— Я так и делаю, поэтому не собирался идти туда.

— Я рад, что мы поняли друг друга.

— Несомненно, — съязвил Герой.

Он наконец-то смог отделаться от Дамблдора и вернулся в свой кабинет.

— Николя, ты давно не навещал меня. Я даже подумал, что ты приболел, — в голосе звучит обеспокоенность. — Ведь возраст накладывает отпечаток.

— Не смеши меня, Альбус, — отмахнулся Фламель. — Просто с появлением ученика у меня появилось множество забот. Ты должен понимать это, поскольку являешься директором школы, в которой полно детишек.

— Ты прав, дети делают жизнь веселее, — согласился Дамблдор. — Я надеюсь, вы ладите с Гарри?

— Конечно, — кивнул Фламель. — Не по всем вопросам, но мы находим общий язык. Гарри прилежный ученик, прямо как ты в свое время.

— Рад это слышать, — Альбус отхлебнул со своей чашки чая и довольно зажмурился. — Ты же знаешь, что Гарри для меня как внук. Я волнуюсь о его судьбе.

— Конечно, — хмыкнул в бороду Фламель и мысленно добавил: «Конечно ты волнуешься, друг мой. Никто не хочет терять свою власть над взброшенным им оружием. И явился ты ко мне не просто так, а с какой-то целью. Уж я знаю тебя хорошо, Альбус».

— Должен признать, что меня волнует отношения мальчика с другими учениками, — печальная улыбка. — Очень волнует.

— И что же тебя тревожит, друг мой? — Фламель тоже изобразил волнение. Он был хорошим актером, когда это требовалось. Ничем не уступая в мастерстве Дамблдору. Не зря Николас учил его в свое время. И успел хорошо изучить ученика, чтобы знать, куда смотреть.

— У него нет друзей в Хогвартсе и за его пределами. Все свое время юный Поттер проводит за книгами, лишая себе всех радостей детства. Меня это печалит. Несмотря ни на что, у мальчика должно быть детство.

— Мне кажется твои страхи напрасны, друг мой. Гарри говорил мне, что подружился со своими одноклассниками: Теодором Ноттом и Драко Малфоем.

— Может, ты и прав, но я считаю, что Гарри нужно общается и с другими ребятами. Рональд Уизли достойный молодой человек. Он бы мог стать Гарри настоящим другом. Как и Невил Лонгботтом. Мальчик благороден и честен, хоть и стеснителен.

«Вот значит откуда ветер дует», — хмыкнул про себя Николас.

— А юная Джиневра Уизли, — театральная пауза. — Лили просила меня поговорить с тобой о ней. Джинерва провела лето в доме Поттеров и подружились с Гарри. Девочка очень понравилась Лили и Джеймсу и они даже рассматривают ее в качестве невесты Гарри. Ты же знаешь, дети так быстро растут, — отеческая улыбка. — Не успеешь оглянуться, а им уже пора жениться. Лили волнуется за Гарри. Она не хочет, чтобы тот попал под влияние какой-то девицы, которую будет интересовать его статус Героя. Девица использует его для своей забавы, а затем бросит, разбив сердце. Лили хочет уберечь сына от этой боли.

«Как красиво ты излагаешь, друг мой, — ухмыльнулся мысленно Фламель. — Все так преподносишь, словно это Поттеры попросили тебя, а не ты сам удумал подобное. И ко мне явился и разливаешься соловьем».

— Семья у девочки хорошая. Уизли всегда сражались на стороне Света, — тем временем продолжал Альбус Дамблдор. — Да и Молли относиться к Гарри как к сыну. А Джинерва уже испытывает к мальчику влюбленность. Разве это не прекрасно, друг мой?

— Прекрасно, — улыбнулся наигранно алхимик. — Детская влюбленность всегда прекрасна.

— Так, может, нам составить брачный договор для детей, раз все так хорошо слаживается?

— Альбус, я понимаю твою обеспокоенность. Как и понимаю то, что слизеринцы могут обмануть Гарри и использовать, но и ты пойми меня, — театральная печаль. — Я не могу давить на мальчика. Ему всего тринадцать лет и ни о каких романтических чувствах он не думает. Конечно, я поговорю с ним, и если Гарри изъявит желание связать свою жизнь с юной Уизли, то я не стану спорить, — дипломатично ответил Фламель. — А до тех пор, — и развел руками в характерном жесте.

На лице Дамблдора увяла улыбка на секунду, но он быстро совладал с собой и вновь начал лучиться добродушием.

— Это правильно. Поговори. Ах, уже так поздно, — театральный ужас. — Засиделся я у тебя, друг мой. Пора возвращаться в Хогвартс. Меня ждут дела.

Дамблдор ушел, а в гостиную вошла Перренелль Фламель.

— Что Альбус хотел от тебя на этот раз?

— Пытался убедить меня заключить брачный договор между Гарри и юной Уизли.

Женщина задумалась.

— Я слышала об этой семье. И, должна признать, услышанное не было хорошим. Семью Уизли характеризуют как ярых сторонников Дамблдора. Они приверженцы магглов и презирают чистокровные традиции. Но хуже всего то, что на всем их роде Проклятие. Союз с дочерью их рода пагубно скажется на роде Поттеров. Никто добровольно не станет вливать в свой род гнилую кровь. Зачем все это Альбусу?

— Он хитрый стратег. Лишив Гарри наследства деда, он свяжет его по рукам и заставит себя слушаться. А еще этот брак отвернет от мальчика многих чистокровных. Он автоматически причислит Гарри к сторонникам Альбуса, его верным последователям.

— Умно, — кивнула Перренелль. — Надеюсь, ты отказал Альбусу в его желаниях, — это не было вопросом, а лишь признание очевидного.

— Конечно. Я отказал ему. Но уверен, что Альбус просто так не отступит.

— А если он попытается надавить на Гарри? Начнет уговаривать и завлекать?