Ночью, когда я уже засыпал, на кровать с сопением вскарабкалась мохнатая туша и улеглась мне на ноги. Дверь я закрыл, но достаточно было нажать на нее с небольшим усилием, чтобы слабый замок открылся.

– Ну уж нет, чувак, так дело не пойдет, - я подхватил его под мышки и понес в холл. – Может, со своей Натальей ты и спишь в одной постели, но я пока в извращениях замечен не был. И вообще предпочитаю спать один, у меня даже девушки на ночь не остаются. Вот твое кубло, будешь жить в нем, пока тебя не заберут, понял?

Тошка заскворчал обиженно, как масло на раскаленной сковороде, но я уже ушел и прижал дверь поплотнее, чтобы он не смог опять надавить и просочиться. Лег, посмотрел на часы. Без десяти час. Снова набрал номер на удачу – может, эта королева оленей наконец соизволила вернуться домой и поставить телефон на зарядку.

«Аппарат вызываемого абонента…»

Блин, а может, это я лось? Может, с ней случилось что-то, поэтому Тошка и потерялся? Могла ведь, к примеру, под машину попасть или еще что-нибудь вроде того. Как это мне раньше в голову не пришло?

Я снова зашел ВКонтакт и просмотрел ленту сообщений в двух группах, посвященных ДТП и прочим чрезвычайным происшествиям. Ничего в районе «Чернышевской» за последние два дня. Для очистки совести заглянул в раздел ЧП «Фонтанки.ру» - тоже глухо.

Ну что ж… будем искать.

– В глазах двоится, - пожаловалась я врачу. – И в ушах шумит.

Утром я вышла в коридор, и вдруг все расплылось. Это было похоже на фотоснимок с кадра, отснятого дважды – одно изображение поверх другого. А еще услышала странный шум, как будто разговаривали сразу несколько людей. Я потрясла головой, глаза сфокусировались, шум стих.

Выслушав меня, врач задумчиво поморгал маленькими слоновьими глазками, которые за толстыми стеклами очков казались пугающе огромными. Посветил в глаза ручкой-фонариком, пощелкал пальцами, прося следить за ними взглядом.

– Это нормально, - вынес он свой вердикт. – То есть ненормально, но пройдет. А если не пройдет, то вы знаете, куда идти. В поликлинику к неврологу.

Дальше доктор Слон сказал много умных слов про петлю тока, которая прошла через голову, зацепив мозг, категорически запретил курить, пить, в том числе и кофе, переутомляться и перенапрягаться. Курить я и так не курила, пила нечасто и немного, насчет кофе сделала вид, что не расслышала, переутомляться не собиралась. Поэтому покивала головой, забрала у старшей сестры выписку, вещи - из камеры хранения и дождалась маму, которая приехала за мной на такси.

В больнице я провела восемь дней. Причем два из них, после реанимации, с глазами на мокром месте. Пока Ольга, моя коллега и подруга, не обрадовала, что с Тошкой все в порядке.

На следующий день после того, как меня перевели в палату, мама принесла свой старый кнопочный телефон.

– Номер сто лет уже заблокированный, пришлось идти оживлять, - рассказывала она с таким видом, как будто подстриглась ради меня наголо.
– Положила сто рублей, думаю, хватит пока.

– Хватит, мам, спасибо. Выйду, восстановлю симку.

– Я забила сюда свой номер, твой рабочий и… Сашин.

– Вот уж Сашин точно не надо было, - поморщилась я.

– Ну… мало ли. На работу твою я позвонила сразу, не волнуйся.

– А вот за это большое спасибо. А то я боялась, что меня уже уволили.

Когда мама ушла, я набрала номер клиники. Интернета в телефоне не было, и мне остро требовалась помощь Ольги. С ней мы учились в академии, только она на курс старше, потом вместе работали в карантинной ветслужбе. Два года назад Ольга устроилась в частную клинику, куда потом пришла и я. Приятельниц у меня хватало, но она была единственной, кого я считала близкой подругой.

– Натуля! – обрадовалась администратор Валечка. – Ты живая? Ну и отлично, а то мы волновались. Оля игуане клизму ставит, перезвони минут через пятнадцать.

С третьей попытки мне наконец удалось выковырять Ольгу.

– Ну, Матвеева, ты дала дрозда! – она трещала, не позволяя мне даже слова вставить. – Мы тут на уши все встали. У тебя недоступно, у Сашки твоего недоступно, городской не берет никто. Хотела к тебе поехать, вспомнила, что ты теперь снимаешь, адреса не знаю. Я уж думала, в аварию попала. С учетом того, как ты ездишь. Хорошо хоть мама твоя позвонила. Как ты так умудрилась-то?

– Да не знаю, Оль, - наконец вклинилась я, дождавшись, когда она остановится глотнуть воздуху. – Сама толком не поняла, что случилось. Рабочие на улице кондей чинили, уронили рядом со мной. Я споткнулась, упала в лужу, а там провод. Оль, все в порядке со мной, скоро выпишут. Слушай, у меня же Тошка пропал. Я его на поводке вела. И телефон куда-то улетел.

– Понял, - мгновенно сообразила Ольга. – У тебя ведь ВКонтакте есть фотки? Я сейчас закину в потеряшные группы. Подожди, у него же адресник был, я видела.