– Красиво!?
– спросил отец, подойдя к сыну.

Арчи поднял глаза полные невысказанной благодарности. Он перебирал в памяти все бугры и перелески где только бывал и не мог вспомнить, чтобы местная природа так восхищала его как этот луг. Отец для Арчи предстал вдруг тайным живописцем, который видел то, что не видели другие. И он поделился этой тайной с Арчи.

Юноше захотелось обнять отца, но страх показаться слабым и женственным удержали его.

– Папа, твой домик большая тайна, ведь правда?
– спросил Арчи.

– Тайна сынок не в доме - ответил отец и задумался. Ему хотелось рассказать сыну все, что он знал, но времени не было, настала пора свершить задуманное.

Арчи ждал, что вот-вот и отец расскажет ему нечто такое, что развеет сомнения.

– Сын, ты поймешь чуть позже, почему я не дождался завтрашнего дня. Время не терпит. Много лет я ждал этого часа, поэтому прими подарки сейчас.

Арчи охватила неясная тревога, от того, что меж слов отца, был какой-то смысл, которого он не понимал.

Отец достал из-под стола сосновый короб, а из него, новые башмаки.

Арчи ахнул. Облегченные, вырезанные лодочкой башмаки из орехового дерева, были мечтой любого подростка. Но это было не все. К задникам были пришиты кожаные онучи, которые опоясывали голень и не давали башмакам соскочить с ног.

– Папа, теперь за мной никто в классе не угонится!
– воскликнул Арчи.

– Носи сынок!

Арчи тут же скинул свои старые, тяжелые, дубовые башмаки и обулся в обновку.

– Какие легкие, ног не чую, будто босой!
– радовался Арчи.

– А вот еще подарок.

Арчи оторвал взгляд от обувки и с удивлением произнес:

– Еще?! До сего дня он и мечтать не мог о том, что подарок может быть не один.

Отец снял свою козью кожаную куртку и протянул сыну.

Арчи в растерянности замер, не зная как поступить.

– Ты даришь мне свою куртку?

– Да, сынок.

– Но в чем же ты сам будешь ходить?

– Она мне больше не понадобится.

Арчи хлопал глазами не понимая, что ему говорит отец. Как может не понадобиться куртка? Если только человек собрался помирать?

– Бери, Арчи, сейчас я тебе все объясню. Время не терпит.

Арчи робко взял куртку из рук отца и надел ее прямо поверх своей жилетки.

– Она тебе еще великовата, но ничего, подрастешь - промолвил отец, поправляя куртку на спине сына. Арчи раздирали противоречивые чувства. Радость от столь дорогих подарков, мешалась с тревогой и непониманием.

– Тебе понравились подарки?
– спросил отец.

– Очень папа, я так тебе благодарен!

– Теперь сядь сюда, я скажу тебе главное.

Отец был взволнован. Он ходил по комнате, пытаясь подобрать слова. Сколько раз он представлял этот разговор, а теперь мысли спутались.

– Сынок...- начал отец. Я не хочу ворошить прошлое. Много лет назад я оставил тебя с матерью и ушел. Тогда ты бы все равно не понял причин моего поступка, да и сейчас ты еще молод. Пройдет время... А время лучший судья на свете и оно тебе откроет некоторые истины. Надеюсь на это всем сердцем.

Арчи замерев, слушал отца, боясь пропустить хоть одно слово. Так они были непривычны слуху горбуна.

– Завтра тебе исполнится шестнадцать лет. Ты станешь взрослым. Я много лет ждал этого часа и не мог совершить то, что наметил. Но теперь пришло время...

Отец зачерпнул деревянным ковшом воды и промочил пересохшее от волнения горло.

– Я ухожу из города.

Слова прозвучали как набат. Как гром среди ясного неба. Арчи готов был услышать что угодно, но только не это. В мыслях у мальчугана не могло родиться подобного - покинуть город по собственному желанию? В истории города со времен самого Арбуна, не было подобного случая, иначе старейшины обязательно его сохранили бы в назидание потомкам. Как это уйти из города? Это подобно смерти. Арчи отказывался верить в это.

– Ты я вижу, удивлен?
– спросил отец.

Сын молчал, но глаза вперившиеся в отца, требовали объяснений.

– Когда-то давно, сейчас уже и не вспомню, я начал задыхаться. Приступы удушья мешали работать. Я стал меньше зарабатывать. Дома начались скандалы. Бесконечная ругань только ухудшала мое самочувствие. Я перепробовал все известные настойки и закваски, ходил даже к старухе Гирме, в надежде, что ведьма откроет мне причину моей болезни.

Помню, она так перепугалась, раскладывая гадальные кости, что выгнала меня из хаты. Я уж решил, что дело мое совсем плохо, раз старуха не дала ответ.