— Марин, но ты точно уверена?

— Точно, — кивнула я. — Нам даже не так уж далеко идти придется. Минут пятнадцать и будем уже на жилом этаже.

— Ну тогда чего стоим? — Гринфрог висел на руках у Лекса сонной ленивой амебой. — Я уже даже согласен не заходить по пути в трапезный зал, лишь бы только уже оказаться в теплой мягкой постельке.

Лекс создал несколько ярких сполохов, те парили вокруг нас и освещали путь. Сначала мы спустились по пыльной затянутой паутиной винтовой лестнице, а дальше уже пришел черед лабиринта коридоров. Я всеми силами сосредотачивалась на схеме замка, внимательно раздумывая перед каждым поворотом. Лекс меня не отвлекал. И лишь храп уснувшего Гринфрога нарушал тишину.

Так в пути прошло минут десять. Мы миновали приметную арку, так что уже были недалеко от архива. Сразу стало увереннее и веселее, начались, так сказать, знакомые места, так что я все же правильно определила дорогу.

— Ну вот, через пару поворотов, налево будет архив, — сообщила я Лексу, — а от него на жилой этаж уже рукой подать. А ты сомневался.

— Я в тебе не сомневался, — мягко возразил он. — Но я и сейчас считаю, что старые пути — это слишком опасно, чтобы наведываться сюда без крайней на то необходимости.

— Вот у нас как раз крайняя необходимость и была. Может, мы с тобой в некую ловушку угодили. Не зря же нас каким-то неведомым образом в ректорат занесло, куда просто так вроде не попадешь. Значит, нас кто-то туда нарочно притянул.

— Я даже знаю кто, — огорошил Лекс.

— Кто? — я на месте замерла.

Неужели он тоже в курсе неких козней ректора в адрес Гринфрога?

— Ты, конечно.

— Я? — я оторопела. По лицу Лекса сейчас никак нельзя было понять, серьезно он говорит или все же шутит.

— Других вариантов нет, Марин, — вроде бы все-таки не шутил. — Я точно знаю, что я задавал другое направление. Мелкий на перемещение никак повлиять не мог, магические переходы реагируют лишь на человеческое сознание. Кто-то со стороны тоже нарочно бы нас не притянул, это просто невозможно. Вот и остаешься только ты. Наверное, во время перемещения ты сосредоточенно про ректора думала?

— Ну да… — растерянно пробормотала я.

А ведь и в погоне за туманом я переместилась по магическому туннелю, сконцентрировавшись мыслями о Гринфроге. А потом ведь я как раз думала о возможном вероломстве ректора. Все совпадало…

— Но как это может быть, Лекс? Неужели мой мысленный ориентир оказался сильнее твоего?

— Скажем так, — уклончиво ответил он, — не сильнее, просто я…в общем, мог отвлечься мыслями на что-то другое. Потому путь и сменился на неосознанно задаваемый тобой. И тогда вполне объясняется, как мы прошли через арку выхода в ректорате. Просто ты банально не восприняла тормозящую всех запретную магию.

— И это хорошо или плохо? — что-то я запуталась.

— Хорошо, — с улыбкой успокоил меня Лекс. — Раз ты смогла сама перемещаться по туннелям, то твоя магия начинает потихоньку пробуждаться. Но с ее развитием исчезнет и невосприимчивость к иллюзиям и запретным чарам. Если только это не некая таинственная особенность присущая жителями твоего родного мира.

Я так заслушалась, что чуть не пропустила нужный поворот. Но вот ведь странно, вместо одного поворота направо, теперь была развилка на три туннеля. Я тут же остановилась.

— Что-то не так? — внимательно посмотрел на меня Лекс.

— Похоже, я в задумчивости до этого не туда свернула, — нахмурилась я. — Нужно вернуться, пока недалеко ушли. Если я точно помню по схеме, эти три туннеля веду в подземную часть замка. И почему-то мне кажется, нам туда точно не надо.

— Поверь, так кажется не тебе одной, — усмехнулся Лекс.

И мы пошли обратно. Недолго потерзавшись противоречивыми мыслями, я все-таки рискнула поделиться мучающей меня темой:

— Лекс, ты же слышал, как ректор с неизвестным типом говорили про некоего дракона? Я уверена, речь шла о Гринфроге. Ведь не зря уже второй раз его пытались похитить. Наверняка он не простой болотник, а какой-нибудь особенный дракон. Очень редкий, к примеру. Или с необычными свойствами.

— Боюсь, единственное его необычное свойство — это уничтожать все съестные припасы с поражающей скоростью, — Лекс с усмешкой покачал головой и уже серьезно ответил: — Марин, они наверняка говорили о грозовом. Как я до этого слышал, власти сочли крайне небезопасным содержание такого дракона в университете, так что его намерены куда-то перевезти.

— А выпустить на свободу не вариант? — не поняла я.

— Увы, нет. Грозовые мстительны и беспощадны, они вообще людей крайне недолюливают. И в том услышанном нами сегодня разговоре речь как раз о нем и шла, я уверен. Что же до твоего мелкого, — он задумчиво посмотрела на спящего у него на руках Гринфрога, — утаскивать его могли лишь с одной целью.

— Это с какой? — я напряглась.

— В качестве пропитания. Раз уж где-то на университете есть лазейка для всяких низменных тварей, то вполне логично, что они тут ищут тебе еду. Питаются они как раз жизненной силой, а у драконов она куда мощнее человеческой. И как раз зеленые болотники считаются самой слабой и легкой добычей. Так что никаких интриг тут нет. Это надо решать вопрос с руководством насчет безопасности в университете, — вот вроде бы и сказал крайне решительно, но при этом помрачнел еще больше.