– Колганов, ты противный. – Она извивалась, тщетно пытаясь выпутаться из его объятий. – Ты это знаешь?

– Впервые слышу. – Громко прошептал он. – Марина, Вероника, Офелия, Изольда, Клеопатра и ещё полторы сотни других девушек сказали обратное.

Оксана замерла.

– Клеопатра? – Переспросила она.

Получила подтверждение:

– Да. Клёпа.

Девушка рассмеялась.

– Тут одно из двух: или ты настолько стар, что застал египетскую царицу, или это кличка болонки!

– Фуу! – Колганов изобразил рвоту. – Как ты могла такое подумать? Это же гадость!

– Значит, всё-таки попробовал? – Она игриво подмигнула.
– И тебе не понравилось? Что сказать… мужчина по своей природе испытатель.

Он погрозил пальцем.

– Мне кажется, ты испытываешь моё терпение и добродушие.

– Разве? – Оксана театрально изобразила удивление. – Не бойся! Я никому не скажу. Эта собачка… она хоть жива? Ей понравилось?

Колганова передёрнуло при попытке вообразить услышанное, вместе с тем близость упругого девичьего тела пьянит и возбуждает. Кружит голову настолько сильно, словно принял афродизиак.

– Ещё одно слово, и я тебя… - Он едва сдерживает рвущийся изнутри порыв.

– Нет, правда. – Она не унимается, раззадоривая его сильнее и сильнее. – Не стоит сдерживать порывы, идущие от плоти. Раз захотелось разнообразия, надо устроить праздник. Все творческие люди немного ненормальные. И ты не исключе…

Колганов смял в объятиях Оксану. Та кусается и вырывается. Больно, но терпимо. Сильно, но не слишком, чтобы порвать одежду. Что только распаляет.

– Отпусти!

– Никогда!

– Егор… противный мужлан… ты что творишь… у нас же дверь открыта.

– Плевать! Это моя редакция и я здесь главный!

Глава 68

– Замминистра дал добро на проведение обыска у Лазаревского.

Марченко, стоя перед начальником следственного отдела, чуть не задохнулся от прилива адреналина.

– Хорошо.

Валеев указал на стул.

– Присядь.

Марченко повиновался.

– Плохо. – Нахмурился полковник.
– Всё очень плохо. Потому что ствол ты не найдёшь, а вместо этого будешь козлом отпущения. Заодно подставишь меня и ведомство.

– Проще написать по собственному желанию, чем на это смотреть, - не выдержал следователь.

– Надеюсь, тебе просто не позволят сделать лишнее, - признался Валеев.

Марченко похолодел.

– Устранят?

И упёрся в стальной взгляд, так похожий на взгляд Лазаревского.

– Смотри на вещи трезво, - призвал начальник следственного отдела.

– Лазаревскому не нужна смерть следователя, возбудившему против него дело, - возразил Марченко.

– А кто сказал, что он действует один? – Предположил Валеев. – Сегодня ты шаришь в его доме, завтра тебя объявляют врагом номер один демократии. Ещё повезло, что не стали раздувать тот факт, что ты тайком пролез на пресс-конференцию Колганова. А то, не дай бог, объявили бы убийцей.

Марченко чуть не свалился со стула: подобная мысль в голову даже не приходила.

– Адвар Айдарович, это было бы полным бредом!

– Раскрой глаза, Марченко! – Рявкнул тот. – У нас всё, что показывают по телевизору – шляпа и бред. Главное – ляпнуть с умным видом. Как делает соловей, изливающий кисель. Никто потом не будет разбираться, кто прав, а кто виноват. Ну, через двадцать лет кто-нить сделает документальный фильм о тебе и твоей борьбе против коррупции. Тебе надо именно это?

Следователь было сник, затем выпрямился и вдохнул полной грудью.

– Я живучий, Адвар Айдарович. Один раз умер, да смерть не приняла.

Тот печально покачал головой.

– Тебе просто повезло. Но так везёт лишь однажды.

Марченко сжал кулаки. Тело и разум снова наполняются решимостью.

– Хорошо. Я вас понял. Разрешите идти и формировать группу?

Полковник ответил не сразу, смотря в окно отсутствующим взглядом.

– Валяй.

Когда за подчинённым захлопнулась дверь, Валеев набрал номер начальника службы безопасности Лазаревского.

Глава 69

– Я же говорил, что скоро тираж увеличится. Это не столько вопрос времени, сколько профессионального чутья. Способности предугадать и возглавить информационные тренды. И, конечно, грамотно вплетённый социальный фактор. Куда сейчас без него. Мы поднимаем на острие копья общепризнанные ценности: свободу слова, справедливость и торжество закона. И поверь, дальше выпуски только вырастут.

Колганов признаёт, что ошибается Лазаревский крайне редко.

– Спасибо за материалы, Ян Григорьевич. – Поблагодарил он. – С нетерпением жду следующего.