— Но ты же многому научилась, Абра.

— Ой, Джошуа, лучше бы я этого не знала. — Она с трудом улыбнулась, когда Бесси принесла их заказ.

Сьюзен приготовила коктейли:

— Я рада, что ты вернулась, Абра. — Абра ответила, что и она рада снова вернуться домой. Джошуа заметил, что Сьюзен не назвала Хейвен домом. Она перевела взгляд с Абры на Джошуа: — Рада видеть тебя, Джошуа. — Официантка отошла, но несколько раз поглядывала в их сторону.

Абра взяла свой гамбургер и надкусила, потом еще раз. Услышав, как она застонала от удовольствия, Джошуа обрадовался. Он смотрел, как она жует, проглатывает, запивает шоколадным коктейлем.

— Я в раю. — Девушка посмотрела на его тарелку: — Ты будешь есть?

— Не могу, так интересно смотреть, как ешь ты.

— Все-таки гамбургеры Оливера лучшие. Франклин не позволял мне есть ни гамбургеры, ни чипсы. Не давал пить газировку. — Она еще откусила, явно наслаждаясь едой. — Плохо для кожи, слишком много калорий. — Она снова успокоилась и заговорила, поведала ему о своей жизни с мужчиной, который полностью контролировал ее.

— Наверное, не стоило рассказывать тебе все это.

— Почему?

— Тебе неприятно.

Он сделал усилие, чтобы не показать, насколько она права.

— Твои рассказы не могут изменить мои к тебе чувства, Абра. — Это пока все, что он ей скажет, этого будет достаточно.

Они еще посидели в кафе, потом перебрались на площадь. Абра уже поделилась с Джошуа основными событиями своей жизни; теперь она делилась чувствами. Он многое читал между строк, такое, о чем девушка сама не подозревала. Снова вернулась боль тех лет, когда Абра была слишком маленькой, чтобы понять или хотя бы ясно помнить происходящее. Ей необходимо поговорить с папой.

Глухо пробили часы на башне. Абра повернулась и посмотрела на циферблат;

— Полночь! Я совсем тебя заговорила, а ты все время молчал.

— Я тебя слушал. — Его рука лежала на спинке скамейки у нее за спиной. — Знаешь, если мы еще немного посидим, можем и позавтракать у Бесси. Когда ты должна возвращаться домой?

— Питер — то есть папа — знает, что я с тобой. Он не будет беспокоиться, даже если мы прогуляем всю ночь.

— Рад слышать, что я такой надежный.

Абра придвинулась к нему ближе и положила голову на плечо.

— Спасибо, Джошуа, что выслушал меня. — Она вдруг выпрямилась: — Тебе во сколько на работу?

— В семь.

— Ой! Прости, пожалуйста. — Она вскочила и потянула его за руку. — Ты должен отправляться домой, чтобы хоть немного поспать.

— Только если ты согласишься встретиться завтра и пойти туда, куда хочу я.

— Если ты настаиваешь.

— Мы начали встречаться только в Агуа-Дульсе. — Он взял ее за руку. — Нужно наверстывать время.

* * *

Иан Брубейкер сказал, что лучшим местом для уроков Абры будет церковь Хейвена, потому что паства единодушно согласилась вложить деньги в покупку рояля. Благодаря связям Брубейкера им удалось купить концертный рояль по выгодной цене. Никто не стал возражать, когда Иан спросил разрешения у пастора Зика и совета старейшин проводить уроки с Аброй на этом инструменте.

Иан по-прежнему был строгим и требовательным учителем, чем напомнил девушке Франклина. Франклин был перфекционистом, он заставлял ее учить текст до тех пор, пока диалоги не начинали путаться с реальностью. Франклин находился в трудном положении, когда нашел Абру, поэтому он сделал Лину центром своей жизни. А я помогала уничтожать Абру, Господи. И не могу сказать, что я об этом ничего не знала.

Все шло хорошо до сегодняшнего дня. Она никак не могла сосредоточиться, путалась с нотами, никак не могла найти место, откуда нужно играть. Девушка огорчилась и вскинула руки, сдерживая желание ударить кулаками по клавишам. Рояль не виноват в том, что пальцы ее не слушаются.

Иан положил руку ей на плечо:

— На сегодня хватит. Понадобится время, чтобы вернуть прежнее мастерство. Увидимся в воскресенье.

Абра собрала свои ноты. Но не пошла домой, а отправилась в церковный офис, где Айрин обняла ее, а потом показала на кабинет пастора Зика:

— Заходи. Мне нужно ненадолго уйти.

Пастор Зик поднялся из-за стола и обнял ее. Он потерся подбородком о ее макушку, потом отпустил и пригласил сесть, а сам устроился напротив.

— Я как раз собирался пройти в храм и послушать, как ты играешь. Урок уже закончился?

— Да. И хорошо, что вы не слышали. Сегодня я ничего не могла сыграть без ошибок.

Он покачал головой:

— Отвлекают мысли?

Эти мысли появились давно и стали для нее незаживающей раной.

— Мне нужно задать вам вопрос.