Кирзач снял проволоку с убитого, забрал деньги, рассовал по карманам.

Открыл платяной шкаф, вытащил всякую одежку, плеснул на нее керосином. Газ в дом, старый, деревянный, трехэтажный, сухой, на двенадцать квартир, проведен еще не был, и запас керосина на кухне имелся.

Чем черт не шутит? Вроде, негативы фотографий, которые "рисовальщик" вклеил в документы, он при Кирзаче сжег, но мог, человек осторожный, знающий, с какой публикой имеет дело, мог он оставить и другие улики, по которым его убийцу можно найти - или милиции, или ворам. И догадаются, что эта смерть - работа Кирзача, и догадаются, по каким документам Кирзач теперь существует. А огонь - лучший помощник, когда надо следы замести, в огне никакие улики не уцелеют...

Кирзач покинул дом до того, как пламя разгорелось. Дальнейшее, он наблюдал издали, в толпе зевак. Как старый сухой дом полыхнул будто спичка, как выскакивали другие жильцы, таща те пожитки, которые еще можно спасти, как примчались пожарные машины...

Теперь его будут ждать в Калуге, сто к одному. Нате, выкусите! Он не такой идиот. Заранее предписанными маршрутами он пользоваться не будет. У него другие планы.

Кирзач тихо выбрался из толпы и исчез в переулках.

13

– Значит, так, товарищ майор, - сказал полковник Переводов.
– Информация твоя оказалась очень ценной. И в основном подтвердившейся. Но ты и не знаешь, на кого этот Пыров-Кирзач посягнул.

– Узнал буквально перед тем, как за мной машина пришла, - сказал Высик.
– Позвонили мне с очередной информацией.

– Потрясающий у тебя информатор. Можно узнать, кто он?

– Я бы предпочел не раскрывать, кто он такой, товарищ полковник.

– Понимаю... Кто-то из крупных уголовников, небось?

– Никак нет.

– И что еще он тебе поведал?

– Немало интересного. Суть в том, что Кирзач совсем озверел. Полным психом сделался. Его первая остановка была в Казани, на дому такого Степняка, старого вора, держателя денег на общие нужды...

– Общака.

– Ну да. Он Степняка зарезал и общак забрал. Теперь сами воры за ним охоту открыли, не хуже нашей.

– Это неплохо. Еще соображения имеются?

– Первым делом, Кирзач документы сменит. Мы не знаем, по каким он документам странствует, но воры-то знают. А разведка у них неплохо поставлена. Выходит, Кирзачу другие бумаги нужны, чтобы от своих скрыться. Изготовителя поддельных документов он, конечно, сразу убьет, сперва насулив ему золотые горы. Чтобы и эту ниточку оборвать. Надо проверить, не погиб ли в ближайшее время - может, буквально в ближайшие часы - человек, который уже попадался на изготовлении фальшивых документов и о котором милиции известно, что водится за ним такой грешок. Скорей всего, где-то в районе Средней Волги, дальше Кирзач за это время вряд ли успел переместиться. И если есть такой убитый, то проверить у него на квартире, проверить по прошлым делам, какой почерк у его подделок. Может, найдется подсказка, под каким именем и где Кирзача ловить.

– Неплохо, - полковник с одобрением разглядывал стоявшего навытяжку Высика.
– Совсем неплохо. Правильно мыслишь. И вперед умеешь заглядывать, на ежике тебя не объедешь. Будем считать, предварительную проверку ты нормально прошел. А теперь - к делу. Эту историю Сам взял под особый контроль. Если с головы Марка Бернеса хоть волос упадет, мне головы не сносить. И тебе тоже. Потому что я тебя включаю в особую оперативную группу, созданную, чтобы Кирзача накрыть. Сам напросился, что называется. При этом, заметь, полномочия у меня огромные. Пока Кирзач не пойман, я могу и со всей милиции Советского Союза, и даже с КГБ любую помощь требовать. Понадобится тебе воспользоваться этими полномочиями - только скажи, я распоряжусь. Но Кирзача мы должны взять обязательно. И как можно быстрее. Ясно тебе?

– Так точно, все ясно.

– Это хорошо. Еще дельные мысли имеются, кроме того, чтобы насчет рисовальщиков документов пошукать?

Высик задумался.

– Насчет Калуги вы знаете?
– спросил он.

– А что насчет Калуги?
– оживился полковник.

– Первоначально затевалось, что Кирзач после Казани остановится в Калуге, у некоего Байкина. Тоже "вор на пенсии", так сказать. Но теперь Кирзач туда и носа не сунет, потому что в блатном мире маршрут известен. Для проформы, следовало бы дом Байкина тихо обложить. Только самого Байкина прошу не трясти - чтобы моего информатора не подводить. В конце концов, и обвинить Байкина не в чем, от преступлений он отошел...

– Дом Байкина обложим засадами, - кивнул полковник.
– Хотя, конечно, это дохлый номер. Можно было бы уголовничков пощипать, которые свои засады у Байкина выставят, наверняка есть среди них наши лучшие клиенты, которых мы с открытыми объятиями ждем... Но зачем, если сейчас они получаются наши союзники, когда каждый лишний охотник на Кирзача - большой плюс... Да, обозначим засаду, для порядку... К тому же, я думаю, Байкину воровская почта давно донесла, чтобы Кирзача не принимать. Есть еще соображения?

– Не то, чтоб соображения, - сказал Высик.
– Так, мысли общего порядка.

– А именно?

– Кирзач - игрок. Причем игрок зарывающийся. Начинает играть прекрасно, ходы и сдачи словно читает, а потом... заносит его. Вот и надо нам раскрутить его так, чтобы он зарвался. Чтобы поверил, будто все козыри и тузы у него на руках и теперь ему ничего не страшно. Пока он ошибок не делает. Но если мы его хоть к одной ошибке подтолкнем - все, он наш.

– И ты видишь, где его можно на ошибку спровоцировать?