Дженни облегченно выдохнула. Пронесло.

Когда она поднялась с кровати, порванные трусики упали на пол. Девушка подобрала их и сунула в сумочку. Не хватало еще, чтобы хозяева дома обнаружили подобный "сувенир" в своей спальне.

Одевался Раум быстро и молча. И казалось, что с каждой надетой вещью заталкивает все глубже своего смертельно опасного покрытого чешуей монстра. Превращается в ее Раума - ленивого, насмешливого, заботливого. Знакомого и понятного.

Интересно, демоны слышат голос своего истинного облика? Бывают ли у них конфликты, как у Дженни с ее волчицей?

Она бы спросила Раума об этом, но не сейчас. Сейчас не стоит.

Когда демон закончил, Дженни не удержалась и хихикнула. Поймав злой взгляд, попыталась сделать серьезное лицо, но смех все равно прорывался, как девушка ни старалась его сдержать. Очень уж забавно смотрелся всегда пижонистый, с иголочки одетый Раум в костюме кузена. Армеллин был выше, но уже в плечах, и его рубашка буквально трещала на ди Форкалонене по швам. Казалось, стоит вдохнуть поглубже, как лопнет. А слишком длинные штаны волочились по ковру.

Демон наградил ее мрачным взглядом, потом полюбовался на себя в зеркало и тоже захохотал.

– Я здесь самый модный парень. Верно, детка?
– он дернул штанину вверх.
– Пойдем-ка, скажем "спасибо" кузену за гостеприимство.

***

Дженни постучалась, а потом заглянула в соседнюю комнату.

– Вы закончили?

– Почти, - отозвался Армеллин, как раз натягивавший носки.
– Таисия ушла к гостям, и я тоже собираюсь.

– А я собираюсь домой, но для этого мне нужны ботинки, - объявил Раум. И, не спрашивая разрешения, полез в гардероб в поисках обуви. Если эта бесцеремонность и разозлила его кузена, тот никак этого не показал.

– Лекарь говорит, что у Сандерса сломана ключица и три ребра, - сообщил он ровным голосом.

– Мало, - процедил демон.

– Твое счастье, что мало. И что он не будет писать заявление в полицию.

Демон закаменел, и Дженни даже показалось, что она слышит треск разрываемой ткани. Она скрестила руки на груди и сердито поглядела на Армеллина. Зачем он продолжает этот разговор? Раум и так на взводе, Дженни в жизни не видела его таким бешеным. Еще слово, и он снова обернется и все здесь разнесет!

Обошлось.

– Это в его интересах, - зло сказал беловолосый.
– Любой суд признает, что причины для срыва у меня были более чем веские.

Армеллин нахмурился.

– С причиной вообще ничего не ясно. Такое поведение абсолютно не свойственно Сандерсу. Какая муха его укусила?

В памяти всплыло перекошенное лицо, ниточка слюны, протянувшаяся изо рта.

– Мне кажется, он был не в себе, - неуверенно сказала Дженни.
– Как будто попал под действие заклинания.

Хозяин дома покачал головой.

– Исключено. После свадьбы я каждый раз лично устанавливаю детектор чар. Чтобы не получилось, как в прошлый раз - на этих словах он выразительно покосился на Раума. Тот только криво ухмыльнулся и отсалютовал кузену извлеченным из шкафа ботинком из крокодиловой кожи.

– Значит, ему что-то подлили...
– она осеклась, вспомнив бокал с шампанским, который оборотень выхватил у нее из рук и выпил.
– Или не ему...

Выслушав ее рассказ Армеллин помрачнел и потянулся к постографу.

– Никуда не уходи, - остановил он Раума, который было уже направился к двери.
– Ждем.

– Да ну?
– тот прищурился.
– И долго ждать?

– Минут двадцать. Экспресс-тест не займет много времени, в Грейторн Холл есть лаборатория.

– Двадцать минут в твоем костюме и ботинках - вечность наполненная болью, - пробормотал Раум, плюхнулся в кресло и уложил ноги на кофейный столик.

– Наслаждайся.

В комнате повисла тишина. Армеллин что-то писал на доске постографа, Раум сосредоточенно изучал свои ногти.

– Кстати, Мэл, - подал он голос, после долгой паузы.
– А где же мой любимый дядюшка Андрос? Я, можно сказать, мечтал увидеть его и такое разочарование...

Армеллин поморщился.

– Уехал по делам.

– И оставил тебя развлекать заказчика, - понимающе кивнул Раум.
– Представляю, как он обрадуется, когда вернется.

– Драку затеял ты, - насмешливо напомнил его кузен.

– Ага, - беловолосый притворно вздохнул.
– Но ты отвечал за прием, а значит нам обоим предстоит испытать на себе всю силу дядюшкиной любви. Но до меня дотянуться несколько сложнее...