— Ничего. Итак, господин, я понимаю, мой отец вам платит. Но когда взойду на трон, я буду платить вам больше. Полагаю, выгоду от контрабанды вы получите пятикратную. Я не силён в цифрах, но примерно… — Лгу, с цифрами у меня проблем никогда не было. В этом уравнении, к сожалению, было много неизвестных переменных (я лишь смутно представляла, сколько император платит наёмникам), но по моим прикидкам выходило, что контрабанда и правда даст выгоду. Даже десятикратную. Надо только за границу этот опий зажилить, а то там привыкнут и пойдут на нас войной. Китай, помнится, в очередной раз загнулся именно из-за опиумных войн. И не только он, тайцы, говорят, до сих пор отходят.

Надеюсь, примерно это (за исключением Китая) представил и Сузаку, потому что он в кой-то веки посерьёзнел.

— Принц, ваше предложение и правда сулит существенную выгоду. Но как вы собираетесь провести этот ваш переворот? Для него нужна армия. Мои наёмники — убийцы, не солдаты. Их мало.

Резонно, и главой армии был как раз император. По словам Ванхи, собираясь воевать, государь объявлял свою волю наместникам и те обязаны были предоставить ему некоторое (значительное) количество солдат. Что же касалось регулярной армии, то она тоже была, но раскиданная по отрядам: гвардейцы императора, гвардейцы канцлера, левого министра, правого министра и так далее.

Если я и впрямь стану императором, это средневековье надо будет срочно прекращать.

— Королева Рё-Ка никогда не введёт войска в нашу империю. Даже ради вас, принц, — продолжил Сузаку. — Пока его величество продолжает идти на уступки, война Рё-Ка не нужна. К тому же, это может плохо сказаться на вашем здоровье, — передразнил он королеву. Весьма точно передразнил, что заставило меня подумать, что в её свите имеются шпионы.

— Возможно, — ответила я. Да, смотря правде в глаза, королева Рё-Ка согласится скорее стать регентшей при задохлике-сыне, а это слишком опасно… Соблазнительно и опасно. При ней я всё равно не буду свободной, а именно этого мне хочется: отомстить императору и получить, наконец, свободу. — Возможно. Но я знаю, что наместники будут на моей стороне.

— Почему же? — удивился Сузаку. Справедливо удивился, согласна.

— Они захотят стать тестем императора. А сейчас время отбора, и я вот-вот выберу императрицу. — Это единственный козырь, который у меня был — этот чёртов отбор.

Сузаку рассмеялся.

— О, принц, боюсь вас разочаровать, но это даст вам благосклонность лишь одного наместника, вы же не можете выбрать больше одной императрицы, остальные станут вашими наложницами: драгоценной, талантливой, добродетельной и нравственной. Но этого наместникам будет мало, к тому же, их больше пяти, ваше высочество, намного больше. Возможно, вы забыли об этом, мой господин?

«Возможно, принц, вы идиот?»

— Никто не знает, кого именно я выберу, — не подавая вида, что поняла обидный намёк, заметила я.

Глава наёмников сначала помолчал, а потом рассмеялся, когда понял, что я собираюсь делать.

А что тут непонятного? Как любой политик, столкнувшийся с проблемой финансирования, я собиралась давать пустые обещания. Другими словами, лгать, а точнее блефовать. Я пообещаю господам чиновникам, что выберу именно их дочь, получу их поддержку, а потом…

Я не планировала вообще выбирать императрицу, но там видно будет.

Что было ясно наверняка: отбор нужно всеми силами затянуть.

— А вы хитры, принц, — заключил Сузаку. — Вы понимаете, что играете с огнём?

— Оно того стоит, — улыбнулась я.

Сузаку усмехнулся.

— Как же я узнаю, что вы не лжёте мне, ваше высочество?

— Как, господин, вы мне не верите? — настала моя очередь разыгрывать оскорблённую невинность.

Мы оба рассмеялись, потом Сузаку щёлкнул пальцем, и вперёд выступил неизвестный мне парень, почти мальчик. Ничего примечательного в нём не было, да и не могла я его как следует рассмотреть в этом интимном полумраке и не успевшем рассеяться дыме.

— Загляни принцу в голову, — приказал мальчику Сузаку. Вот так просто, да, словно меня тут и не было. — Я хочу убедиться, что он говорит правду.

Я отшатнулась. Чёрт, только мага мне не хватало!

Не говоря уж о том, что я, естественно, лгала.

— Господин, не забывайтесь!

— Простите, ваше высочество, но вы же понимаете, что я должен. Ичиро — талантливый Шепчущий, он…

Талантливый Шепчущий выбрал именно этот момент, чтобы упасть и забиться в судорогах. Из его глаз потекли кровавые слёзы.

Наступила тишина. Никто не шевелился. Все смотрели на Шепчущего.

— Что происходит? — выдохнула я, когда мальчик вроде успокоился и вытянулся на полу в струнку. — Так должно быть?

Глава наёмников склонился над Шепчущим, осторожно коснулся его лба — и парень вскинулся так, словно его плетью огрели. А потом пролепетал:

— Защита…

И бросил на меня болезненный взгляд, особенно выразительный из-за кровавых слёз.

— А вы, принц, и правда стали осторожным человеком, — сказал Сузаку, выпрямляясь и делая знак наёмникам. Шепчущего унесли, а глава продолжил: — Очень умно было поставить защиту от магии. Кто вам её ставил? Император? Это была проверка моей верности, так?