Родители моего друга, с которыми меня познакомили, как только мы переместились из Академии в их дворец, понравились сразу. Ну а ко мне они прониклись симпатией заранее, еще когда Ракуэль, вернувшись домой после своего «большого приключения», не побоялся в подробностях расписать, что с ним произошло, пусть и понимал, что может вызвать гнев венценосного родителя. Но ситуация требовала внимания - произошедшее с полуэльфом было опасно для всех Правых и их тайн, потому те, с присущей им уверенностью, провели с Ракуэлем весьма болезненный обряд «душевного очищения», дабы он не смог больше поделиться ни с кем сведениями, которые ему не положено было знать; ит акже быстро нашли подстрекателей, а через них уже и заговорщиков, которые не то чтобы хотели свергнуть существующую власть - как же её свергнешь, если королей аж сорок семь и выборы в Совет могли быть проведены среди них в тот же день, когда того требовали обстоятельства - но поживиться разнообразными сокровищами, тайны которых истово блюли все причастные.

Совет состоял из четверых Правых - двух темных и двух светлых эльфов - и четверых младших советников, что не были королями, но принадлежали к самым родовитым семьям, в том числе, королевским. Те тоже поровну делились на темных и светлых, да еще имели и основные должности: Главного военачальника, Главного целителя, Верховного казначея и Высшего мага, который среди прочего отвечал за образование в Мире Грез, по слухам, великолепное.

Эльфы были магически одаренной расой, поговаривали, что чуть ли не половина из них имела хоть маленькую, но искру. При этом темных пусть было и меньше, но их огонь был мощнее, поскольку тянуться к Тьме сквозь все миры было намного сложнее, чем воздевать руки к яркому солнцу. Все королевские дома, безусловно, обладали самыми сильными магами; ну а Правые являлись воплощением всех лучших и худших качеств, которые были присущи и без того щедро одаренной природой эльфийской расе.

Тем удивительней было для меня то, что происхождение матери Ракуэля, светлой человечки, чью жизнь, молодость и красоту продляли специальными ритуалами, не стало препятствием для его отца, Ар Панис ар Эвелина, чтобы не только сочетаться с ней браком, но и счастливо жить, не обращая внимания на недоумение и насмешки окружающих.

Впрочем, как пояснил мой друг, насмешки спустя несколько лет закончились, потому как мама, особа импульсивная, магически одаренная и наделенная внутренним стержнем, что был крепче закаленной гномьей стали, спустя несколько лет сумела поставить себя так, что все забылии про её безродность, и про принадлежность к «слабым и глупым человечкам». Да еще и добилась самостоятельно должности ректора в Академии высоких искусств, что для иной расы, кроме эльфийской, считалось невозможным.

Высокая, красивая, тонкокостная, она настолько напомнила мне мою маму, что в первый же вечер я не могла сдержать слез; а когда после моего довольно подробного рассказа она заключила меня и Дариша в объятия, сдерживаться перестала.

– У меня только сыновья, Кассандра, - улыбнулась мне Оленка, - И я буду рада считать тебя своей названной дочерью. Ты заслужила помощи и семьи - за свою храбрость, за спасение моего младшего оболтуса,за преданность своему народу. И я обещаю тебе, что даже если Совет откажет, я сама лично сделаю все, чтобы Дариш стал тем, кем он должен стать.

– Не рано ли ты списала меня, дорогая?
– ворчливо откликнулся ар Эвелин,на вид столь юный и красивый, что и подумать было невозможно, что он одержал много побед, уже воспетых в учебниках по истории да правил огромным миром, будучи отцом трех сыновей.
– Уверен, я сумею убедить остальных. А пока приглашаем вас побыть нашими гостями.

Серебрянный Лес, что раскинулся вокруг дворца Эвелин, стал для нас с Даришем нескончаемым источником удовольствия. Столь ласковых, приятных зверей и мыслей, которые они мне передавали, я не чувствовала нигде. Рождаясь без необходимости бороться за свою жизнь - эльфы редко использовали мясо животных для своих блюд и уж точно не убивали существ, живущих в волшебных лесах, - они становились почти неадекватно нежными и любопытными, что давало мне возможность беспрепятственно изучать их повадки и наслаждаться их отношением, мягкой шерстью и преданными взглядами, которые смотрелись особенно умилительно на гигантах, в три раза меня больших. Ревнивая Мири даже пару раз бросилась в драку за право обладать мною безраздельно, но я успокаивала её и тискала, насколько хватало сил, и снова погружалась в атмосферу довольствия и обожания, подпитываемая своей стихией, которой и являлся для меня животный мир, и питая её собственными чувствами и эмоциями.

Я также с удовольствием воспользовалась всеми возможностями, которые предоставлял королевский дворец и наше особое положение почетных гостей. Много времени проводила с братом, гуляя с ним по лесу и помогая распознавать различные следы, растения и животных; кроме того, мы оба брали уроки эльфийской маскировки и навыков боя, а также учились перемещаться по чаще, не оставляя ни единой частички собственной души, так, чтобы отследить нас было невозможно. Я с огромным удовольствием снова тренировалась владению различными видами оружия - благо, эльфы были прекрасными воинами и у меня здесь оказалосьмного равноценных соперников. Но самое главное, Дариш получил, наконец, того наставника, как он заслуживал по происхождению и силе:по указанию короля, его обучением занялся главный придворный маг, уже зрелый эльф - под зрелым эльфом я понимала того, чей возраст перевалил за тысячу лет - и, что меня порадовало, пришедший от поручения в неуемный восторг. Пусть меня чуть и дернуло от фразы, сказанной умилительным голосом, что никогда он еще не встречал «такой сумасшедшей силы в сочетании с полным невежеством», но эльф взялся за брата всерьез, впихивая в маленькую белокурую головку с утра до обеда все возможные знания, которые только были доступны к пониманию почти трехлетним ребенком.

По вечерам мы часто встречались с Ракуэлем, который теперь навещал родительский дом почти каждый день, отчего его мама шутила, что нас с братом уже никуда не отпустит, так как благодаря моему присутствию она хоть чаще стала видеть сына. Мне и вовсе показалось, что у королевской четы на меня появились далеко идущие планы - супружество человека и эльфа в этой семье уж точно никого не смутило бы, да и с точки зрения хоть магии, хоть происхождения наша связь не была бы мезальянсом с любой из сторон. Но я пересекала любые подобные осторожные разговоры. Да, я понимала, что рано или поздно мне нужно будет выйти замуж -или хотя бы захочется -но я не планировала делать то прямо сейчас. Во-первых, следовало сначала разобраться со своей, да и не только своей, жизнью; во-вторых, я все-таки хотела от брака и мужа чего-то большего, нежели просто дружеской симпатии. Про нашу клятву крови мы не признавались - как бы ни относились ко мне король с королевой, подобное самоуправство Ракуэля могло их разозлить, ведь подобная клятва, стребованная должным образом, способна была поставить его жизнь под угрозу. Потому реагировали спокойно и даже пару раз шутили на эту тему между собой,что, в принципе, можно было бы и подыграть временно родителям, чтобы они оставили уже в покое обоих.

В один из таких приятных вечеров, когда мы ужинали впятером за роскошно накрытым столом, Оленка ар Эвелин неожиданно обратилась ко мне:

– Кассандра... На следующей неделе вся наша семья приглашена на бал в честь уже состоявшейся свадьбы младшего члена совета Правых, Главного военачальника. Поскольку и эта свадьба, и невеста, в силу определенных обстоятельств, находятся на особом положении, празднование будет проходить в Главном Королевском дворце. Вся наша семья будет там,и мы хотели бы пригласить вас с Даришем.