Элай задумчиво потер подбородок.

– Серапион был известным предсказателем, но он давно мертв, его убил какой-то демон.
– Вопрос в другом: почему Аристарх хотел, чтобы именно ты это прочитала?

Я пожала плечами.

– Может, от пыток в каземате темных у него того...
– Я покрутила пальцем в воздухе около головы.

– Не думаю, - Элай покачал головой, а потом еще раз пробежал глазами по тексту и даже пальцем постучал, привлекая мое внимание: - Взгляни, никого не напоминает: «Ведьма, узревшая ангельский мир...»?

Я на секунду задумалась, а потом вспышка понимании озарила меня.

– Значит это и есть то самое пророчество, с которым связана Регина и которое пытаются разгадать мудрые! С ума сойти! Мой человек может стереть все Семь Небес одним заклинанием! Но что это за дитя, которое явится в сполохах света и сиянии тьмы?

– В сиянии света и всполохах тьмы, - поправил Элай.

– Ты такой зануда, - я подарила ему хмурый взгляд, а он шутливо дернул меня за выбившуюся прядь.
– Явится миру дитя... А может это тоже про Регину?

– Вряд ли. Ведьма должна читать заклинание. А дитя, судя по первым строкам, предназначено в жертву.

– Может, ведьма должна сделать себе харакири и быстренько прочитать заклинание?
– Я в замешательстве почесала голову.
– Сомнительно, конечно. Итак, что мы имеем в итоге? Аристарх подкинул мне какое-то чокнутое пророчество, в котором написана инструкция. И если кишка не тонка последовать этой инструкции, то можно разрушить семь печатей, которые, в свою очередь, запирают Семь Небес. И тогда на землю падет хаос. Для этого понадобится, - тут я начала загибать пальцы, - таинственный ребенок с волшебной кровью - раз, ведьма, которая видит ангелов, и умеет читать - два, и древний алтарь - три. Итак, а теперь подумаем, кому вообще может быть выгодно падение Семи Небес?

Мы снова переглянулись и одновременно вскрикнули:

– Тёмным!

Я вернула пергамент на стол. Пророчество каленым железом выжглось в моем мозгу. Одно из несомненных преимуществ работы хранителем - отменная память. Все-таки держать в голове словарный запас приблизительно шести тысяч живых языков и нескольких сотен мёртвых - это уже кое-что. Поэтому запомнить какое-то четверостишие, хоть и древнее, задачка на полсекунды.

– Ну, конечно, Мир Теней много веков точит зуб на наши пушистые облака и зеленую траву. У них-то, кроме дыма и пепла, ничего нет. Но... но что же мне делать? Я знаю о пророчестве, знаю о даре своей подопечной. Неизвестным остается один элемент - таинственный ребенок, что должен быть принесен в жертву. Может мне стоит отыскать это дитя?

Элай положил руки мне на плечи и развернул лицом к себе.

– Что тебе велел Варлаам?
– сдвинув брови, спросил он.

– Охранять Регину, - я честно похлопала ресницами.

Про то, что верховный велел не вмешиваться ни в какие неприятности, я благоразумно промолчала.

– Вот и охраняй ее. Сейчас это самое главное.

– Поверь, Регина далеко не беспомощный котенок и не так проста, как кажется на первый взгляд. Она сама не знает предела своих возможностей. На моих глазах девчонка разделалась с несколькими воинами Пятого Неба одним щелчком пальцев.

– Да, ты рассказывала, - Элай задумчиво потер подбородок.
– Но это не значит, что мы можем спокойно жевать персики и отдыхать в Обители.

– Я и не собиралась жевать персики. Пошли, подумаю по пути, здесь нам все равно больше нечего искать.

Мы направились к выходу, но в этот момент за дверью раздался шум. Я схватила замешкавшегося Элая за руку и потянула за ближайший книжный шкаф, благо книги в нем стояли плотно. Мы затаились как раз в тот момент, когда дверь скрипнула, впуская в кабинет полного седовласого хранителя в традиционном коричневом балахоне. В просвет между двумя томами мне было видно его нахмуренное лицо. Потянув носом, он прошел к окну и распахнул его настежь. Судя по серебряной цепи с круглой бляшкой, что висела на его груди, перед нами был глава Совета Мудрых, сам брат Дарий.

Он уселся в кресло, повернулся к столу и взял в руки пергамент, который мы с Элаем изучали несколько минут назад. Я с трудом сглотнула. Надеюсь, брату Дарию ничего не понадобится на книжной полке, в противном случае нам не позавидуют и грифонщики Мира Теней, что обязаны целую вечность выгребать навоз.

Спустя несколько минут, в течение которых я старалась дышать через раз, дверь снова скрипнула, впуская в кабинет еще одного члена Совета. Висевшая на его груди бляшка была меньших размеров. Он близоруко щурился и вообще имел вид ангела, сонного и уставшего от вечности.

– Чем это у вас пахнет, брат Дарий?
– сморщившись, спросил он.

– Перед закатом заходил брат Юстиан. Надо запретить ему тушить капусту.
– Дарий сделал пригласительный жест в сторону свободного стула: - Присаживайся, брат Ермий.

Тот, кого звали Ермием, сел напротив главы Совета.

– Есть какие-то новости?

– Я был в библиотеке Первого Неба. Там я слышал странные разговоры. Разведчики Маврикия поймали какого-то темного.

– Нам нет до этого дела, - отмахнулся Дарий.