Арт вновь посмотрел на информационный экран. Что это?! Шкала, указывающая скорость звездолёта резко поползла вверх. Гигант отпустил их изгравитационного плена? Но этого не могло быть! Взгляд метнулся к дисплею заднего вида. По-прежнему почти весь экранзанимала голубая стена Газона.Но теперь ему почудилось, что внутри двигаются какие-то бесформенные тени. А, быть может, эти тени скользили по поверхности гиганта, отражаясь от чего-то невидимого?..

Пискнул зуммер. Пришло подтверждение тому, что звездолёт набрал макс-скорость. Штиль перевёл взгляд на центральный обзорный экран-иллюминатор. Навстречу неслись и расходились в стороны какие-то белые ошмётки, похожие на планктон. Вернее это корабльлетел навстречу, а странные объекты оставались на месте. Справа и слева проплывали облака то ли космической пыли, то суспензии-взвеси, самой причудливой формы и окраски. Отчего создавалась иллюзия того, что звездолёт находился не в открытом космосе, а мчался по узкому ущелью или подводному гроту. Вдали мерцало множество светлых точек, но то были не звёзды — галактики, до которых миллионы световых лет. Где-то там находился «Сильный» иЭллис с Александром. Возможно, одна из этих галактик их родная — галактика Млечного пути с живой Землёй, где живут их предки, а быть может даже, человечества там ещё не существует?!

Ещё раз взглянув на экран, Арт тяжело вздохнул, встал и усталым шагом направился в свою каюту.

В каюте Штиль снял ботинки и, не раздеваясь, упал в пневмокровать. Вновь подумал об экспедиции к Газону. Льюис что-то говорил о рассудке. Но у них ведь есть пси-защита! В голову пришло, что прежде чем совершать какие-то экспедиции, надо найти «Сильный». Но возможно ли это теперь?..

Он ещё долго лежал с открытыми глазами. Наконец, усталость взяла своё, и он уснул.

***

Оля откинула одеяло, и села на постели. С минуту она сидела неподвижно, потом встала и шагнула к компьютерному столику. Почувствовав, что рядом никого нет, проснулась мама девочки.

— Ты что? Ещё рано, — мама взглянула на табло часов. Они показывали пять тридцать по Земному времени. До наступления дня, вернее утра, когда дадут полное освещение, оставалось почти полчаса.

Оля ничего не ответила. Протянула руку к терминалу. Над столиком развернулся и слабо, а потом ярче замерцал экран. Мама девочки тяжело вздохнула и вновь закрыла глаза. Но сон уже не шёл. Ею овладели не очень весёлые думы.«И в кого моя девочка?» — в который раз спрашивала она себя. Слишком серьёзная для своего возраста. Молчаливая и задумчивая. Не имевшая друзей среди сверстников. Оля говорила, что с ними ей скучно, так же, как и в школе. «Всё, что там преподают, я давным-давно знаю». Иногда малышка выдавала такие перлы, что не каждый взрослый мог додуматься.Ещё когда покидали Землю, она утешала плачущую мать, гладя её по голове, хотя всё должно быть наоборот: «Не плачь мама, мы скоро вернёмся», — и это шестилетняя кроха!..

Уже здесь — на корабле женщина не раз говорила мужу, что Олю надо показать специалисту:психологу или даже психиатру. Но каждый раз тот только отмахивался: «Не выдумывай. С Олей всё в порядке. Наша дочь очень умный ребёнок». Впрочем, он был вечно занят — служил в информационном центре звездолёта, и редко бывал дома. Вот и последнее время буквально дневал и ночевал на работе.

Когда через полчаса мать встала с постели, её дочь всё ещё сидела за компьютером. Женщина снова тяжело вздохнула, бросив: «Оля, отдыхай!» — но не подошла. Открыла холодильный шкафчик и начала готовить завтрак.

Через десять минут позвала:

— Оля, иди завтракать.

— Не мешай.

Женщина резко обернулась. В голосе дочерибыло что-то, заставившее сердце тревожно забиться. Она подошла и несколько секунд всматривалась в экран. Виртуальная страницазаполнялась мгновенно и сменялась новой.

— Это вам задали в школе?

— Нет. Не ме-шай.

Мать девочки быстро взглянула на дочь и сердце её захолонуло. У Олибыло каменное, ничего не выражавшее лицо. Стеклянные неподвижныеглаза смотрели на экран компьютера, но вряд ли что видели. А руки со сжатыми кулачками лежали на коленях!

***

Штиль проснулся отвизгаотъезжающих створок двери. Никогда раньше он не слышал этого звука — двери открывались бесшумно.Быстро сел на кровати. В каюту ворвался Льюис Витт. В руках он держал пачку бумаг.

— Что я говорил! Что я говорил! — кричал он, потрясая бумагами. Как всегда на нём был белый халат, сейчас расстёгнутый, полы всё ещё развевались, будто встречу дул ветер. Глаза президента горели.

Капитан вскочил:

— Что случилось, Льюис?

— А-а,извини, если напугал, — Витт подошёл к столу и стал раскладывать листы. —Смотри. Ну, что я говорил? И это всё семилетняя девочка!

Штиль взглянул на странички, на которых ровными строчками размещались цифры, символы… Почти на каждомлисте внизу — график или диаграмма.

— И всё же объясни?..

— Кажется, ядро начало делиться с нами информацией. Я уверен, что здесь зашифрованы и координаты «Сильного».

С минуту Арт вглядывался в листки:

— Всё равно ничего не понимаю. Извини, я ещё плохо соображаю. Все эти формулы… И причём здесь девочка?

— Ах да, — это распечатка. Так тебе будет удобней,— Витт вынул из кармана и вставил в приёмное устройство компьютера информационный кристалл. Над столом замерцал экран. — Ну-да, ну-да, расшифровка идёт полным ходом. А что касаетсядевочки…

Штиль всё ещё морщил лоб, пытаясь сообразить.

— Ага, понимаю, вы нашли медиума. Эта девочка медиум— верно?

— Можно сказать и так.

Арт посмотрел на страницы, затем на экран и вновь перевёл взгляд на Витта.

— Но ты говорил о рассудке. Опасался за психическое здоровье.