Спустилась настороженно в столовую — никого. Что ж, хотя бы день у меня будет спокойным. Села за стол и отдала мешочек с травами служанке, которая принялась накрывать стол для меня.

— Настя, это успокаивающий чай. Нужно заваривать его мне перед ужином. Сегодня и сейчас приготовь, и вечером.

— Конечно, барыня. Прямо сейчас и отдам Тамаре, она приготовит.

Улыбчивая девушка унесла травы на кухню, пока я без аппетита ковырялась в омлете с беконом. Мысли мои были вовсе не здесь.

— Елена Олеговна, с вами всё в порядке? — спросила озадаченно Настя.

Она уже вернулась с заваренной травой и увидела, что я сижу за столом, не двигаясь, воткнув с усилием нож в самое сердце омлета.

— А? … — опустила нож и убрала в сторону. — Всё нормально. Давай чай.

Девушка аккуратно поставила передо мной дымящуюся чашку.

— Попью чаю, а потом поеду к своим родителям. Прикажи подготовить Свободу. Поеду верхом.

— Хорошо, — кивнула Настя и ушла на конюшню.

Натали встретила меня радостно. Она соскучилась и никак не могла привыкнуть, что моя бывшая детская теперь пуста. Мама проводила меня в гостиную, помогла снять пальто и попросила Таню налить кофе. Она без конца мне улыбалась, хватая за руки и обнимая меня, пока мы сидели на диване.

— Ну как ты, милая? Я очень за тебя переживаю.

— В порядке, мама, — пождав губы ответила я. — Но планы остаются в силе.

Натали сощурила глаза, размышляя:

— Я поняла. Как и обещала — я помогу тебе.

— Спасибо, — я сжала руки матери. — Кое — чего мне уже удалось добиться от него.

Я достала документы на особняк и отдала княгине. Та развернула и прочла. Лицо её просияло:

— Лена! Дом снова наш… Как тебе удалось его уговорить? — Натали подняла глаза на дочь, и они тут же погасли — женщина прекрасно поняла по взгляду дочери КАК именно ей пришлось уговаривать мужа.

— Травки твои пригодились, — только и ответила ей.

— Что поделать, — нахмурилась княгиня. — Он — твой муж. Значит, переписал дом обратно.

— Да. Только он меня не отпустит. Не знаю, чтобы такое придумать, чтобы Виктор…отказался от меня.

Княгиня лишь сжала кулаки. Она не в силах оградить дочь от этого порочного мужчины. Слишком порочного, ей вовсе не суждено было понять и малую часть из того, что уже пережила её дочь и ещё переживёт. В жизни Натали не было мужчин с такой…страстью. Никто не укроет жену от мужа. Она — теперь его собственность.

— Терпи, моя девочка. Всё будет хорошо. Не противься, — она гладила свою дочь по голове, а самой мерзко было от собственных слов. Но если Елена подчиниться, пока они не найдут способ избавиться от брака, то он и меньше зла ей причинит. А может, он сумеет растопить её сердце. Что — то ведь должно быть в нём хорошее?

— Дочка, я уже начала распродавать наши картины и серебро. Но очень много я не смогу — Виктор узнает об этом. И тогда нам точно некуда будет деваться. Ты должна понимать, что даже если я продам особняк и куплю маленький дом или квартиру, вырученных денег на всю жизнь нам не хватит. Что мы с тобой будем делать?

Я молчала. Что дальше — я не думала. В голове сидела только одна мысль — избавиться от этого мужчины любым способом. Мама права — что мы с ней будем делать потом?

— Я не знаю, — растерянно ответила ей.

— Подумай, прежде чем разрывать брак. Судьба брошенных жён печальна. Как и их матерей.

Натали говорит верно. Среди знати немало примеров, когда девушка просто становилась содержанкой, или того хуже, куртизанкой — по — другому денег женщине не получить. Но как укротить свой гнев на этого мужчину, как молчать на всё?

Мать не знала, что отношения Елены и Виктора слишком сложны, чтобы девушка сама понимала их до конца. Она боялась порочного мужчину, не до конца разделяла его порывов к ней, но в тоже время в жизнь молодых людей ворвалось новое чувство, которое будет держать их рядом несмотря на ненависть, живущую в их сердцах от того, что ни один не мог получить того, что хотел.

Елена.

Вечером с трепетом ждала возвращения мужа. Я боялась, что этой ночью он снова захочет быть со мной. Не могла смириться с тем, что он нашёл способ меня заставить. Как и не могла признаться самой себе, что его тяга ко мне взаимна, и наша ночь была для меня не только шокирующей, но и приятной. Сумасшедшая я, что ли? Как мне могло это понравиться? Если бы Виктор не давил на меня морально с самого начала наших отношений, я бы по — другому относилась к занятиям с мужем любовью. Но даже в постели он снова показывает свою власть, а я снова убеждаюсь, как беспомощна.