Роман понимающе покачал головой, и ей показалось, что он усилием воли подавил желание вскочить и выйти им навстречу. И только ее присутствие, или еще что-то, (может быть, интерес?) остановили от этого поспешного поступка.

Пара, приблизившись, явно раздумала уходить с пляжа. Они брели медленно, увязая ногами в песке, и о чем-то тихо беседовали. Дойдя до выхода с пляжа, к месту, где затаились шпионы извне, Всеволод остановился и указал на оставшийся лежак.

— Присядем?

Катя согласно кивнула, и они расположились прямо перед Юлей с Романом. Но если первые были как на ладони в ровном лунном свете, то вторые ни вздохом, ни движением, не выдавали своего присутствия.

– ..и тогда я решила, что должна поддержать Юлю, и осталась, не уехала из города. Понимаешь, она всегда была немного другой. Слишком мягкой в деле, слишком наивной, и при этом импульсивной, даже вспыльчивой.

На этих словах Кузнецов рассмеялся понимающе, а Юле стало обидно, так, что она даже подалась вперед, но Роман мягко остановил ее, дотронувшись до локтя.

— Ну и теперь, конечно, благодаря стараниям Романа Игоревича, — это имя она произнесла с мягким нажимом, благоговейно. — У нас стало все по-другому. Здорово стало, что тут сказать! Голова у него, конечно, работает как надо. Хотя сначала я, если честно, в этом сомневалась. Думала, что ему нужно только одно.

Кузнецов поднял на нее голову, и Катя ответила на немой вопрос:

— Да я думала, что он обычный мажор, в общем. Гулянки и пьянки на уме. А у меня отец…такой…был. Знаю, в общем, что ничем хорошим такое не может завершиться.

— Да, Катерина, вы правы… — подал голос после минуты молчания Всеволод. Тут пришла очередь Романа едва заметно подпрыгнуть на месте, а Юле напомнить ему, что еще не пришло время выдать свое инкогнито. — В чем-то. Когда Роману Игоревичу пришлось встать у руля, ему пришлось несладко. Он учился, работал, и все это нужно было делать одновременно, но еще один момент — на него сразу свалилось слишком много славы и слишком много денег, наверное. Не каждый с таким справится. Ну и он справлялся…как мог.

Юля оценивающе посмотрела на Романа. В темноте не была видна его реакция, но Юле подумалось, что он вряд ли доволен такой характеристикой. Тогда она взяла его ладонь в свою в поддерживающем жесте. Яковенко не одернул, но как-то иначе глянул на Белохвостикову.

— Но! — от этого неожиданного «но» подпрыгнули все участники разговора, и явные, и тайные. — После этой перезагрузки, когда он две недели гостил и работал у вас, вместе с вами, то обратно вернулся совершенно другим! У него наконец-то появилась цель, он, наконец, определил для себя, что ему нужно и куда же он идет. И почувствовал, что все, чему учился, было не зря. Потому что он опробовал свои силы в чем-то, где он был на старте один. И за его спиной не стояла фамилия его отца!

— Видно, что ты гордишься Романом. Игоревичем… - произнесла Катя.

Кузнецов ничего не ответил.

А потом вдруг добавил:

— На него это время повлияло, конечно. А вот на некоторых..

Роман сжал ладонь Юлии.

Та вскинулась от возмущения.

— Вы очень даже зря так говорите! Юля стала намного серьезней. Но знаете., мне кажется, ей все равно нужна твердая рука, — рассмеялась Катя.

Юля закипела как чайник.

— Знаете, Сева, по-моему, мы с вами засиделись. Становится прохладно, — вдруг поежившись от тихого ветра, сказала Катя.

— Конечно, конечно, — засуетился Кузнецов.

Они поднялись и также лениво побрели с пляжа, оставляя на песке свои следы. Рома с Юлей так и остались сидеть в тени, придавленные признаниями.

— Ладно, Юля Белохвостикова, — нарушил молчание Роман. — Нам тоже пора. Сегодня был очень длинный день. Я так понимаю, вы остановились в отеле напротив? Я тоже в нем. Пойдемте, я вас провожу.

Юле от стыда хотелось провалиться. Вот, значит, как думает о ней Кузнецов! Вот, значит, какого мнения о ней Катя! Она еле заметно шмыгнула носом.

Яковенко вдруг рассмеялся.

— Никогда бы не подумал, что Кузнецов следит за мной, что даже замечает, насколько я изменился. Это было… интересно…

— А мне не очень. — Юле захотелось отряхнуться. — Он думает, что я бестолковая, импульсивная и вспыльчивая!

Она снова начала закипать.

Яковенко снисходительно глянул на нее сверху вниз.

— Вообще-то, это сказала Катя, а Кузнецов только согласился. А во-вторых, неужели вас так волнует его мнение?

Она сморщила губы. Ну как сказать…конечно волнует! Конечно, конечно!

— Да бросьте вы, Юлия.

— Ну, подумаешь, сказал человек свое мнение о другом. Вас, как начальство, должны как минимум уважать, и как максимум, бояться. А тут — просто безграничная забота и любовь. Прекратите маяться ерундой и придите в себя. А утро вечера мудренее.

Беседуя таким образом, они дошли до отеля. И тут вдруг одновременно увидели, что прямо навстречу к ним идет Сева. Тогда Роман молниеносно обхватил Юлю, прижал к себе, закрыв собою, будто позируя для скульптуры Родена «Поцелуй». Ее обдало приятным мужским ароматом, а щеки коснулась мокрая после купания прядь волос.