– Что, и тут есть сантехник по вызову? – возмутилась я.

– Здравствуйте, жертвенница, - поклонился бесовой мужик.

– И вам здрасти.

– Буду рад помочь вам с вашими трубами. Но для начала завершу с первым вызовом.

Еще раз поклонился и исчез. Что ж он такой стремительный! Ни имени не спросила, ни специализации. Раз тут такие порядки с сантехнической службой, мне бы весь каталог техников просмотреть, что ли. Чтоб кого краше выбрать или Нардо обратно запросить. А то не трогай, не трогай…

– Эй! Погодите-ка! – я хлопнула еще раз. Он видимо не ожидал, опять свалился сверху и плашмя растянулся на полу.

– Девица, - простонал бесовой, не поднимаясь. – У Вас что, прорыв и всемирный потоп?

– Нет.

– Трубы текут?- кажется, мы говорили о разных вещах, но я ответила, исходя из ранее предложенного контекста.

– Да как бы Вы не настолько секси, чтоб текли.

– Тогда зачем Вы меня от работы отвлекаете? – он оторвал голову от пола.

– А я спросить хотела.

– Спрашивайте, - он поднялся на колени, а затем все же встал.

– Что вы там делаете? – и палец вверх обратила для указания направления.

– Трубы чиню. Зеленая истери… жертвенница из девяносто восьмого мира колечко обронила.

– Так сифон с отстойником прочистить и все на том, - заметила я из жалости к мужику.

– Я бы так и сделал, да она вначале за кольцом своих помощниц зеленух послала. А те визжат, что застряли. А она ж водница! Давай обратно их с перепугу дергать…

– И чего надергать успела?

– Волос охапку надергала, а зеленухи ее все еще там.

– Ааа, ну, сочувствую, - я переступила с ноги на ногу под его пристальным взглядом. – Идите-идите, больше без надобности не позову.

– Спасибо Вам, девица.

– Вы извините, я точно больше ни-ни… - он исчез.

Во избежание прочих неприятностей эксперименты с хлопками, прыжками, притопыванием, приседанием и тарабарщиной пальцев были отложены. Я пыталась активировать ванные комнаты, о которых говорил бесовой, но на мои пленительные речи о джакузи, раковине, биде и унитазе, ни одна стена не откликнулась. Пришлось скосить требования до раковины и чаши Генуя. И черта с два! Эффект тот же, несмотря на тщедушный запрос.

– Ладно, комната, у тебя силенок на дождик хватит? – недоверчиво поинтересовалась я.

Дождь хлынул, точнее, из центра потолка хлынула вода со странными зелеными тварями. Они, настигнув пол и звучно хлопнувшись, постарались от воды отползти подальше. Еще бы! Дальше с ревом летел знакомый мне бесоватый мужик. К полу припечатался всем телом и сверху получил огрызком разорванной трубы. Да так оглушенным и остался лежать, сжимая в пальцах одной руки кольцо, а в другой знакомый гаечный ключ.

– Н-да, оставили голодной и желудок мне еще ничем не набили, а вот за рукой и сердцем уже пришли.

Зеленухи, дождавшись спада водного потока, со странным выражением глаз стали приближаться к бесовому мужику. В общем-то, судить об их намерениях можно было только по глазам. Это единственная часть тела или головы, что выглядывала из-под шапки зеленых водорослей, и смотрели они кровожадно.

– Эй! Мастер-сантехник, вы как?

– Живой, - откликнулся он, и зеленухи замерли на своих местах.

– Если вам угодно трубы сменить, вызовите мастера другого. – Отплевываясь от воды, ответил бесовой.

– Мне угодно поесть, а из мастеров только Вас сюда и закидывает уже третий раз подряд. Кстати, третий был не санкционирован, я не хлопала в ладоши.

– Это Ульрима Терризианская решила топнуть. – Мастер собрал зеленух и, прижав их к груди, с улыбкой сообщил. – Если желаете поесть, потребуйте еды к столу.

– Уважаемый, дайте точную формулировку, потому что ванную я уже просила.

– Подождите, сейчас к вам бесенка пришлю.

– Спасибо. – Мужик исчез.

Огромное спасибо мужику.

Бесенок, появившийся в моей комнате через минуту, был не только словоохотливый, но и понимающий. Рассказал, что комнаты функционируют правильно, и функционировали бы так и дальше, если бы жертвенницы, не узнав о предстоящих испытаниях, не начали творить бедлам. Несчастных вкупе со мной было всего пять, куда девались остальные сто двадцать три кандидатки, неизвестно. Я пыталась узнать, с чего вдруг паника у девиц. Но, видимо, хлебнув горького опыта истерии, он с испугом ответил, что в принципе все в норме. И это у жертвенниц обычная реакция адаптации.