Он даже зажмурился от этой картины: тонкая, как тростинка, упругая, как виноградная лоза, она ярко выделялась на фоне слепящего солнца и голубой глади моря. Яркий розовый купальник облегал попу, похожую на персик, а лиф купальника резал пополам красивую, упрямую спину.

Она перекинула волосы со спины на бок, немного нагнувшись, от чего колыхнулась филейная часть и едва показалась часть груди. И Роман возвел глаза к небу.

Но эта картина так четко отпечаталась в его голове, что можно было не бояться, что она забудется. Он зажмурился, но солнечную девушку словно выжгли под веками, прямо на сетчатке, так крепко, что не стереть.

Роман одним махом стянул шорты, пробежал, схватил Юлю за руку, чтобы одним махом окунуться в воду.

Он вспомнил ночное происшествие: Белохвостикова была как раз из тех девушек, что входят в воду медленно, дожидаясь, пока тело привыкнет к температуре воды. И почему-то именно поэтому Роману захотелось, чтобы сейчас, в этот день, она делала все быстро и решительно, также, как вела себя вчера.

Они вместе оказались в воде, вспенив тысячи брызг, искрами осевших на взбаламученной поверхности воды, и сорвали множество недоуменных взглядов отдыхающих, но, увидев, как смеется девушка и улыбается молодой мужчина, понятливо заулыбались в ответ.

Белохвостикова была тем еще пловцом. Роман рванул кролем, а она медленно поплыла за ним, перебирая ногами и руками, забавно отфыркиваясь от воды, попадавшей в нос.

Он успел сбросить напряжение, понятно откуда взявшееся в теле, проплыв несколько раз туда-обратно, а потом предложил девушке доплыть до буйка.

Отплевываясь, она поплыла к нему, а Роман медленно греб рядом, посмеиваясь и подбадривая ее, но держался на дистанции. На всякий случай.

Юля и Роман

«Вода действительно была изумительной. И как это Роман Игоревич хорошо придумал — дать себе несколько часов расслабиться, воспользоваться ситуацией, а не киснуть в номере или ходить как неприкаянное привидение вокруг зала, где проходили занятия у Кати и Севы, — рассуждала Юля, завязывая легкое парео вокруг тела. — Какой он умный, сразу все расставляет по своим местам, а вот я вчера… напилась… и наговорила ему…Да и чуть не утонула в первую же встречу…»

Она вздохнула и бросила украдкой взгляд на его спину. Роман стоял у крана с водой и смывал песок с пляжных шлепанец, держась за столб для баланса. Она засмотрелась на его фигуру. Пляжные шорты и футболка прилипли к мокрой спине, и все его мускулы, мышцы были на виду, играли и перекатывались при малейшем действии, притягивали взгляд и Юля не в силах была оторваться от этого зрелища.

Она даже рот открыла от удивления — вчера, в темноте он не казался ей таким привлекательным, как сегодня, при свете жаркого турецкого солнца.

«Наверное, у меня солнечный удар», — решила Белохвостикова, и опустила очки со лба на нос, чтобы отрезать, наконец, внешний мир, который сузился до одного персонажа, который уже направлялся к ней навстречу, от себя.

И сделала это очень вовремя, потому что Роман вполне мог заметить и правильно идентифицировать ее взгляд — взгляд невинной барышни, впервые попавшей на самый романтичный приватный танец сексуального стриптизера.

Она сглотнула и повторила про себя, как мантру: «Я здесь одна. Я здесь одна. И у меня есть цель. Я хочу вернуть Всеволода Кузнецова! В конце концов он мне задолжал — не выходил на связь ровно два месяца! Как можно мариновать девушку так долго!».

— Ну, а теперь можно и на обед! — сказал весело Роман и протянул Юле мороженое.

Она с удовольствием слизнула мягкий белый верх пломбира и улыбнулась ему. На мгновение Роман завис, пока смотрел на нее, потом поморгал, так, будто его только что вытащили из глубины самого черного моря, и обалдело ухмыльнулся.

Потом пошептал что-то себе под нос и направился к выходу с пляжа сразу к отелю. Юля снова едва поспела за ним.

Как только они подошли к своему отелю, Роман вдруг резко остановился, и Юля дезориентировано уткнулась ему в спину.

— Стоп! Там… впереди… — прошептал он.

Белохвостикова не сразу поняла, что происходит — Роман снова по-хозяйски взял ее ладонь в свою и потащил в кусты у театральной сцены. Оказалось, что там тоже есть небольшая беседка, скрытая от глаз отдыхающих разросшейся зеленью. При этом Юля отстранённо подумала, что у Яковенко входит в привычку так легко брать ее за руку, чтобы направить туда, куда ему нужно.

Она встала у края беседки, а Роман села на лавочку и прислонился спиной к дереву. И тут они услышали голоса. Прямо на дороге, там, где буквально минуту назад они проходили, разговаривали Катя и Всеволод.

Катя радостно смеялась какой-то недавней шутке Севы, и у Юли сжалось сердце. Ей стало так обидно, от того, что с ней-то он никогда не был таким милым, как с Катей. Все время их знакомства проходило в каких-то ссорах и выяснении, кто главнее.

При этом Всеволод — то не давал понять Юле, что как-то нравится ему, вдруг поняла Белохвостикова. Это только ей казалось, что между ними летели искры, а выходило, что это было просто неявное чувство соперничества.