На небольшой сцене, украшенной аркой из воздушных шаров, стоял ведущий, худенький паренёк и что-то бодро рассказывал со сцены, не забывая упомянуть спонсора и перечислить преимущества новой линии товаров для туризма. Делал он это с таким энтузиазмом, что у Вари возникло желание купить себе несколько палаток и котелок. Или ещё что-нибудь остро необходимое. Например баллоны для катамарана.

Саша ковырялась в тарелке без аппетита, вздыхала, иногда поглядывала на Варю и растерянно на зал, несложно догадаться в поисках кого.

Стали объявлять отличившиеся экипажи и отдельных участников, каждого вызывали на сцену, что-то говорили, шутили и выдавали подарок. Отметили механиков, в том числе Уткина Леонида, механика экипажа девятнадцать за новаторский подход и работу с особым экипажем, а так же сам экипаж. Мандарину вручили сертификат на ремонт в специализированной сети автомастерских, потому что, как пошутил ведущий, у экипажа не менее «новаторский подход к финишированию».

Девятнадцатый под одобрительные крики и аплодисменты подошли к сцене, где ведущий не без интереса рассматривал девушек, у него даже хватило смелости подмигнуть Саше. После небольшой шуточной беседы, получения памятных подарков и специально утверждённых призовых чеков, одобрительного свиста окружающих, девятнадцатый уселся на своё место и Варя залпом намахнула уже выдохшееся в фужере якобы шампанское. Противное. Полусладкое. Сморщилась. Конечно от шампанского, а не от того, что пока стояла в центре зала прекрасно видела сорок третий, они за столиком были одни, остальные тарелки и бокалы не тронуты. Стас посмотрел внимательно на Варю и показал пальцем на телефон, она неопределённо пожала плечами и отвернулась. Да, она так и не взяла трубку и не собиралась этого делать. Позвонил сорок восемь раз? Отлично. Рано или поздно надоест.

Трофи рейд с чужим мужем окончен! У неё даже есть приз за «новаторский подход к финишированию»!

Быстро наградили призёров третьего места, объявили сорок третий. Ромка вышел, сияя, кривляясь и размахивая руками, широченно улыбался, отвечал на вопросы за двоих, Григорьев стоял рядом и практически в упор смотрел на Варвару и вряд ли слышал ведущего, когда несколько раз улыбнулся на фотокамеру и потряс кубком.

Сорок третий уже уходил, когда к сцене прошла девочка, уверенно и беззастенчиво, как могут только маленькие дети и Стас тут же подхватил её.

— Кто это маленькая принцесса? — не растерялся ведущий и поднёс микрофон к лицу малышки, та с подозрение посмотрела на парня, подула в микрофон, будто проверяла звук, и ответила

— Е-эна.

— Это твой папа? — расплылся в дежурной улыбке и максимально доброжелательно продолжил беседу.

— Да! — уверенно кивнула. — Там О-ома, — махнула рукой на Кузнецова.

— Ты сюда пришла с мамой? — продолжил допрос весёлый ведущий.

— С Ией и мамой Аней.

— Ты рада, что папа выиграл?

— Да!

— А что ты подаришь папе?

Лена посмотрела на ведущего, нахмурилась, обняла папу за шею, заёрзала на его руках, перекрутилась, усевшись удобней на другой руке, поманила пальчиком ведущего, хитро улыбаясь и ответила

— Папа адаит мне асину, я его потеюю! — и поцеловала в небритую щёку, не засмущавшись общего смеха и ремарки ведущего, про настоящую женщину.

Лена опустилась с папиных рук, требовательно дёрнула его за джинсы и что-то говорила, пока Стас сидел перед ней на корточках и внимательно выслушивал, машинально оправляя пышное платье. Варя такие называла «принцессные» и очень уважала, класса до третьего — точно.

Никаких сомнений, Лена была не просто самая лучшая и самая любимая девочка на свете, Лена — папина принцесса. Уж в чём, в чём, а в папах и принцессах Варвара Белицкая разбиралась. Потом, вдруг оказалось, что папа-король умеет хмуриться и даже ругаться, а в последствии и орать, требовать «думать головой» или «образумиться в конце концов», ходить по кабинету, протирая лысину и стенать «закончится это, когда-нибудь, спрашиваю я тебя». Всё это случается потом, а пока на девочке оберег из принцессного платья — ей не страшно ничего.

— Обалдеть, — Сашка развернулась на стуле и махнула рукой в сторону столика сорок третьего.

Варя быстро глянула. Лена топталась на коленях Ромки и жевала кусочек заботливо очищенного яблока. Напротив Стаса сидела жена, её легко узнать по чёрному каре и тоненьким, изящным плечам, а рядом с ним Лиля и что-то выговаривала Стасу. Варя практически услышала «Стааас» и «Обо мне ты подумал, о Леночке, ей на шлюх твоих любоваться». Григорьев смотрел на Лилю так, словно она только что сожгла Рим. Варя даже вздрогнула. Казалось ещё немного, и он удушит свою сестру, медленно и без мук совести.

Варвара отвернулась. Мандарин отправился с Лерой на улицу, Семён куда-то запропостился, Варя не сомневалась, что он околачивается в баре, бутылка водки, стоявшая на столе, была уже приговорена. Денис после жарких и бесцеремонных поцелуев, тоже куда-то исчез. Осталась только Сашка, по-прежнему молчаливая.

— Саш, ты мне расскажешь? — играла тихая музыка, можно было разговаривать, не повышая голоса.

— Я, правда, не знаю, что сказать, — она отвела глаза.

— У вас серьёзно?