Тут тоже работал с огоньком, и на третьем, под торопливые попытки взлететь некоторых смельчаков, работал уже, когда наступило полноценное утро. Полчаса назад поднялось солнышко, но если уж я настроился уничтожить этот аэродром, седьмой по списку, последний, то я это сделаю. И сделал. По примерным моим подсчётам, Люфтваффе потеряли за эту ночь примерно триста пятьдесят боевых самолётов, из них восемьдесят истребители, остальное бомбардировщики и штурмовики. Около десятка являлись специализированными разведчиками. Сколько крови они нашим бойцам попортили. С личным составом лётных частей я решал также, только полная ликвидация, и работал тщательно по этому вопросу. Поэтому немцам не только эти подразделения восстанавливать нужно в материальной части, но и в личном составе. Однако как бы хорошо я со своей стороны не поработал, искать меня начали, так что уничтожив технику, я на всё том же мотоцикле погнал дальше. Уехал за час на сорок километров от последнего уничтоженного аэродрома и, найдя неплохой и густой лесок, в трёх километрах от Буга, в пятнадцати Брест был, встал там на днёвку. Как же я устал, хороший сон думаю, поможет мне. Так что, организовав лагерь, я поужинал и вскоре уже спал, обезопасив лагерь растяжками.

В этот раз проснулся я не сам, а от грохота разрыва гранаты, что сработала метрах в двадцати от меня. Не то чтобы предполагая, а вполне предвидя такую возможность, в виде предположения, лежанку я обустроил в выворотне, в яме, поэтому осколки свистнули поверху, впиваясь в дерево, а рядом заголосили в несколько глоток. Первым делом я схватился за автомат, и находясь как в окопе, правда, в нём только лежать можно, приготовился стрелять, направив автомат в сторону источника шума. Сразу определив, кто это меня разбудил, дал короткую прицельную очередь и стал кидать гранаты. По фигу на мотоцикл, что там стоял, закиданный для маскировки ветками, полицаи меня нашли, а это были именно они, белые повязки на рукавах, гражданская одежда, точно они. Все вооружены. Ещё двое были в польской полицейской форме, но это уже не важно, главное нашли. Поляков тут было с два десятка. В километре ещё россыпь красных точек. Зелёных карта так и не показала. Хотя нет, за Бугом, дальности хватало, было несколько. Кажется на территории приграничной деревушки. Хотя и в деревне были красные точки, что перемешались с оранжевыми и зелёными. Скорее всего, это сочувствующие советской власти. Карта как-то определяет, кто есть кто. Полезная опция.

Уничтожить эту толпу удалось без проблем. Это не профессиональные солдаты, как вести себя под огнём не знали, так что закидал грантами, у меня их хватало, и автоматом довершил начатое. После окончания боя подсчитал потери. Мотоциклу хана, изрешечён осколками, да и пулями тоже, это я постарался, за ним один из местных залёг. Ну и отметил то, что дальняя группа услышала шум боя и спешно направилась сюда, растягиваясь в цепь. В общем, валить нужно. И желательно прочь от реки, так как часть красных точек направилась в ту сторону, явно отрезая меня от водной границы. В принципе, уничтожить их мне труда не составит, их тут всего-то едва два взвода было, но на границе карты с разных сторон, ещё хватало разных групп, отмеченных красным. Я так думаю это тоже боевые подразделения, и скоро их в срочном порядке перекинут сюда. Я бы так и сделал, если бы узнал, что где-то произошла перестрелка, пока с неясным концом. И что плохо, к Бугу действительно нельзя отходить, тут прямая дорога к Пинску, и я туда собрался отправиться, чтобы пораньше прибыть, а теперь противника придётся демонстративно уводить вглубь Польши. Однако, прежде чем достать танки, я заметил что среди побитой мной вооружённой банды в гражданской одежде и с белыми повязками на рукавах, имеется раненый. Он очень хорошо притворялся мёртвым, видимо хотел жить, но меня не обманешь.

Подойдя, я ногой отбросил в сторону немецкий карабин «Маузера», все бандиты с повязками вооружены ими были, и спросил:

– Ну и кто вы такие?

Спрашивал я на русском, так как местного языка не знал, но когда поляк понял, что он раскрыт, и открыл глаза, то сказал:

– Не понимаю.

– О, так я и на польском говорю? Хотя да, была у меня такая машина первого уровня, значит, знания языка остались при мне. Приятный бонус… Ладно, теперь по тебе, почему вы, бандиты, с немцами сотрудничаете и поисками занимаетесь?

– Мы не бандиты, мы добровольцы! – возмутился тот. После чего объяснил суть дела.

Оказалось это действительно добровольцы. Если что или кого нужно найти, то полицейские дают клич среди жителей разных городков, и собираются такие вот люди, им выдают оружие и повязки, и те участвуют в некоторых поисковых делах. Например, беглых военнопленных ищут. В данном случае искали мою танковую группу. Это получается я гражданских побил. Хотя, оружие взяли, участвуют в немецких делах, красным на карте отмечены, значит, замазались, значит, виноваты. Так что совесть мучить не будет. У поляка ноги были осколками поранены, дав короткую очередь ему в грудь, в упор, я развернулся и стал сворачивать лагерь. Не забыв забрать нетронутые растяжки. Успел вовремя, как раз ближайшая группа второпях подошла.

Вызвав танки, сразу же устроившись в кресле командира своего тяжа, и валя деревья, я выехал на поле, где замерли остолбеневшей от ужаса поляки. Правда, при первых очередях пулемётов те бросились врассыпную, но это им не помогло, точки гасли одна за другой и вскоре ни одной горевшей. Там где подранки в высокой траве лежали, я проходил пулемётами, добивая. Пять минут работы и двух взводов как не бывало. А теперь к дороге. Вперёд послал немца, а то луг этот мне не нравится. На мотоцикле легко проехал, а танки могут увязнуть. Как бы не заливной он. И не угадал, хоть и оставил глубокую колею, но добрался до укатанной дороги и покатил прочь от реки, громя всё, что на глаза попадается. То есть, старался наделать как можно больше шуму. В пути, дистанционно управляя танками, я протёр мокрым полотенцем лицо и руки, провёл гигиенические процедуры, после этого покупая в магазине готовое съестное, даже ещё горячее, там есть услуга готовая еда, и завтракал на ходу. Пока тяж огонь не вёл, двигались до следующей цели, пользовался такой возможность, поесть в тишине. Ну пусть качаясь и под рёв движка, но после грохота орудия, это действительно тишина.

Время было три часа дня, разбудили меня в принципе вовремя, я бы ещё максимум час проспал и сам бы проснулся, ну а так пока время есть, повеселился. Интересно, как немцы будут меня загонять, после того как я ближайшие авиационные части выбил? Придётся с дальних аэродромов самолёты гонять, а это за сто километров. Хотя для самолётов несколько минут полёта. Я оказался прав, только через полтора часа показалась первая группа штурмовиков в количестве двадцати единиц. Ого, серьёзно они за меня взялись. За это время я преодолел половину пути до Варшавы, избавившись по дороге от японца, который меня изрядно связывал. В общем, я хотел попугать немцев, демонстрируя прорыв к столице их Генерал-Губернаторства, и похоже, мне это удалось. Тут не только паника началась, а натуральная истерия. Кого только мне под танки не бросали, вон, шестнадцать зенитных батарей уже уничтожил, включая четыре крупнокалиберных, пока, наконец, дело до авиации не дошло. Естественно атаковать Варшаву я и не думал, хотя конечно задумка интересная, и как мне кажется, вполне выполнимая. Тем более предварительный опыт штурма населённого пункта, городского типа, я уже получил. А на этой трассе, я на неё час назад выехал, Варшава-Брест, было несколько небольших городов, вот на одном я и порепетировал. Ха, даже ни одного танка не потерял, настолько меня тут на городских улочках не ждали. У этого городка Седльце я уже бывал прошлой ночью, аэродром навещал, и даже отбивал попытки гарнизона города помешать мне, хорошо проредил солдат, но в сам город не совался, меня он не интересовал. Видимо поэтому меня и встретило очень мало солдат в городке. Сбил блокпост на въезде, и дальше пошла потеха. Расстрелял комендатуру, гестапо, казармы, склады и железнодорожную станцию. Вот там пожаров было много, составы, расстрелянные мной, тоже полыхали. Я по пути ещё и эшелон перехватил, когда к городу подходил, тот со стороны Бреста приближался. Поразил паровоз и расстрелял вагоны. Людей там мало было, паровозная команда да пара часовых. А что перевозил эшелон, я так и не понял, но горел красиво. А когда на станции в городе грохнул один из складов, от детонации, я поспешил оттуда уйти. Снаряды разлетались в разные стороны. Похоже, огонь до артиллерийских снарядов добрался. Вовремя свалил. Грохотать там стало не преставая. Как бы городок не сдуло. Ну и вот не успел укатить и на пять километров, как эти штурмовики появились.

Я сразу же стал маневрировать, хотя как раз место не самое удобное. С одной стороны трассы глубокий кювет, с другой водная гладь болотца, однако и тут можно работать. Зенитка начала активно работать, потому как эти лётчики не соблюдали элементарные правила атаки моей колонны. Ну точно, новички. Всех, кто уже работал со мной, то есть бомбил, я или расстрелял, или на гусеницы намотал, побывав на аэродромах. Ух, месть моя страшна. В этот раз, встречая штурмовики, я остановил танк и тот замер стальным колосом, а вот остальные маневрировали на дороге, на разном расстоянии, в одиночку, чтобы не мешать друг другу. Тактика удалась, пока остальные отвлекали внимание, я из зенитки стал сшибать штурмовики с неба один за другим. Пока немецкие пилоты поняли что происходит, уже шесть самолётов горели на земле. Хотя два нет, не горели, в болото ухнули, ещё три потянули к своим, с дымами, а остальные дёрнули в разные стороны. Правда, не улетели, видимо имели категоричный приказ восстановить во чтобы то ни стало. Ну не знаю, в стороне всего три купола парашютов виднелись, все кто выжил и успел выпрыгнуть. Отойдя, те снова собрали строй, и явно выбрав нового командира, старый пылал на земле, снова потянулись ко мне вереницей. В этот раз атаковали осторожно, но всё равно в излюбленной своей манере в пикировании, где я их и подлавливал. В этот раз сбил всего троих. Подбитых не было. Немцы же, явно освободив свои погреба, потянулись обратно к аэродрому.