Шрифт:
вы на моем месте.
– А вы попробуйте.
– Хорошо, - сказал я, подумав.
– Но прежде, давайте уж уберем тогда наши
пистолеты.
– Согласен.
Мы спрятали пистолеты. Я вытащил сигарету, закурил и сказал:
– История долгая. Не лучше ли нам отъехать куда-нибудь в сторонку, чтобы
не привлекать к себе лишнего внимания.
62
Мы доехали до тихой набережной, вышли и сели на скамейку. Вокруг никого не
было, если не считать игравших у воды детей.
Над водой кружились чайки, иногда ныряя в воду и выныривая из нее с
серебристой рыбешкой в клюве. На подстриженных тополях сидели вороны и
галки. Вороны громко каркали. Медленно проплыла мимо баржа "Инженер
Киргизов". На палубе матрос играл на баяне и пел:
Обезьяну одну
Я словил на охоте
Долго плакала в клетке
Моя шимпанзе
Когда я увозил
Ее на пароходе
Из родимого края
От верных друзей
Когда я увозил
Ее на пароходе
Из родимого края
От верных друзей
И однажды она
Левой заднею лапой
Прутья клетки погнула
И спрыгнула прям в океан
И в пучине морской
Потонула макака
И рыдали матросы
И честь ей отдал капитан
И в пучине морской
Потонула-а-а-а-а макака
И рыдали матросы
И честь ей отдал капита-а-ан
Неслась над рекой песня.
Мы закурили.
– Кстати, мы с вами до сих пор не познакомились, - сказал я.
– Борис
Андреевич Пирпитум.
– Приходько Михаил Иванович.
– Если не секрет, в каком вы звании?
– Капитан.
– Я так и подумал.
– Почему это вы так подумали?
– Не знаю, - я развел руками, - но когда я вас увидел, я сразу подумал
либо вы капитан, либо майор.
– Был майором, - Михаил Иванович затянулся и выпустил дым. Разжаловали.
– За что?
– За это дело, - он вздохнул.
– Понятно... Вы женаты?
– Был.
– И я тоже был. Одному, конечно, тяжело, но все-таки проще.
– Тем более при моей работе, - кивнул Михаил Иванович и вздохнул. Жена
вот не выдержала и ушла... Все время, говорила, ты дежуришь, и днем и
ночью, а семья у тебя на втором месте.
– И у меня тоже самое, - сказал я.
– Ревновала меня к науке. Или, говорит,
я или твоя дурацкая наука. Вот я науку и выбрал. С тех пор ни на ком не
женился... Так...
– я покрутил ладонью, - случайные связи...
– Они самые, - Приходько покачал головой.
Я затушил каблуком окурок.
– Так вот, Михаил Иванович... Произошло со мной вот что...
63
Я начал рассказывать. По тому, как Михаил Иванович реагировал, я понимал,
что он мне верит. Он крякал, вскакивал с лавки, расхаживая взад-вперед, в
нужных местах смеялся, а в других делался очень серьезным.
На всякий случай, я не стал рассказывать ему про мою первую встречу с
демонами, потому что это выглядело уж очень неправдоподобным. Но когда я
дошел до места, где я с помощью демонов освобождаюсь из тюрьмы, я понял,
что не рассказать этого никак нельзя, иначе мне придется признаться, что
это я перекусал всех охранников за шею.
Михаил Иванович помрачнел.
– Ну знаете ли!..
– сказал он.
– До сих пор я вам верил, но теперь
извините! Теперь мне кажется, что зря я вас сразу не арестовал.
– Не верите?
– я прищурился и поднял руку.
– Вот оно это кольцо.
– Ну и что?! Я за свою жизнь перевидал тысячи таких колец!
– Хотите вызвать демонов?
Михаил Иванович посмотрел на меня как на идиота.
– Это как у Высоцкого?
– хмыкнул он.
– Что у Высоцкого?
– В песне про джинна. Высоцкий вызывает джинна и просит его раздобыть
вина. А джинн ему говорит - только, говорит, могу морды бить, а больше
ничего не могу.
– Неплохая идея, - сказал я и потер перстень один раз.
Воздух завибрировал и перед нами появился пингвин-кровосос. Он сложил на
животе крылья, поклонился и сказал: