– Замечательно, что ты у нас такой Шерлок Холмс! – Агата снова закашлялась. – Но ты не мог бы поторопиться, а потом уже рассказать мне, как ты до всего додумался? Набирай чертов код, если знаешь его!

Однако Ян словно и не слышал ее.

– Как я уже сказал, четырехзначный код – это просто. Гриценко не был настолько примитивен, он понимал, что год его рождения узнать не так сложно. Он не ввел бы цифры в нужной последовательности. Разговаривая с тобой, я просто прикидываю, как он переставил их местами. Какой порядок помог бы ему считать себя самым умным и хитрым? Думаю, нужно начинать с предпоследней цифры. Да, пожалуй, так.

Агата не собиралась наблюдать за его манипуляциями с сейфом и дальше. Она вдруг четко поняла, ради чего осталась: чтобы спасти его. Ян, каким бы сумасшедшим он ни был, уже не раз приходил ей на помощь. Настало время вернуть хотя бы один из долгов!

Поэтому пока он вскрывал сейф, она направилась в ту часть подвала, что была предназначена для отдыха. Агата взяла со стола графин с питьевой водой и вылила его содержимое на тонкий плед, убедившись, что ткань хорошо пропиталась. Не лучший вариант, но другого не было. Оставшейся водой, уже минеральной, сравнимой по цене с кристаллами Сваровски, она смочила несколько больших матерчатых салфеток.

Ян тем временем справился с сейфом: похоже, его расчет оказался верным. Он забрал из сейфа все дела, которые там были, перевязал их веревкой со стола Гриценко, и подошел к своей спутнице.

Он не стал спрашивать, что она делает, догадался с первого взгляда.

– Разумно, – кивнул Ян. – А теперь давай поспешим, мы тут и так задержались.

– Интересно, из-за кого же?!

Он не стал отвечать, просто подмигнул ей и замотал лицо тканевой салфеткой.

Плед был всего один, и его едва хватило бы на кого-то с комплекцией Яна. Но сам Ян не пытался забрать у нее эту скромную защиту, он бесцеремонно набросил плед на свою спутницу, а сам пошел вперед.

Первый этаж дома уже был в огне, языки пламени осторожно касались лестницы, и если бы они задержались в подвале еще минут на пять, то оказались бы в смертельной ловушке. Да и сейчас им приходилось непросто: жар и дым ослепляли, огонь кидался на них со всех сторон. Сквозь оранжевый ураган пламени Агата едва заметила обугленную фигуру, распростершуюся на полу, и тут же отвела взгляд. Она не знала, Гриценко это или кто-то из его людей. Ей было все равно, она просто не хотела к нему присоединиться.

Даже зная этот дом, Агата не нашла бы нужный путь сейчас, все слишком сильно изменилось. А вот Ян справился, он двигался вперед быстро и решительно. Даже слишком быстро, пожалуй: очень скоро Агата замешкалась и отстала от него.

Она не хотела, чтобы так получилось, но пол начал проламываться прямо под ее ногами. Она отскочила в сторону, чтобы не упасть, а когда снова посмотрела вперед, Яна уже не было.

– Ян! – крикнула она, но ее голос тут же поглотил шум пожара. – Подожди!

Бесполезно. Тряпка на ее лице высохла, помогал только плед, но и ему осталось недолго. Агата закружилась на месте, пытаясь понять, где именно она находится. Но ответ был всего один: в центре преисподней.

Ей показалось, что она застряла там на целую вечность, хотя, судя по распространению огня, прошло лишь несколько секунд, прежде чем Ян появился из огненной завесы. Он взял ее за руку, чтобы точно не потерять, но движение получилось неловким и – он уронил папки с файлами. Желтые листы ковром застелили пол, многие сразу же вспыхнули. Ян выругался и велел:

– Уходим, похоже, не наш день!

Но Агата так не могла. Она видела дело Руслана Савина, оно было совсем близко! Она слишком много вытерпела, чтобы уйти из этого дома ни с чем. Да и потом, это у Яна не было никакой защиты, у нее все еще был плед. Она подалась вперед и, прикрываясь едва влажной тканью, начала собирать желтые листы. Агата не смотрела, что берет, по-настоящему ей нужны были только два дела: ее и Савина, но она собирала все подряд, безжалостно сминая бумагу. Потом можно будет разобраться, что к чему, а сейчас нужно взять с собой побольше.

Огонь не простил ей такой наглости. С потолка что-то обвалилось прямо на оставшиеся листы бумаги, ударило по руке Агаты. Она вскрикнула и чуть не упала от резкой боли, но Ян успел подхватить ее. Он даже не тянул ее за собой, он просто взял ее на руки, и казалось, что это не требует от него вообще никаких усилий.

– Файлы не упусти, – велел он. – Пора выбираться отсюда!

Теперь, когда все зависело от него, Агата больше не хотела смотреть на огонь. Она зажмурилась, отчаянно прижимая к себе смятые желтые листы. Она не знала, кого спасает Ян: ее или документы, которые она собрала. Ей было все равно, лишь бы выбраться отсюда.

Через пылающие комнаты и коридоры он вынес ее в гараж, только-только начинавший тлеть, оттуда – на улицу. После той раскаленной печи, в которой они только что побывали, летний воздух казался ледяным. Он ударил по коже, как снежная лавина, у Агаты закружилась голова, стало тяжело дышать, и она с запозданием поняла, что у нее идет кровь из носа.

А вот на ее спутника, казалось, не мог повлиять ни огонь, ни контраст температур. Ян даже не замедлился, он помог ей перебраться на соседний участок, а оттуда уже провел к машине, дожидавшейся их за углом.