– Отец другой!
– осенило Арчи. Он готов был кричать от своего прозрения, но услышав голос старухи вновь прильнул к щели.

– Шли годы, иногда я встречала молодого Брюна на улицах. С виду мальчишка был, как все и я успокоилась... Да видно зря!
– продолжала рассказ повитуха. Ты помнишь, как ты орала когда рожала Арчи?

– Такое не забудешь!
– отвечала Ирма.

– Так вот дорогуша, за все века, что народ наш здесь обитает, горбунки никогда так не страдали при родах как ты и как мать Брюна.

У Ирмы округлились глаза. Она вдруг вспомнила, что действительно никогда не слышала, чтобы горбунки родами мучились.

– Как же так случилось?

– Пойди теперь разбери - отвечала Гирма. В первый раз я решила, что мать Брюна чем-то больна, потому так мучилась. А вот когда ты рожала, меня охватила тревога и подозрения.

– А что ж ты мне раньше это не рассказывала?
– возмутилась Ирма.

– Чтобы ты на базаре, на следующее утро всему городу растрепала, что Гирма недоносков укрывает?

– Погоди... О чем это ты? Мой Арчи здоровый горбун. Да и Брюн - это лишь твои догадки!

Гирма молчала.

– Ты что дура старая умолкла?! Арчи мой здоровый горбун ведь так?

– Успокойся малахольная. Все знают, что твой сын здоровый, не мучься сомнениями.

– Но я чувствую, ты что-то не договариваешь?
– все больше тревожась, спросила Ирма.

– Ладно, слушай... Когда я обмыла Арчи и стала его обмерять, то заметила, что горбик у него "дышит".

– Что за чушь!

– Дослушай! Прикладываю я к нему "мерило" и вот когда он вздыхает, горбик входит аккурат в ложе. А как выдохнет, появляется просвет. Маленький, чуть заметный.

Не хотела я тебя беспокоить, так ты орала. Да и что скрывать, струхнула я взять на себя грех. Сомнение обуяло. Прошел младенец мерку, так тому и быть подумала я.

Голоса затихли. Арчи сидел в углу сам не свой.

III

Все задуманное им на завтра покатилось колесом под горку. Матильду не на что было приглашать, угощенье досталось "другой". Старые друзья-хулиганы стали вдруг не интересны. С утра Арчи собрал в сумку провизии на день и ушел в домик отца. Первый раз, в свой день рожденья он остался наедине с собой, без шумных поздравлений и смеха.

На удивление ему не было скучно. Подобрав у порога белый камешек, Арчи рисовал на гранитных плоских скалах все, что приходило в голову. Каждая глыба представляла собой природное полотно. Можно было приходить сюда каждый день и украшать их деревьями, извилистой лентой реки, стрелой колокольни пронзающей облака.

Бесконечный уличный гам, трезвон торговок, ругань и склоки, все оставалось по ту сторону окраины, за густой стеной бузины, молодой осины и зарослей полыни.

Арчи, не ведая того, случайно обрел тихое место, не нарушаемое ни кем безмолвие природы, где можно было быть самим собой. Быть добрым и чутким, ранимым и слабым. И никто не грозил изгнанием или расправой. Старая Гирма была далеко и вряд ли осмелилась предпринять столь долгий переход. Да и что она могла ему сделать?

Арчи чувствовал себя здесь, полноправным хозяином и на то была веская причина. Его родной отец вручил ему ключ и завещал построенный им дом. Печаль от несостоявшегося праздника сама собой улетучилась, и грусть сменилась легкой радостью.

Время покатилось привычным колобком, сменяя дни и недели.

Примерно через месяц, после того как Муха обрела новый дом, она разрешилась бременем, но к радости Арчи никто не знал где. Ирма злилась, что кошка оказалась ловкачкой, и спрятала котят где-то в дровяном сарае, но отыскать где, она так и не смогла.

Прошел еще месяц, котята наверняка уже успели подрасти, но Муха не спешила их выводить из логова, будто чувствуя опасность, исходящую от хозяйки.

Арчи тоже не спешил их искать, хотя постоянно слышал от матери упреки. Впрочем, теперь он не переживал за жизнь котят. Лучшей доли, он вряд ли мог придумать, ведь неизвестность не всегда страшней смерти, так рассуждал юноша. Кто знает, что их ждет за поворотом? Может подросшие котята Мухи, прибившись к берегу, смогут себя прокормить? Арчи думал, что это отличная идея - до поры до времени прятать котят, а "топить" их уже не слепыми и беспомощными как раньше, а готовыми к борьбе.

Муха соблюдала осторожность, но в один прекрасный момент это должно было случиться. Ирма выследила лаз под крышей, куда пробиралась кошка и разобрав поленицу переловила котят. Котята действительно успели подрасти настолько, что Ирме пришлось потрудиться, вылавливая юрких негодников, средь завалов.

Арчи сразу понял, по расцарапанным рукам матери, что котята смогут за себя постоять.

– У Брюна все не как у людей, - возмущалась мать, протирая настойкой изодранные руки, - Даже кошка! Ты ж поди хитрюга, как прятала своих бесенят. Одно слово - бесенята!