— Госпожа, вам приснился плохой сон? — Ли не собирался подчиняться. Наоборот, он оглядел шатёр так, будто ждал, что из-под кровати сейчас выпрыгнет убийца.

— Нет. Но раз уж ты не собираешься греть мне постель, у меня есть способ получше, — отозвалась я, готовя тушь.

Ли тоже посмотрел на письменный столик.

— Я так и думал, что он вам пригодится, госпожа.

Ну конечно… Вряд ли кочевники — фанаты каллиграфии. Если вообще грамотны.

— Спасибо тебе, — я макнула кисточку и поставила на рисовую бумагу первую кляксу. Чистописание не моё. — Спи.

На этот раз он и правда лёг и затих. Как и всё вокруг.

Я пишу сейчас это, а также прошлую записку (в два захода — очень много всего произошло), и вокруг снова мёртвая тишина: всё-таки кочевники знают, когда остановиться.

Мне уже плевать, что будет завтра. Я знаю, что добьюсь своего — и только это важно.

Берегись, Ванхи.

Семнадцатый день шестой Луны

Солнце ещё и не думало появляться, а мы уже отправились в поход. Небо только-только посветлело, даже звёзды не погасли — рассвет загорался, самое время спать. Но нет, меня усадили на коня и хлопнули эту бестию по крупу.

Коню это не понравилось. Мне, впрочем, тоже.

Конь.

Вы же помните, как я «люблю» лошадей?

Видишь, Ванхи, ради тебя и твоей госпожи я согласна провести весь день в седле, терпеть насмешки кочевников и это… неисправное транспортное средство, которое так и норовит при каждом удобном случае меня укусить или сбросить. Цени мою жертву! Всё ради вас с королевой. Я упрямая, я до вас доберусь — и тогда, милый мой тануки… Я бы на твоём месте уже бежала в Лунную рощу и пряталась там под землёй… Ну да ладно, кто я для тебя, енот-переросток? Так, забавная человеческая девица в теле мужчины. Что от неё ждать, кроме очередного шоу, которое потом станет анекдотом, правда? Что я, что танцующая обезьянка — никакой разницы.

Ну да ничего. Я уже расспросила Ли, а потом Алима (познания которого в кулинарии меня поразили) — я узнала, что полезного можно сделать с енотом. Например, воротник. Не бог весть что, не чернобурка, но всё же. А ещё мясо енота, Ванхи, ты знаешь, сколько существует с ним рецептов? Мясо тушёное, мясо жареное, варёное, печёное на углях… М-м-м! Пальчики, наверное, оближешь.

Да, такие мысли меня успокаивают (особенно сильно после дня верхом). А тебя, Ванхи? Ты там во дворце, поди, сидишь и вино пьёшь да девок лапаешь? Мне рассказали про развратный нрав тануки. Ну сиди-сиди…

Впрочем, если ты это читаешь, значит, я уже зажгла для тебя костерок и повесила над ним котёл. О, я теперь умею в котле готовить. Сначала я приготовлю гарнир — рис, наверное, ты хорошо пойдёшь с рисом, и ничего другого тут всё равно нет. Потом я схожу за приправами — у кочевников они особенно ядрёные. Ты всё ещё спокоен?

А пока — я терплю норовистого степного коня (которого я по сто раз обещаю себе съесть — кто сказал, что конина гадость? конкретно эта кляча будет вкусной, я очень постараюсь). И еле-еле поспеваю за отрядом Алима, хотя это вообще-то они должны меня охранять.

С Ли мы простились ещё в лагере кочевников. Он не хотел оставлять меня одну с этими «варварами», но пришлось, и я приказала — три раза, под конец прикрикнула, лишь тогда он уехал. Одинокому всаднику, да ещё и с навыками ниндзя, будет куда легче попасть в Запретный город и найти клан Возрождённых. Даже если этот город запрут, испугавшись армию кочевников. Что, наверное, вряд ли, ведь у королевы есть своя армия… Короче, Ли обещал, что приведёт ко мне наёмников. Если он ошибается, или его убьют, я пропала. Не буду об этом даже думать.

А пока я скакала следом за кочевниками, и на горизонте уже росли очертания Великой стены. С такого расстояния она казалась совершенно обычной — ну решил кто-то построить стену в чистом поле, ну построил — и что? Но чем ближе мы подъезжали, тем выше и выше она становилась.

Меня, человека современного, привыкшего к небоскрёбам, сложно удивить высотой — и даже Великой стене это не удалось. Я оценила, что человеческого роста в ней, пожалуй, пять — в смысле, пятерым пришлось бы встать друг на друга, чтобы достать до гребешка зубцов. Да, перелезть не удастся, но никто иного и не ждал. Не умею же я летать, как говорил шаман.

А вот Алим с ребятами смотрели на стену, открыв рты. Эта громадина для них заслонила солнце и закрыла полнеба, а они к такому не привыкли.

Что ж, так было даже лучше — изображать сельских идиотов, огорошенных величием империи Лянь, им не пришлось. Чтобы пройти через ворота, конечно, нужно пойти на хитрость: в ближайшей деревеньке мы купили телегу и арбузы (потому что дешёвые и крупные). В телегу мы положили оружие и доспехи, потому арбузы, и накрыли всё это покрывалом. После оделись как крестьяне (ладно, я изображала купца, но в одежде разница была небольшой) и… Мы прошли. Это было до грустного несложно.