Ах, так вы всё-таки наёмники, подумала я. Вот, уже и торг начался.

— А как вы докажете, что дойдёте со мной до столицы, а не остановитесь на границе?

Тут уж рассмеялись все.

— Если начал ощипывать петуха, то глупо не сварить из него потом суп, — заметил генерал-с-чубом.

Согласна. Тогда какого чёрта вообще нужен этот совет? Я-то уже здесь, а вы мысленно видите блеск золота. Действуйте!

— В таком случае, всё решено? — Я обвела их взглядом, для этого мне пришлось повернуться. — Я открою вам ворота, вы возьмёте, что пожелаете.

Наступила звонкая тишина.

— Что за человек отдаёт родной дом ворам и убийцам? — сказал вдруг "серебряный" старик.

Вот только лекции о морали мне не хватало для полного счастья!

Я сжала руки в кулаки за спиной так, что ногти впились в кожу.

— Иногда дом нуждается в чистке, господин. Случается, порой убирать из него мелких паразитов, которые мешают жить.

Старик усмехнулся, а следом и ещё кто-то из генералов. Все они смотрели на меня с презрением, и меня так и подмывало сказать им что-нибудь задиристое. Что-нибудь, что заставит их держать своё мнение на мой счёт при себе. Но я не смела.

— И как же ты откроешь ворота, чужеземный колдун? — повторил старик.

— Это моё дело, — выплюнула я. — Но я их открою, этого достаточно. Можете отправить со мной ваших солдат, они убедятся, что всё честно.

— Я поведу их! — подал голос Алим. Впервые за время совета, не считая той паузы, когда кочевники переговаривались на своём.

"Серебряный" старик обернулся к нему.

— Ты веришь этому чужестранцу, принц?

Алим посмотрел на меня и похабно улыбнулся.

— Да. Он всё сделает. Я ручаюсь за него.

"А если не сделаешь, никто тебя не спасёт", — говорила его улыбка.

Я попыталась её скопировать. Наверное, плохо получилось — никто из кочевников даже бровью не повёл.

— Голосуем, — после минутной паузы объявил старик.

И они снова перешли на свой лай. Однако даже по их лицам и взглядам было понятно, что большинство голосует за меня. Что шёпотом и подтвердил склонившийся ко мне Ли, немного знавший их язык.

— Мы поддерживаем твоё предложение, чужеземец, — сказал старик, когда всё закончилось. — Но мы люди, и наши головы, — он обвёл взглядом генералов, — сейчас полны золотого блеска и жажды крови. Люди слабы. Однако наши духи, чужеземец, неподкупны. Докажи им, что не обманешь, и ты получишь наше согласие.

Что?

Я беспомощно оглянулась на Ли, но тот, как всегда невозмутимый, не обратил на меня ровно никакого внимания.

Согласие, чтобы грабить? Чёрт возьми, я буквально совала им мешок с золотом, а они нос воротили!

Честное слово, когда я это услышала, так и хотелось сказать: "Идите к чёрту, идиоты, я другую орду найду". Но увы, орда на дороге не валяется. Выбора у меня не было.

— Хорошо, — как могла равнодушно сказала я. — Где же ваши духи?

Старик усмехнулся. Следом засмеялись генералы, и даже Алим, младший из них (не будь он сыном хана, фиг бы попал в эту компашку), улыбнулся.

Чтобы убедить духов, нужно было всего-то пройти метров сто по горящим углям. И если вы думаете, что это невозможно, то добавьте к этому деревянные столбы, частоколом установленные вдоль этой стометровки. Конечно, пылающие искры с них летели прямо мне в лицо, и больше всего на свете я хотела бежать сейчас отсюда без оглядки. Это конец. Я могла бы договориться с духами, будь они реальны, как местная нежить. Договорилась же я с юрэй! Но тлеющие уголья — это аргумент покруче. Я же не фокусник. Сто метров в пламени? Кто способен на такое?

— Если ты пройдёшь невредимым, чужеземец, наши духи поддержат тебя, — сказал мне старик, оказавшийся (как вы уже наверняка догадались) местным полковым шаманом. Ну, берут же на войну с собой священника? А кочевники вот шаманов таскают.

Ну да, а если не смогу с духами, значит, договориться, то мою поджаренную тушку принца привезут хану. Интересно, он практикует каннибализм?

Я замерла перед началом дорожки, понимая, что на этом моя история закончится. Сейчас меня в спину толкнут, чтобы не затягивала представление, и всё. Совсем всё. Доигралась.

Ли тем временем невозмутимо разувался. Я не заметила, как он аккуратно поставил сапоги в сторону, на траву, закатал кожаные, по моде кочевников, штаны. И со словами: "Ждите меня вместе со старейшинами, господин," — шагнул в огонь.

Я еле сдержала крик.

А он просто взял и пошёл.

Я не помню, как именно. Помню только, что вроде бы шла рядом, за коридором из огня, естественно. В меня по-прежнему летели искры от горящих столбов, и фигура Ли казалась танцующей тенью, а может, тоже духом — он легко, как будто по воздуху, скользил над углями. Это было чарующе красиво и совершенно невозможно.