Несомненно, это была самая необычная ночь, которую он провел с девушкой, занимаясь сексом. Ни он, ни она не могли потом вспомнить, сколько же раз это им удалось. Они засыпали и просыпались неведомо от чего. Они ни разу не потеряли контакта друг с другом, все время соприкасаясь. И что самое необычное - они не сказали друг другу ни слова. Два раза - кажется, два - Конго чувствовал, что хочет пить, и тогда он набирал воду в кружку из нержавейки, которую всегда возил с собой в командировки, пил, а потом набирал снова и нес в койку, Алисе.

Очень быстро он понял, что это какая-то игра, при которой надо молчать. Игра оказалась очень интересной. Наверное, играть в нее имело смысл только в такой обстановке - когда темно, абсолютно тихо и вы то и дело проваливаетесь в сон. Тогда граница между сном и реальностью размывается, а все внешнее исчезает. Второе важнее. Постепенно Конго все больше замыкался на партнерше, все прочее перестало существовать и все его чувства невероятно обострялись и их как будто бы стало больше. Потом граница между ним и Алисой исчезла совсем; ему казалось, что они чувствуют одно и то же. Когда он начинал засыпать, начиналось падение - плавное совместное падение непонятно куда; он падал, прижимая ее к себе и это было настолько невероятное, восхитительное ощущение, что он не мог сравнить его ни с чем другим. Он давно подозревал, что самые сильные ощущения, которые может дать ему партнерша - это не оргазм. И это очень просто получить - но нужно найти такую партнершу, с которой это просто, потому что с другой этого не будет совсем.

И еще, вспоминая эту ночь, он думал, что это было первый случай в его жизни, когда его партнерша занималась сексом с ним, а не со своими ощущениями, а он занимается сексом с ней, а не со своими фантазиями.

И еще думал: секс тут не при чем. Они занимались сексом в первый раз, когда он только что положил ее на койку в темном номере. Может, и во второй - тоже. Они точно занимались сексом утром, при дневном свете, и это было весело, просто, понятно, примитивно и грубовато и отлично возбуждало. А вот что они делали ночью - так и осталось не вполне ясно.

– Что дальше?
– спросила она утром - и Конго понял, что она подразумевает продолжение.

– У меня еще неделя отпуска, - сказал Конго, - я хотел поехать в Италию. Но теперь я не слишком в этом уверен. Что хочешь ты?

– Кататься на лыжах. Если ты не слишком уверен насчет Италии, можно поехать вместе. Ты точно узнаешь немало нового.

Она говорила именно так, как должна была говорить леди, осматривавшая его стоящий на обочине "Опель" - ясно и определенно, безо всяких ускользающих улыбок.

– Поехали, - сказал он.

– Тогда давай хоть представимся.

Конго засмеялся.

– Слушай, - сказал он, - почему ты ничего не спросила о том, кто я?

Она пожала плечами:

– Я стараюсь отдавать себе отчет в своих желаниях. Ты предложил заняться сексом. Ну, когда я цепляла трос... Я согласилась. Не хотела выслушивать про твои деньги, должность, работу и все остальное, за что многие прячутся. Подумала: пусть он покажет, что может сам. На что я могу рассчитывать, если окажусь с ним там, где деньги и должности ничего не решают?

Конго решил, что его интерес лучше подчеркнуть, чем скрывать:

– И что оказалось?

Она усмехнулась:

– То, что я еще здесь, и спросила "что дальше"... Кстати: какая у тебя медицинская страховка за границей?

– На все случаи жизни. И страховая компания с весьма хорошей репутацией. Я не экономлю на таких вещах, хотя до сих пор удавалось не пользоваться.

– Тогда еще вопрос: у тебя есть с собой шапка и куртка, в которых уместно заняться чем-то околоспортивным на улице?

– Есть.

– Это хорошо... А теплых брюк околоспортивного вида, наверное, нет?

– Нет. Джинсы и брюки, которые были на мне.

– Понятно. Джинсы пойдут, хотя это и признак новичка... не важно... Тогда я предлагаю вот что. Я хочу съездить покататься в одно место неподалеку. Прямо сейчас. Ты как?

– Хочу, - сказал Конго; что именно он будет там делать, показалось ему совершенно неважным.

– Тогда давай собираться. Кто идет первый в душ?

– Леди, конечно...

Она вылезла из-под одеяла и собиралась было идти, но вдруг остановилась, и посмотрела на Конго.

– Что?
– спросил он.

– Мы уже в который раз забываем сказать друг другу, как нас зовут. И кто вообще мы такие... Чем дальше, тем больше у меня возникает ощущение, что доктор Фрейд придумал бы этому какую-нибудь непростую причину... Так кто ты?

– Меня зовут Игорь, мне легко запоминаемые тридцать три года, я инженер, начальник отдела продаж всяких железок, живу в Москве, не женат и...
– он на секунду задумался и усмехнулся, - не имею на это место явных кандидатур.

Он говорил, и видел, как удивление появляется на ее лице.