На лестнице загрохотали шаги.

— Тит! — проревел Дарий.

Мальчишка побледнел и сжался, будто побитый синто-щенок. Фигура его отца вырисовалась в квадрате света резко и неожиданно, как будто над последними ступеньками он взлетел. Высокий, грузный мужчина смотрел на сына тяжело, злобно. Он даже не глянул на Ирис и оттеснил ее в сторону быстро и жестко.

— Я вызвал тебя еще десять минут назад. А ты...

Он схватил его за запястье и вывернул руку так, что мальчишка побледнел и скривился. На толстых пальцах мужчины блеснули крупные перстни.

— Непослушание, — выплюнул Дарий. — Тебе напомнить, что полагается за непослушание?

И тут Ирис окатило таким нечеловеческим ужасом, что она едва не вскрикнула. Тит, дрожа, как в лихорадке, заслонился свободной рукой, но мужчина все-таки ударил.

С каким-то невыразимым наслаждением он обрушивал на спину собственного сына удары, снова и снова, и Тит уже не держался на ногах. Он рухнул и корчился на полу, сжавшись и укрывая голову руками.

— Прекратите!

Голос Ирис дрогнул. Сигналы тревоги так и заливались, а боль, отвращение и ужас, в которых буквально тонул несчастный мальчишка, сводили ее с ума.

— Прекратите немедленно! — повторила она.

Дарий обернулся и наконец-то заметил Ирис. Его глаза — этот человек неуловимо кого-то напоминал, но кого?..

Мальчишка отнял руки от лица и стыдливо размазал слезы.

— Так это и есть та самая гостья? — холодно поинтересовался его отец.

Серый форменный плащ лежал на его широких плечах буграми.

— Та самая, — сощурилась Ирис. — Мааджит.

На лестнице невидимкой зашуршало платье Лидии. Она поднялась и, положив руку на перила, бросила полный презрения взгляд на скорчившегося Тита. Потом перевела взгляд на Ирис и тронула мужа за рукав.

Он только фыркнул.

— Подслушала? Молодец, девочка.

— Может, не стоит... — начала Лидия.

— Тайны уже не вышло, так что давай-ка теперь сыграем вот во что, — сказал он, глядя на Ирис. — Похожа она на твои тени? — он повернулся к жене, и голос его смягчился. — Нет же, смотри сама. Она не тень. И ее платье — это ни о чем. Не улика, не доказательство.

Ирис выдохнула. Запасы энергии она пополнила вовремя, очень вовремя. Если этот наглый огромный человек так и напрашивается на представление — он его получит.

— Дело не в том, похожа она на тень или нет! — Лидия поморщилась. — Если эти люди проходят сквозь время...

Тит тем временем неуклюже поднялся за ноги и привалился к стене. Ирис поймала его затравленный взгляд.

— Она не опасна, этого просто не может быть, — с непонятной, испуганной мягкостью настаивал Дарий.

С Титом этот гигантский человек себя не сдерживал. А с женой становился неуклюжим, неказисто-заботливым.

— Слухи рождаются не из пустоты, — очень тихо, очень вкрадчиво заметила Лидия.

— Слухи рождаются из страха, — аккуратно возразил отец Тита.

Ирис вдохнула поглубже.

— Я хочу уйти, сейчас же. В приют я не собираюсь, можете себя не утруждать, —объявила она. — Пропустите.

Дарий шагнул в сторону, загородив собой всю лестницу.

— Я докажу, сейчас же, — прошептал он жене. — Не бойся. Страх — это...

И тут Ирис зажмурилась, собираясь с силами.

Ее фигура дрогнула и растворилась. Время пошло. На сколько она удержит камуфляж в этот раз?

Дарий моргнул, обмяк и как-то сгорбился. Лидия сдавленно охнула и отшатнулась, чуть не оступившись на узкой лестнице. Тит позади неопределенно дернулся.

Юркнув вбок, Ирис протиснулась мимо его отца и метнулась по ступенькам вниз. Замешательством нужно было пользоваться, и быстро.

Контрольный блок домашней электронной системы. Подключиться. Свет, окна, двери. То, что нужно. Подготовить блокировку. Андроиды! Подключиться. Без всяких уловок, напрямую. Неавторизованный пользователь... Сейчас получишь неавторизованного... Пароль принят. Новая команда.

Андроиды встретили ее внизу, у дверей. Дорогу не загородили, а только тихо расступились. Дверь за ней щелкнула: сработал автоматический замок. Эту комбинацию изнутри не вскроют еще очень и очень долго.

Не стоило сюда соваться. В который раз она надеется на помощь людей, но толку? Она — омега, она росла в полной зависимости от человека, и теперь ей пора выучить новый урок — полагаться на себя одну. Ей нужны кукловоды, не нужны экскурсоводы и няньки. Она теперь человек, а это значит, что она — сама за себя.