– А сейчас?
– прислушался черт.
– А все не успокоится, джакузи и раковину ей подавай. Теперь еще и биде.

– Беда будет – это точно, а биде нет. Обойдешься!

– Чем ты занят, дорогой? Совсем не ешь. – Заметила мама.

– Я не занят. – Он испарил воду из тарелки и стер следы своих манипуляций. – Задумался немного.

А дальше Нардо, как новый обладатель тринадцати медных котлов, поднял тост за дело семейное и дал обещание его расширить и укрепить.

16.

Поспала я всласть почти до утра. Проснулась в том же мире галлюцинаций и в той же комнате от дизайнера шизофреника. Проснулась от ужасного крика и топота ног. В голове бьется только одна мысль, убью первого попавшегося, просто чтобы душу отвести. К сожалению, первым оказался бесенок.

А злиться на маленьких у меня не выходило никогда.

– Галя, Вы проснулись? – положив на кровать рядом цветастые тряпки, он отступил в сторону и обеспокоенно посмотрел на меня.

– Проснулась. – Подняла подушку повыше и села.
– Льелик, что за топот с утра и почему кричат?

– Повелитель сообщил жертвенницам, какие задания предстоит исполнить.

– И что? Там значится пункт бегать, как лошади, и кричать, как ослицы.

– Н-нет.

– Так какого черта?! – возмутилась я, зажимая уши.

– Простите Галя, но Вы не должны ругаться. В этом мире…

– А да, точно. Я больше не буду.

Потянула тряпки на себя. Синяя ткань переливается, как органза, приятная на ощупь, вышивка на бюстье шикарная из мелкого светлого жемчуга. К верхнему платью идет нижнее светло-серебристое с длинными рукавами и воротником стойкой. Никакого кокетства или намека на него, все предельно просто и закрыто. Прицокнув, я уже думала, какое же там будет белье. Но, к моему удивлению, на одеяле осталось лишь две широкие и длинные ленты.

– Бесенок, а белье где?

– Вот, - он ткнул пальцем в ленты.

– Это прикол садиста, а не белье.

– Но мы смотрели на вашу моду…

– Да?! И что? Попали на фильм «Пятый элемент»?

– Нет, как бы…

– Вот и хорошо, давай мне белье из моего мира, даже можно из моего рюкзака, который вернул черт.

– Это запрещено.

– А с едой нет?

– Законы Повелителя не обсуждаются.

– Тогда пусть ваша модельерша посмотрит современные фильмы моего мира. – Проговариваю и тут же понимаю, что лучше уточнить.
– Только не «Основной инстинкт», героиня им вообще не пользовалась. И не «Дневники Бриджит Джонс» с бабушкиными труселями! И не…

– Так, может, подскажете в каком искать?

– В моем рюкзаке!V! И размерчик мой и фасончик как раз для этого мира. Я их еще для прогулок по лесу с Кешиком отобрала.

– Как будет угодно.
– Бесенок пропал, ленты тоже.

Минут через десять топот ног и гам девичьих голосов прекратился, на моей кровати появилось аналог упомянутого мной белья. Комплект, пошитый из серебристой ткани, сидел на мне как литой, платье тоже приятно облепило и подчеркнуло девичью красоту, так что мысли о том, чтобы сделать разрезы и декольте либо на груди, либо на спине я отбросила.

Стоило только облачиться, в комнате появился бесенок.

– Я кое-что для Вас принес! – с этими словами вручил мне мою земную щетку и дезодорант. – Это прислали сегодня от барона Кешика!

– Шикарно! – я забрала посылку.
– А завтрак будет?

– Накрывают в общей зале.

– Льелик, меня покормят моей домашней стряпней или динозавра на блюде подадут?

– Вашей, - пообещал он. – Что хотите отведать?

***

Ковыряясь вилкой во фруктовом салате, который особенно хорошо удается Женьке, я очень сожалела, что не заказала бесенку бутылку коньяка. Коньяк бы меня убил – это точно, но жизнь была бы не так горька.

Пять жертвенниц, а их за ночь не прибавилось, выглядели да и вели себя как жертвы. Кислые мины, синяки под глазами, растрепанные волосы, красные носы, даже у тех, у кого кожа от природы зеленая и огненно-рыжая, и речи, соответствующие образам, неимоверно подавляющие. Они все готовились умереть.

И тема за столом дальше загробной жизни и похоронных процессий не двигалась. Я узнала, как хоронят в 127 мире. Да, тут она была самая статная со светящимися глазами разума. Агюллия обладала белой косищей, волочащейся по полу, и тонкими чертами лица. У них хоронили не тела, а души. После болезненного извлечения из тела душа или, как еще она назвала, разум, прячется в хрустальный сосуд.

Глядя на ожерелье девицы из светящегося хрусталя, я все думала, а не кладбище ли она на себе носит.

Зеленка Ульрима Терризианская, которая из-за колечка третировала мастера-сантехника, не переставая плакать, поведала, что из-за юного возраста станет водным ландышем. То есть очень некрасивой травой. Для девицы из 98 мира – это катастрофа. Несмотря на то, что есть возможность переродиться. Хотела предложить ей порадоваться, в нашем мире ее явная соплеменница, русалочка, по сказке стала пеною морской. А вода в моем мире используется везде и в сантехнических нуждах тоже. Так что еще неизвестно, кому больше повезло.