Вспышка магии оборвала слова Пилигрима. Я поморгала, прогоняя яркие пятна, плясавшие перед глазами. Когда зрение вернулось ко мне, я увидела, что теперь Зарион, Бог Веры, стоял на сцене. Что он здесь делал? Разве он не отбывал месячную тренировку под Фарисом?

Удивлённый шёпот пронёсся по аудитории. Ноубл и сам, похоже, был шокирован появлением Зариона.

— Почтенный Пилигрим, отойди в сторону, — сказал Зарион, и в его голосе грохотала мощь богов. — Дальше я продолжу сам.

Ноубл низко поклонился богу и сошёл со сцены.

Я крепче сжала руку Неро. Что бы там ни было, добром это не кончится.

— Леда Пандора, — стальной взгляд Зариона остановился на мне, затем переключился на аудиторию. — Этот ангел — яркий пример того, как человек может стать чем-то большим: защитником воли богов.

Он сказал лишь это, но посыл был мощным. Боги одобрили меня. Они нарекли меня защитницей их воли. Это просто не имело смысла. Они в лучшем случае считали меня досадной неприятностью; а в худшем — предвестником откровенной анархии.

Прежде чем Никс успела начать свою речь, последовала вторая вспышка магии, и Фарис появился на сцене возле неё.

— Леда Пандора — не просто защитница воли богов, — сказал Фарис. — Наш новый ангел — защитница людей, — он перевёл взгляд на меня, затем обратился к камерам. — И мы знаем, что она их вдохновит.

Теперь боги сидели в центре перед аудиторией. Ронан, Валора, Меда, Майя и Алерис присоединились к Фарису и Зариону.

— Вы все знаете Леду Пандору, — сказал Фарис. Почему он говорил от лица Легиона вместо Ронана? — Она бесчисленное количество раз спасала Землю. Её рост от скромного человека до святого ангела вдохновит вас примкнуть к Легиону Ангелов. Её бескорыстная преданность вдохновит вас добиваться своего и прокачивать свою магию. А её сострадание вдохновит вас сражаться за этот мир. И за богов.

Так боги делали из меня пример для подражания в Легионе. Они ожидали, что я вдохновлю массы примкнуть к их армии и сражаться за них.

— Она поистине Ангел Людей.

Ура, ещё один титул.

— Её образ будет повсюду — на баннерах и билбордах, на зданиях и поездах.

Ох, супер. Только этого мне не хватало. Мой образ всюду, в центре очередной рекламной кампании богов.

— Не Ангел Хаоса, а Ангел Надежды.

И ещё один титул. И неважно, что у меня и так их хватало. Полагаю, титулы — это как туфли. Их не бывает слишком много.

— Символ гармонии и упорства. Символ вознесения. Пример, который освещает дорогу, чтобы надеющиеся люди последовали за ним.

— Архангел Неро Уиндстрайкер также должен сыграть важную роль в этом светлом будущем, — сказал Зарион. — Он единственный отпрыск, когда-либо рождённый от двух ангелов, образец святости на Земле.

— Рай и Земля сегодня объединились в Леде Пандоре и Неро Уиндстрайкере, — сказал Фарис, подхватывая речь Зариона. Хоть два брата редко ладили, но сегодня их слова образовывали идеальную гармонию. — Боги благословляют вас.

«Все боги присутствуют, сидят в зале единым фронтом, — безмолвно обратилась я к Неро. — Они уже разобрались со своими разногласиями? Или они просто так хорошо устраивают шоу?»

«Боги действительно умеют устроить превосходное шоу», — ответил Неро.

Мы прижались друг к другу лбами и соединили ладони, чтобы во всеуслышание принести наши клятвы: служить богам и их воле, взращивать Легион и делать его сильнее.

«Они показывают единство, потому что все смотрят, — сказал мне Неро. — После вспышки Меды они не могут позволить себе другого. Они должны показать Земле — даже всем их мирам — что они едины и сильны, что они не раскалываются изнутри».

Логично. Боги черпали часть своей силы из веры людей. Обычно это означало официальную молитву, но это также выражалось в поступках, совершенных в честь богов: храбрость в битвах, которые велись во имя богов. И в свадьбах вроде этой.

«Именно этим боги здесь и занимаются, — сказала я Неро. — Они упиваются магией людской веры на этой церемонии. Это сосуд великой силы — все люди Земли разом молятся, умножая магию богов. Захватить мою свадьбу — очень умный ход с их стороны».

«Вера, Леда. Вот почему боги сделали тебя символом человечества. Людям проще соотнести себя с человечным ангелом. Это мощный образ, который поощрит людей вступить в Легион, конечно же. Но тут есть и иная цель. Богам нужен символ, который возобновит веру богов, и этот символ — ты».

«Что насчёт Меды? Ты думаешь, она рассказала им, что ей известно?» — спросила я.

«Я не знаю».

Тайно переговариваясь между собой, мы публично приносили клятвы, связывая себя обещаниями верности друг другу, Легиону, богам. Укол вины пронзил меня, когда я произносила обещание деторождения; я уже нарушила эту клятву, приняв зелье Нериссы. Однако я бы винила себя намного сильнее, если бы родила ребёнка в таком расколотом мире, по крайней мере, сейчас. Мой первоочередной долг — это долг перед нашим ребёнком, нашей будущей дочерью из сна Неро. Сначала нам нужно создать для неё безопасный мир.