Он кивнул, восхищаясь силой чудовища, затем быстро побежал вправо: драук попытался обогнуть разделявший их участок мостовой с извивавшимися щупальцами.

Эффрон знал, что расстояние благоприятствует ему, и выпустил новую серию стрел черной энергии, которые пронеслись между щупальцами и снова ужалили могучего драука.

– Сколько их у тебя еще осталось, фокусник?! – взвыло чудовище.

– Столько, сколько потребуется, – ответил Эффрон, и просто для того, чтобы доказать это на деле, «выстрелил» еще раз.

Но существо, несмотря на гримасу боли, ухмылялось; выражение его лица оставалось самоуверенным, и это несколько вывело колдуна из равновесия. Эффрон взглянул влево и увидел, что Амбра, судя по всему, успешно отбивается от противницы на крыльце дома. Продолжая двигаться вправо, калека-колдун оглянулся.

Огромная черная птица летела вниз, к нему. Он знал, что это его мать, но если и почувствовал радость при виде мощного подкрепления, радость быстро сменилась отчаянием. Потому что у драука также имелось подкрепление в виде группы темных эльфов, которые образовали несколько концентрических кругов, а в центре стоял тот, кто служил «узлом» странной паутины, сотканной из электрической энергии и сверкавшей голубыми искрами.

– Улетай отсюда! – закричал молодой колдун, обращаясь к матери. В этот миг Далия приземлилась рядом с ним, и одновременно главный маг-дроу швырнул сверкающую паутину; страшная сеть полетела к ним, вращаясь, треща искрами и сверкая на лету.

Далия превратилась в эльфийку.

Сеть, сотканная из молний, накрыла мать и сына.

Эффрон принял двумерную форму и исчез под землей.

Амбра наконец смогла твердо встать на ноги. Она тряхнула головой, чтобы прогнать туман перед глазами, и встретила очередной выпад драука ударом Крушителя Черепов; булава и дубина столкнулись с такой силой, что дворфу показалось, будто у нее сейчас вылетят все зубы. Однако дворф уже была готова к этой игре, даже против превосходящего врага. Она начала беззвучно произносить слова заклинания, которое должно было наполнить ее силой Клангеддина, но затем раздались взрывы, сопровождавшиеся вспышками, земля задрожала с невиданной силой – это огненная сеть опустилась на Далию. Эльфийка стояла всего лишь в нескольких шагах от Амбры.

Дворф пошатнулась, но женщина-драук, прекрасно державшаяся на восьми паучьих лапах, даже не дрогнула.

Дубина и булава снова столкнулись с сокрушительной силой. Новая ударная волна последовала за первой. Земля дрожала.

Амбра рухнула на спину, не успев произнести заклинание, булава вылетела из ее рук. Женщина-драук уже стояла над ней.

И тяжелая дубина монстра опустилась.

Первые несколько выпадов напоминали скорее танец, чем поединок: Энтрери и Тиаго кружили на месте, и каждый делал неловкие выпады, которые можно было легко парировать или отразить.

– Где он?! – выкрикнул Тиаго, затем повернулся вправо, и горящее здание «Приюта каменотеса» оказалось у него за спиной.

Энтрери быстро двинулся следом, заметив, что дроу приближается к раненому монаху.

– Если захочешь присоединиться к нам, добро пожаловать в любой момент, – обратился Энтрери к своему товарищу.

Афафренфер застонал и кое-как ухитрился подняться, но с трудом, потому что одна нога у него подгибалась, а одежда сбоку была насквозь пропитана кровью. Мельком глянув на монаха, Энтрери решил, что действительно сглупил, спрыгнув с крыши, чтобы прийти ему на помощь: Афафренферу не суждено выжить после таких ран.

Ассасин в раздражении набросился на Тиаго, выставив перед собой меч, и сделал движение вверх и вперед, а затем внезапно развернулся, убрал меч и попытался пырнуть противника кинжалом.

Но Тиаго не только встретил выпад меча своим удивительным клинком и вовремя выставил перед кинжалом щит, но и одновременно переменил позицию. Прежде чем Энтрери успел завершить свой маневр, Тиаго стремительно напал на него, алмазный меч просвистел в воздухе, но затем дроу развернул его так, чтобы лезвие задело ноги Энтрери.

Энтрери в последнее мгновение успел увернуться, и Тиаго продолжал наступать, размахивая мечом, действуя одновременно щитом, затем наоборот, и меч следовал за щитом; это была невиданная, ошеломляющая картина.

Ассасина застала врасплох неприкрытая ярость, жестокость, целеустремленность и координация действий врага.

«Перед тобой аристократ Бэнр», – напомнил он себе, и он прекрасно понимал, что это означает.

Энтрери следовало продемонстрировать все свое искусство, иначе ему грозила верная смерть.

Он нанес Тиаго быстрый ответный удар, затем, наступая, сделал еще три колющих выпада, и с каждым шагом оттеснял дроу прочь от Афафренфера, на середину дороги.

– Монах! – крикнул Энтрери и поморщился, когда из окон и дверей гостиницы появились новые темные эльфы: они выпрыгивали с верхних этажей горящего здания и, паря в воздухе, опускались на землю. – Беги!

Афафренфер сделал шаг и едва не упал, ступив на раненую ногу. Он поморщился, однако поборол боль и, спотыкаясь, сделал еще несколько шагов.