. Только эти стены молчаливо вздымались и выглядели зловеще. Оставалось надеяться, что Артур Ним правда ждет их по ту сторону.

Ведь точно ждет. Если Бетти прошла через мост, значит, кто-то еще позвал?..

– И Дженни Ли ушла за Холмы...
– пробормотал Рубашечник, глядя прямо перед собой.
– За зеленые эти Холмы...

Бетти огляделась по сторонам.

Вокруг была сумрачно и туманно. Но жуть, которую внушал ей мир Ткачихи, здесь уже не ощущалась. Должно быть, так выглядят леса ранним утром в середине лета, когда солнце еще не взошло, но небо светлеет и утренний туман обнимает землю.

– У нас мало времени, - сказал Гиллиан.
– Охотники найдут способ прорвать барьер. Хоть это место и скрыто от Ткачихи, и она не имеет над ним власти, оно все равно остается частью поглощенного ей мира.

– Но это место... Оно настоящее?
– Бетти шагнула вперед и провела рукой по шершавым камням, среди которых проросла зеленая трава.

– Здесь нет ничего настоящего, Бетти Бойл, - покачал головой Рубашечник.
– Но это место стоит на границе. И, как любое пограничное место, располагает большими возможностями, чем любое другое.

– Вопрос только в том, как эти возможности разглядеть, - вздохнула Мэри и села около стены.
– Кажется, внутри ничего нет. Это просто развалины.

– Эта церковь - отражение той, из настоящего мира?
– словно не слыша ее, спросила Бетти.
– Или же она провалилась сюда когда-то, ушла под землю, как многие земли эльфийского королевства? Или она возникла здесь сама, каждый камень - за каждого сплетенного, ведь в основе любого, даже самого мрачного мира лежит равновесие...

– - Никогда бы не подумал, что ты философ, - улыбнулся Рубашечник.
– Наверное, твои вопросы не предполагают ответов. И все же... Старые легенды говорят о том, что эльфы владели этой землей, а Старая Церковь была своего рода вратами. Тогда она еще была просто церковью, конечно. И она остается ими. Даже если бы здесь камня на камне не осталось, это место сохранило бы свои свойства и стало нашим спасением.

– И нам остается только...
– Энн встала рядом с Мэри, и Мэри закончила за нее:

– ...обойти церковь противосолонь!

– Но как мы обойдем церковь против солнца, если солнца здесь нет?
– растерялась Бетти.

Гиллиан покачал головой.

– Ну что же ты, Бетти Бойл? Разве мы не говорили об этом? Представь себе циферблат, а церковь - как место, к которому крепятся стрелки.

– Время идет слева направо, такова его суть, - подхватил Рубашечник.
– Поэтому если мы пойдем налево, мы раскрутим время обратно. И получим возможность выбраться отсюда раньше, чем паутина Ткачихи прорвет магический барьер.

– Его, наверное, еще эльфы поставили, - сощурилась Энн.
– Хотела бы я знать, каким это место было раньше.

– Прекрасным, - ответил Рубашечник, и глаза его заблестели.
– Это место было прекрасным.

Гиллиан нахмурился.

– Хватит лирики. Нам пора идти.

Он первым двинулся к заворачивающей крутым полукругом каменной кладке, когда Рубашечник схватил его за руку, прижимаясь щекой к плечу.

– Нам нельзя разделяться, - пробормотал он.
– Возьми меня за руку.

Гиллиан хмыкнул, но возражать не стал и крепко сжал его руку в своей. Рубашечник протянул свободную руку Бетти, Бетти взяла за руку Мэри, а Энн замкнула процессию. Гиллиан пошел вперед, и остальные старались идти за ним след в след и не отставать. Они продвигались медленно, настороженно оглядываясь по сторонам, готовые в любой момент отразить новое нападение приспешников Ткачихи.

Церковь была огромной. Давно минули те времена, когда человеческий ум и талант занимало соперничество с Богом, и таких массивных сооружений сейчас уже не строят. Но Бетти видела на картинках, какими раньше были церкви и сколько труда вкладывали в их строительство. В эту церковь мог прийти весь их городок, и еще осталось бы много места. Наверное, на это она и была рассчитана, хотя со средних веков городок изрядно разросся.

Они шли, и их сопровождала тишина.

Тишина оглушала, заставляла тревожно вздрагивать при каждом шаге и растерянно переглядываться. Не было слышно даже собственного дыхания, густая трава скрадывала звуки шагов. Не было ветра. Словно по сговору, они не произносили ни слова, и тишина укрывала их, точно плотным плащом.

Воздух становился вязким, плотным, и вскоре уже каждый новый шаг давался с трудом. Они завершили первый круг, и ощутимо повеяло холодом. Бетти поежилась.

Гиллиан повел носом, нахмурился, еще раз огляделся по сторонам и решительно двинулся на второй круг. К тишине добавился холодный, пронизывающий ветер, налетевший из ниоткуда. Он бил в глаза и морозил шею, бросал волосы в лицо, и не было возможности убрать мешающие пряди, потому что нельзя было расцеплять рук.