— Вам повезло, госпожа. Это, — он кивнул на мою ладонь, — даст вам возможность разрушить любые чары.

— Даже метку Возрождённых, — подхватила я. — Как насчёт заполучить клан наёмных убийц в наши руки? Согласятся они работать на меня ради свободы?

Ли медленно кивнул.

— Вот с их помощью мы и откроем ворота. И проведём в Запретный город. А потом прищучим эту взбесившуюся сучку-королеву!

И до тебя, Ванхи, я тоже доберусь.

— После вы убьёте генералов? — Ли кивнул на выход из шатра. Снаружи по-прежнему было шумно, но сейчас это меня почти не волновало.

— Да.

— Хороший план, госпожа.

— Надеюсь, что ты мне поможешь.

— Я всецело ваш, госпожа.

— Отлично.

Я собрала с пола куски мяса, сложила их снова на тарелку, устроилась на кровати и заставила себя съесть хоть немного. Аппетит, к слову, проснулся быстро.

— Мне жаль, госпожа, — тихо сказал Ли после молчания. — Жаль, что вам приходится делать это. Если бы вы позволили, я бы не дал вам…

— Не дал мне что? — Я снова потянулась к хурме. Она была по крайней мере вкусной. А мясо казалось слишком пресным, к тому же отдавало странным запахом… Надеюсь, это была не конина.

— Убивать, госпожа. Вы слишком… Женщина не должна это делать, — тихо закончил Ли.

Я усмехнулась.

— Я не женщина, Ли. Я принц и наследник двух государств, родная мать пытается забрать у меня трон, издевается над моей императрицей, и я вынуждена вести за собой орду убийц и грабителей, чтобы восстановить справедливость. А ты забываешься.

Ли отвел глаза и больше не сказал ничего до самого совета.

Который, как меня и предупреждали, состоялся вечером — аккурат после заката. И он совсем не был похож на те императорские аудиенции, на которых я присутсвовала в Запретном городе.

За мной явилась стража, и это куда больше походило на конвой, чем на почётное сопровождение.

На небе, вмиг почерневшем, стоило солнцу исчезнуть за горизонтом, высыпали звёзды. Я шла в кольце кочевников, от которых презрением тянуло так же ощутимо, как жарким от костров, и не могла отделать от мысли о Йоко. Смотрит ли она сейчас на эти же звёзды? Выпускают ли её на них посмотреть?

Мы не были близки — не настолько, как с Ли, например, ради которого я уже дважды рисковала жизнью. Но мысль о ней сейчас странным образом придавала мне сил.

Есть люди, которые должны жить. Нет, все, конечно, должны — человеческая жизнь бесценна. Но есть люди, которые просто обязаны оставаться в живых и быть счастливы. Ты сразу увидишь их среди других, они сияют. Неправильно использовать их как пешки, неправильно сажать их в клетку. Это несправедливо, и я должна была исправить эту несправедливость.

К слову, себя я к таким людям не отношу. И Ли тоже. Мы более-менее обычные. А такие, как Йоко, делают жизнь ярче… Но что-то я отвлеклась.

Итак, совет…

Меня, как пленницу, вели меж шатров, и кочевники — простые солдаты — оглядывались на меня. Кто-то сплёвывал, кто-то похабно ухмылялся. Воздержанием эти вояки явно не страдают, как и не слышали о пороке однополой любви. Ох, да что это я! У них в ходу шутки про совокупление с лошадью…

В общем, пусть и окружённая солдатами, пусть хоть сто раз принц — фигура влиятельная для политической арены — в безопасности я себя не чувствовала.

Ли шёл за моей спиной, и мне не раз и не два хотелось подозвать и схватить его за руку.

Но он ничем не мог мне помочь.

В самом сердце лагеря — лабиринта шатров — расположился самый большой и самый богатый из них (или всё-таки юрта; и если да, то в чём разница?). Принадлежал он, полагаю, Алиму, а может специально собирался для таких целей: вдруг военачальникам захочется что-нибудь приватно обсудить?

Их было пятеро (включая Алима), и рядом с каждым на полу сидел советник (а может, заместитель, я до сих пор не разобралась в их титулах и званиях). Получается, всего человек десять. И мы с Ли — наш конвой ввёл нас, молча поклонился и чинно убрался на улицу. В этом шатре — простом, беднее моего — вершились серьёзные дела, и мне, наверное, стоило быть благодарной за честь присутствовать здесь.

Благодарной я себя не чувствовала. А вот не в своей тарелке — да, сколько угодно.

Помню, как чадили свечи — ох уж эти воры и убийцы, тащат с собой сундуки золота, а экономят на свечах…

Мне не предложили сесть, хотя генералы сидели в золотых, богатых, однако даже на вид неудобных креслах. Садиться же на пол я не стала — это ниже достоинства принца. Я просто вышла в центр шатра и осталась стоять так, терпя оценивающие взгляды. Было страшно: у всех здесь было как минимум по мечу и кинжалу, а я так и осталась безоружна. Реши они меня убить, вряд ли даже Ли сумел бы уложить всех. Я очень хорошо это понимала.