Совсем чужого брать, неведомого? Слишком велик риск.

Тут мне в голову пришла неожиданная мысль: а ушкуйник? Он ведь подходит по всем статьям: смел, толков, дома пока своего нет, умеет командовать людьми и делает это хорошо, мне обязан и до сих пор тратит свое время на обучение абсолютного профана, не боится переезда и нет другой профессии в руках. В кожевенники, гончары, сапожники, кузнецы и другие специальности переходить будет уже сложно — там своих полно. Вот и осталось, кроме привычного дела — убивать, только ходить в лавку к отцу. Где тому и одному-то, наверняка, делать нечего. Под эти мысли я доел куропаток. Будь еще Матвей женат на девушке из своих семей, вопросов бы не было. Той было бы привычно. Ушел в поход, ну и счастливо: и батя всю жизнь ходил, и братья, и у всех подруг мужья. Она с этим выросла, привыкла, другого и не представляет.

А вот дочке купца это должно казаться диким. Любимого могут в любом походе убить! Как же жить с такой опасностью? И ведь это на всю жизнь… А вот папочка каждый день живой с работы приходит, риска никакого. Нет речи о долгих расставаниях с любимым. И у всех вокруг ведь так!

Елена, конечно, будет сражаться с этим ушкуйством в семье до последнего. Сейчас ее влияние на Матвея в высшей точке своего апогея — не пошел же он в этот раз со своей ватагой. Думаю, праздновать медовый месяц в среде ушкуйников мало кто остается на весь срок — мнением коллектива здесь наверняка пренебрегать не принято, особенно атаману. Враз, как в народной песне о Степане Разине, пойдут ропот и насмешки — нас на бабу променял. И давай, гони, топи любимую в близлежайшем водоеме, бросай за борт в набежавшую волну! Да гляди, не забудь хорошенько красавицу по русой головушке веслом пристукнуть, не с персидской безропотной княжной дело-то имеешь, а с новгородской неистовой и упорной купеческой дочкой — враз рыбкой куда надо доплывет и на берег раньше тебя вылезет, вскарабкавшись дикой кошкой по отвесному обрыву. Русские женщины практически неистребимы — и в огне не горят, и в воде не тонут!

А атаман не побоялся, не пошел в поход со своими бойцами, остался. Одно слово — Смелый!

Только ведь и мне ждать некогда. Я обещал себе через женщин не действовать. Что ж Матвей, — как повезет, так и повезет. От судьбы не уйдешь.

Утром встал свежим и инициативным. Хорошо быть молодым! Побежал к лесу. Ушкуйник уже разминался по холодку: было пасмурно, временами моросил мелкий дождик. Ни ему, ни мне это не мешало. Начали с рукопашного боя. Противник был хорош, как всегда. Я тоже старался. Так и провозились первый час. Оба не торопились — срочных дел не было ни у того, ни у другого. Сели передохнуть. Спросил, как у него дела дома. Дела были не веселы. Дом не строился — ушкуйники в походе, они с отцом все дни в лавке. У старика бьет в спину при попытке поднять бревно. Лена успела уже поругаться со свекровью — чего-то на кухне не поделили. И девушка тоскует по отцу с матерью, по подругам. А у тебя? Рассказал про вдруг проявившийся голос.

— Спой.

Исполнил кое-что.

— Здорово!

Изложил идею с пилорамой. Сказал, что деньги на постройку уже найдены.

— Очень интересно. А кто будет пилить, не ты же с таким голосом?

— Хотелось бы тебя взять.

— Меня?

— Именно.

— Я ушкуйник, меня товарищи ждут!

— А как Елена относится к твоей профессии?

Тут то он и поник.

— Плохо относится. Целыми днями долбит, какое это опасное дело. Боится меня потерять.

— А представь себе, как в поход уходить, а она будет беременна? Женщине в положении то одно будет нужно, то другое. Многие желания просто странные. А тут приперло что-то, а ты в походе. Родственники твои лишний раз не побегут. И что девчонке делать? А охота этой ерунды жутко… Но сообщать ей об этой возможности изменить вашу жизнь, я бы не рекомендовал — горя выше крыши хлебнешь!

Матвей окончательно опечалился. Но моим советом решил пренебречь.

— Разговоры с ней меня не пугают! Как я решу — так и будет! У меня воля железная!

Ну-ну, ваше дело молодое… Второй час решили помахать саблями. Взяли в руки палки и началось. И, всего за час, ушкуйник дважды пропустил удары от неумелого меня! И не то, что невиданно выросла моя выучка. Горькие думы мешали ему сосредоточиться. Подучившись и опечалившись, мы пошлепали в город. Купаться в дождь и без солнца не люблю.

Там я пошел на базар. Ребятишки мои не голосили и не дудели. Поняли, что, нечего зря силу тратить, вечером все равно возьмем больше. Погнал по рядам. Кузнецы с удивлением слушали про длинное лезвие с небольшими зубчиками с одной стороны из самого лучшего металла. Один даже бросил шутку: может тебе его из дамасской стали выковать? На что получил мой ответ: конечно! Делать брались — дорого, но не запредельно. Выбрал одного, заказал, дал задаток. Он предупредил, что это будет не быстро. Я велел не торопиться и пошел дальше по рынку. Плотники, узнав о колесе, которое полдня будет в воде, решили делать его из дуба — он в воде только крепнет. Плюс нужно сделать два колеса поменьше и соединение между ними. Узнав, сколько нужно будет платить за доставку, решил, что дешевле купить лошадку и телегу. В основном, все было решаемо. Лесопилка приобретала зримые очертания.

Отправился к старосте купцов. Акинфий покупать телегу и лошадь отсоветовал, сказал, что выдаст. Рассказал о новом голосе, продемонстрировал. Купец поразился.

— Сколько лет на этом свете живу, а таких голосов и не слыхивал! Такую голосину жаль будет на лесопилке прятать.

Доложил, что ищу человека. Уже нашел, но он пока думает.

— Если не получится, есть у меня хороший парень: честный, исполнительный и инициативный. Недавно у них дом сгорел вместе с отцом, а они с матерью у меня пока живут. Сам родитель был купцом, плавал и по другим городам. Товар всегда брал интересный, сроду не прогадывал. Все сгорело — и товар и деньги. Хочу теперь сыну его помочь. А твой-то, что за человек?

Рассказал ему про Матвея. Он удивился.

— А с чего бы это такой человек, который атаман ватаги в двадцать лет, пойдет дрова пилить?

Рассказал ему про красавицу-жену Матвея.

— Да, я бы свою за ушкуйника и не выдал.

— Вот и ее отец не выдавал. Сама убежала.

Изложил всю историю. С телохранителей против ушкуйников старшина смеялся в голос.

— Выйти всего парой человек против такого бойца! Тут и княжеских дружинников пары мало будет.

Потом взялись за шахматы. Борьба шла с переменным успехом. Взглянув на часы, решил, что пора на рынок.