Перегон вскоре закончился, и, поднявшись по ступенькам, они вышли в зал ожидания — ультра-современный, отделанный мрамором и величественными колоннами — с двумя широкими платформами, за границами которых свет фонаря тонул во мраке тоннелей метро. Обычные для подземелья запахи щекотали ноздри, возрождая давно забытое чувство опасности. Довольно приятное чувство, решила старая ведьма.

Господин огляделся, и обычным для колдунов способом зажег по периметру зала голубоватые огоньки — Первородной магии в этом было не больше, чем в Шарлоттиных чарах, и унюхать такое простое колдовство сквозь возведенный над всей станцией купол морока было крайне трудно. Прочь от света, вдоль серых, мраморных плинтусов брызнули во все стороны тени — мелкие и покрупнее, от обычных крыс до загадочных Внесторонних тварей, невидимых людскому глазу. Много кому пришлись по душе станции метро да всякие катакомбы…

Софья Марковна глянула на часы и подавила нервный зевок — половина второго ночи, как никак.

— Пора начинать, Господин…

Шарлотта щелкнула пальцами. Продолговатое серое облако подплыло к ней и мягко легло на пол к ее ногам. За ним, в похожем облаке, приплыло то, что Господин привез в багажнике своего роскошного Бентли. Это что-то опустилось рядом с завернутой в туман Ясной… Внезапно, словно по команде, оба облака взметнулись вверх, завихрились и развеялись.

Огромная, древняя книга лежала на полу, в запертом на массивный замок кожаном футляре, под которым видна была обложка, с расходящимися от центра письменами на древнем языке ведьм и оборотней. Рядом с книгой лежало без сознания человеческое существо — совершенно бесполое, все измазанное грязью, с перепутанными, взъерошенными волосами и в бесформенном, не по размеру, грязном тряпье. Лица существа под всем этим было и не разглядеть, руки все в каких — то странных разводах — будто по ним рисовали грязью.

— Что это? — опешив, спросил Лорд Мадуг.

— Ваша Ясная, Господин, — с довольным видом ответила Шарлотта, а Софья Марковна, в искреннем восхищении перед такой находчивостью, беззвучно похлопала молодой ведьме за его спиной. Шарлота, заметив, ухмыльнулась.

Нет, но когда она успела и где нашла столько грязи?!

— Из какой помойки ты ее выкопала? — С брезгливым выражением лица Господин обошел тело и ногой отодвинул от него книгу — подальше от грязи.

Прикрыв глаза, «копнул» спящее сознание замарашки, вероятно не в силах поверить, что в таком отребье может жить Ясный разум. Тело дернулось, не очнувшись, и без того взъерошенные волосы существа встали дыбом.

— Вот ведь чудеса… — пробормотал Господин, удовлетворившись, присел на корточки и провел рукой вдоль замка кожаного футляра книги. С легким щелчком, замок распался на две составляющие, футляр раскрылся, обнажая обложку — всю в древних письменах и узорах.

— Время? — спросил он.

— Без пятнадцати минут два, Господин, — торопливо ответила Шарлотта, будто чтобы опередить соперницу.

— Ясная под заклятием или ты просто дала ей по голове?

— И то и другое, Господин. Привести ее в чувство?

— Я сам, — решил он. Поднявшись, обошел неподвижное тело и остановился в метре от него. Прикрыв глаза, склонил голову набок. Ясная снова дернулась и застонала, как если бы от боли. Веки ее затрепетали, лицо скривилось под слоем грязи.

— Два ребра сломаны… — отвлеченно пробормотал Темный Лорд.

Пока несчастная приходила в себя, он поднял книгу в воздух, расположил ее прямо перед собой, будто на невидимом постаменте, раскрыл на нужной странице и принялся читать вслух.

Редко какое Темное заклинание обходилось без Общего языка ведьм и оборотней, хоть и не говорил уж на нем никто много веков. Торжественно и гулко разносились по пещере слова, взывающие к Бездне, чтобы та прислушалась и приготовилась сожрать приносимую ей щедрую жертву — трепещущую человеческую душу. Софья Марковна вытащила из сумки четки и подвинулась ближе к Господину, перебирая их и про себя читая знакомые до тошноты людлингские молитвы — не поможет, но и не помешает, решила она. Шарлотта же, наоборот, отошла в сторону и вжалась в стену. Запахло Тьмой. Черный едкий туман, из которого состоит воздух Преисподней, заклубился по углам и пошел стелиться по полу, поглощая их ступни, будто напоминая о том, что твердая земля под их ногами — лишь зыбкая иллюзия. «Все парит между Бездной и Высшим Миром…» — вспомнила старая ведьма — кажется из Евангелия от Линга.

— В сознании ли ты, дитя человека? — скорее для проформы спросил очнувшуюся наконец девушку Господин — теперь, когда она села, стало понятно, что это все-таки девушка.

Ясная не ответила, оглядывая себя. В недоумении сняла со своей щеки комок грязи, растерла его между пальцами, понюхала. Подняв, наконец, глаза, уставилась… но не на Темного Лорда, и не на Софью Марковну, а на стоящую поодаль Шарлотту.

— Чем ты ее так сильно ударила? — недовольно спросил ведьму Господин. Щелкнул пальцами, привлекая внимание своей будущей жертвы. — Ты — глухая, дитя мое?

Та перевела на Темного Властелина ничего не выражающий взгляд и вдруг… неумело плюнула в его сторону грязной слюной. Пробормотала что-то вроде «Да, пошел ты…», и, повернувшись к нему спиной, обняла колени и уткнулась в них носом.

Софья Марковна последовала примеру Шарлотты — отошла к стеночке и на всякий случай зажмурилась. Она прям вживую видела, как красивые брови Лорда Мадуга сначала изумленно поднимаются вверх, а затем грозно сходятся к переносице.

— Советую задержать дыхание… — пробормотала она Шарлотте, зная, что сейчас последует.

Но прошло несколько долгих секунд, а все еще стояла абсолютная тишина. Воздух был все так же чист, легок и сладко пах Тьмой. Софья Марковна потихоньку открыла один глаз… и ахнула. Вместо того, чтобы распылять или терзать негодницу непереносимой болью, Господин стоял, закрыв глаза, с простертой вперед рукой, и изумленно улыбался — его зрачки двигались под веками, как всегда, когда он оставлял свое тело или овладевал чьим-то сознанием. Ясная висела в воздухе, вздернутая невидимой рукой, закатив глаза и откинув голову назад.