– Они не нас боятся, а того, что не могут понять, как двое подростков прошли сквозь их защиты. Но ведь это не мы организовали взлом их секретных преград. Поэтому, когда все выяснится, мы сможем найти здесь занятие по душе.

– Ян, мы семнадцать лет, ты, кстати, уже почти девятнадцать, учились жить в том мире. А теперь ты хочешь остаться здесь потому, что Мрамгор чем-то напомнил тебе сказочный изумрудный город. Дружочек, чудес не бывает и мы сейчас не в сказке.

– А где же, по-твоему?

– В каком-то бреду, если честно, – устало проговорила Дея.

– Я вряд ли смогу тебе это объяснить, но там я чувствовал себя чужим, а здесь нет.

– Это потому, что Вайес – очень хороший дипломат и умеет запудривать мозги!

– Но тебе ведь стало лучше после того, как он отвел тебя к стене, – не унимался Ян. – И он действительно спас тебе жизнь. Приставил этого своего Гория, каждый день справлялся о твоем здоровье. Дея, у тебя был такой чудовищный жар, что я, если честно, вообще удивляюсь, как ты выкарабкалась.

– Тебе не кажется странным, что нами лично занимается такое высокопоставленное лицо?

– Ну, – задумчиво протянул Ян, подыскивая ответ, – он мудрый правитель и знает, что все непонятное и возможно угрожающее лучше держать поближе к себе. А может, он просто благородный человек?

– Не знаю, Ян, иногда мне кажется, что тебе не девятнадцатый год, а девятый.

– К чему ты клонишь?

– Ты ведь должен понимать, что, несмотря на все сказочные декорации и волшебную мишуру, этот мир так же, как и наш, населяют люди. А это значит, что, по сути, Багорт не многим будет отличаться от твоего прежнего дома. Где ты видел губернатора, нянчащегося с попаданцами?

– Что ж, поживем, увидим. У нас все равно выбора пока нет, самостоятельно-то мы домой не можем вернуться.

– Ладно, пойдем что ли, негоже опаздывать на аудиенцию к столь высокопоставленной персоне.

Вайес ждал их в кабинете, там же был и лекарь, видимо, исполнявший по совместительству еще и обязанности советчика.

Первое, что не без удовольствия отметила Дея, это то, что кабинет Вайеса на сей раз казался вполне обычным, то есть стены и предметы, находящиеся в их пределах, больше не уменьшались и не увеличивались, а вели себя, как вполне обычные, неодушевленные вещи.

– Присаживайтесь, мои дорогие, – предложил Вайес, – надеюсь, вы хорошо спали, звезда моя? Комнаты пришлись вам по душе? – обратился он к Деи.

– Благодарю, я спала превосходно и комнатами очень довольна, – отозвалась девушка. – Но, я полагаю, вы позвали нас не за тем, чтобы узнать, как я устроилась.

– Вы правы, – улыбаясь ответил Вайес, – вы обжились у нас, воссоединились с другом и вашему здоровью больше ничто не угрожает, поэтому мы, наконец, можем продолжить тот разговор, который в прошлый раз прервал ваш обморок.

Дея поежилась, воспоминая все злоключения того дня. Он определенно не входил в список лучших в ее жизни, и все же она понимала, что это был особенный день – день, изменивший всю ее жизнь. В какую сторону, это еще вопрос, но изменения эти были кардинальными.

– Я не буду ходить вокруг да около, – начал Вайес, – нас обеспокоило ваше появление.

Дея подняла брови и посмотрела на главу Мрамгора в упор. Но в разговор уже вступил лекарь.

– Два человека попадают в Багорт, пройдя все защиты и преграды. Утверждая при этом, что не имеют ни малейшего представления, как им это удалось. К тому же проявляют незаурядные таланты в долине Ведов. Таких совпадений не бывает, – проговорил лекарь, глядя на Дею. – И еще, меня очень озадачил тот факт, что тени, населяющие кольцо Ведов, не тронули вас. Они – цепные псы, готовые высосать жизнь из любого, кто попадет в долину, кроме самих Ведов, конечно.

– Дея, вы разомкнули кольцо, прошли сквозь него к границам Мрамгора, – подхватил Вайес. – Я не спрашиваю вас, как вы его открыли, и тем более, как вы туда попали, потому что, мне думается, вы действительно этого не знаете.

– Чего же вы тогда хотите знать?

– Меня интересует, не приключалось ли с вами чего-нибудь необыкновенного незадолго до того, как вы попали к нам? Любая мелочь, кажущаяся вам незначительной, может привести нас к пониманию происходящего.

– А разве Ян вам ничего не рассказал?

– Конечно, рассказал, но мы хотели бы послушать теперь эту историю из ваших уст, – настаивал Вайес. – Понимаете, события одни и те же, а детали люди замечают разные.

– Вы правы, – неожиданно согласилась Дея. – Ян, наверное, вам уже рассказал, что билеты в этот злосчастный музей мне презентовал чудаковатый иностранец. Я не придала тогда особого значения его внешнему виду, но…

– Опишите же его.

– Языка, на котором он говорил, я не распознала и списала это на свое невежество, хотя сейчас думаю, что он не подпадает ни под одну языковую группу, существующую на Земле. Одет тот мужчина был так, будто играл роль в бульварном романе и сбежал со съемочной площадки, к тому же забыл обуться. У нас, знаете ли, не принято в общественных местах босиком разгуливать, – пояснила она, вспомнив Вечко. – В общем, всучил он мне два мятеньких билетика и тут же скрылся. Ну, я радостная, что в музей схожу, про этого чудака тут же и забыла. Представьте мое удивление, когда я встречаю его в этом же музее. Обуться он, кстати, так и не удосужился. И знаете, он как-то нехорошо на Яна смотрел.